Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса VIII (страница 37)

Я посмотрел на звезды, который отражались в ровной глади озера. Отдых тоже нужен.

Немного поразмыслив, я достал из пространственного кольца Урну Последнего Вздоха. Она все еще излучала остатки тяжелой, гнетущей ауры, хотя небольшой участок на ее поверхности все же был чист от этой энергии — тот самый кусочек, который мне удалось очистить ранее.

— Опять за это? — скептически спросил Ли Бо, глядя на мои манипуляции. — Ван, ты уже пробовал. Это слишком сложно, долго и муторно. Сейчас это не самое важное.

— Знаю, — тихо ответил я, проводя пальцем по гладкой поверхности урны. — Но может быть, сейчас получится лучше?

Я закрыл глаза и позволил своей Просветленной Ци течь как реке, мягко омывающей искаженные символы на поверхности Урны. Уроки Чунь Чу были применимы не только к четкам — это касалось вообще всего.

Несколько минут я работал, аккуратно стирая демоническую энергию и заменяя ее чистой. Процесс шел чуть легче, чем раньше — новое понимание «потока» помогало, но… этого было мало. Очистив еще крошечный участок размером с монету, я почувствовал, как мое Основание заметно опустело.

— Да, достаточно, — произнес я вслух, — Ты прав, учитель, не время для этого.

— Вот именно, сразу слушать меня надо, — фыркнул Бессмертный.

Я повернулся и взглянул на нашу компанию. Расширевшуюся.

Хрули и Джинг стонали глядя в Небо — эта тренировка, а также сотни ударов от монет, их утомили. Чунь Чу была безжалостна.

— У меня всё болит… — пожаловалась Джинг.

— А нечего было в лоб лезть, надо было сзади заходить, как я говорила, — огрызнулась потирающая бок Хрули.

— Что-то у тебя это ни разу не сработало, — ответила Джинг, осторожно повернувшись на бок.

А вот Ло-Ло была довольна собой и сидела на бережку, поглощая своим мигающим панцирем энергию звезд. Или не поглощая… Может, она только лунный свет может поглощать, надо бы спросить. Ей было чем гордиться: когда она допекла лис своими советами, они потребовали у неё продемонстрировать свои навыки, что она с удовольствием и сделала.

Жаба не смогла задеть её ни одной монеткой. Слишком уж быстрой была эта улитка.

Ло-Ло повернулась к нам и хвастливо сказала:

— Я же говорила, что у меня самая совершенная в Поднебесной техника передвижения.

— Это было…неплохо, — не открывая глаз признала Чунь Чу, — Не ожидала от улитки такой прыти. Но в следующий раз я буду ожидать, и ты так легко не проскочишь.

Ло-Ло не ответила. Просто посмотрела на жабу с превосходством, выражая его всей своей позой.

Рядом в воду плюхнулся Лянг и нарушил зеркальность воды и тишину момента.

— Над водой летят облака,

А под водой — мечты карпа…

Когда же придет тот день,

Когда я стану драконом?

На него сегодня уже не первый раз находили приступы пения.

— Не разводи тут печаль, — сказала Ло-Ло, — Эти ваши карповые песенки никогда не бывают веселыми, всё жалуетесь и жалуетесь.

— Лянг, может, что-нибудь повеселее? — попросила Хрули.

— Это веселая песня, — возразил карп. — По карповым меркам.

— У карпов странные представления о веселье, — пробормотала Джинг.

— Нормальные представления, просто мы не ветреные, мы — основательные существа со своей философией, — буркнул он и спрятался.

Еще более довольной сидела Чунь Чу, погрузившись наполовину в воду. Хотя нет, не довольной, а какой-то умиротворенной. Я не видел ее глаз, так как они были закрыты, но был уверен, там сейчас нет ни алчности, ни беспокойства. Монетки медленно-медленно кружились вокруг нее.

У меня даже возникло ощущение, что она только сейчас обрела смысл жизни. Тут, рядом с нами.

— Хорошо, что я нашла вас, — тихо сказала она. — Чувствую, что иду в правильном направлении. Впервые за тысячу лет.

— А ты раньше и не шла, — заметил Лянг, — Просто сидела в болоте.

— А ты чем лучше? Ты вообще в озере три тысячи лет сидел, — заметила Ло-Ло.

— Я был пленником и не имел возможности его покинуть, а Чунь Чу могла покинуть болото в любой момент.

— И этот момент настал. — сказала жаба, — Меня держало золото.

Я смотрел на них и размышлял сколько еще предстоит сделать. Много. Но мы ускоряемся, сила и у меня, и у них прибавляется. Мы уже не те беззубые путники, какими были год назад. Лисы стали опаснее, я стал сильнее, Лянг поглотил драконью родословную, а Чунь Чу…она просто мощная жаба, которая раздавит любого.

— Эй, ученик! — окликнул меня из размышлений Ли Бо. — Хочешь услышать историю о том, как я однажды играл в карты с Богом Долголетия?

— Опять карты? — фыркнула Ло-Ло. — У тебя все истории про карты, вино и женщин.

— А что еще должно быть в хорошей истории? — искренне удивился Бессмертный.

— Я слушаю, Ли Бо, — сказал я, устраиваясь поудобнее.— Ну вот, — начал Ли Бо, и кувшин слегка покачнулся, словно Бессмертный устраивался поудобнее. — Дело было в Небесном городе Юйхуан. Я тогда еще не был… заточен. Молодой, красивый, талантливый…

— И скромный, — добавила Джинг.

— Именно! И скромный! — не уловив сарказма, согласился Ли Бо. — Так вот, я сидел в таверне «Пьяный Феникс», допивал последний кувшин осеннего вина… или был ли он последним? Неважно. И тут заходит сам Бог Долголетия. Старик с бородой до пола, с посохом из персикового дерева… Так вот, он садится напротив меня и говорит: «Ли Бо, давай сыграем в карты».

— И ты согласился, — утвердительно сказал Лянг.

— Конечно согласился! Как можно отказать Богу Долголетия? Это же просто невежливо! Мы начали играть. Ставки росли. Сначала я поставил свой любимый нефритовый кувшин. Он поставил персик бессмертия. Потом я поставил свою коллекцию стихов. Он — секрет вечной молодости. Потом…

— Постой, — прервал я. — Секрет вечной молодости?

— Да! Но я проиграл тот раунд, так что не узнал секрета. Так вот, игра шла три дня и три ночи. К концу третьего дня я уже поставил свою бессмертную душу. А он поставил право изменить одно событие в прошлом.

Все притихли. Даже лисы подняли головы.

— И кто выиграл? — тихо спросила Хрули.

— Я, — просто ответил Ли Бо. — У меня была королевская комбинация. Пять драконов. Невозможно обыграть. Но знаешь, что сделал этот хитрый старик?

— Что?

— Он улыбнулся и сказал: «Поздравляю, Ли Бо. Теперь ты можешь изменить одно событие в прошлом». Я было обрадовался, но тут он добавил: «Только подумай хорошенько. Каждое изменение в прошлом порождает волны в будущем: ты можешь исправить одну ошибку, но породишь сотню новых».

— И что ты выбрал? — не выдержал я.

Ли Бо помолчал секунд десять, а потом сказал:

— Ничего. Я просидел в той таверне еще неделю, размышляя. Думал, какое событие изменить. Ту ссору с другом? Тот глупый поступок в молодости? Те слова, которые не сказал любимой женщине? Но каждый раз, когда я думал об изменении, я понимал — если бы я не совершил той ошибки, я бы не стал тем, кто я есть. Если бы я не произнес тех слов, я бы не написал тех стихов. Если бы я не проиграл то, что проиграл, я бы не выиграл то, что выиграл.

— Значит, ты отказался от выигрыша? — уточнил я.

— Именно. Я нашел Бога Долголетия и вернул ему его выигрыш. Он рассмеялся и сказал: «Ты мудрее, чем думал, Ли Бо. Большинство хватаются за возможность изменить прошлое, не понимая, что прошлое — это фундамент настоящего. Разрушь фундамент — и всё здание рухнет».

Я смотрел на кувшин, в котором был заточен дух Бессмертного, и размышлял о его словах. Как часто мы жалеем о прошлом? О том, что сделали или не сделали? Но ведь каждая ошибка, каждый выбор привели нас туда, где мы сейчас находимся.

— Красивая история, — сказала Чунь Чу. — Но я не верю, что ты был таким мудрым.

— Эй! — возмутился Ли Бо. — Я был очень мудрым! Просто пьяным и мудрым одновременно!

— В словах Ли Бо не было ни слова лжи. — сказал я и все застыли, не поверив своим ушам.

Сердце Чистоты ясно говорило о том, что Бессмертный ни разу в этой истории не соврал.

— Утром выдвигаемся дальше. — сказал я и откинулся на спину.

Я думал о своем собственном прошлом. О той жизни на Земле, которую я прожил до конца. О смерти, которая привела меня сюда. О сделке с божеством, которая заставила меня идти по Праведному Пути.