Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса VIII (страница 14)
«Да, ученик. Вижу. Приятного мало, и я даже не представляю, что ТЫ тут можешь сделать. Если разрушишь Связь урны с деревьями, скорее всего, ничем хорошим для душ это не закончится. Более того, мне даже кажется, что он просто схлопнется как ларец. Полагаю, этот артефакт обладает подобной возможностью.»
Урна была противоестественным артефактом — зияющей раной в самой ткани реальности. Место, где нарушался основной закон мироздания. Урна не просто притягивала души — она их перерабатывала. А это ломало естественный процесс перехода души в посмертие.В моем прошлом мире смерть была концом. Здесь смерть была не концом, а переходом. Душа покидала тело и отправлялась дальше — либо в цикл перерождений, либо в какие-то иные состояния бытия. Смерть была частью большего процесса — звеном в цепи существования.
А эта Урна ломала этот процесс. Она не просто убивала — она уничтожала саму возможность продолжения существования. Души, попавшие в нее, не просто умирали — они перестали быть. Навсегда.
Не сразу, думаю, на это уходило много лет, но это было неизбежно.
Это было еще не всё. В центре вихря висел один Символ, который и управлял всем этим. Печать мастера.
Мастера Инь-Ян.
Нейросеть, нужен анализ Символов на Поверхности. Срочно.
К моему удивлению, она тут же начала его делать. Не отказалась, не отмолчалась. Просто сказала, что на это потребуется час времени.
Час времени, которое я и сам наблюдал за движущимися Символами. Я понимал часть Символов. Это действительно были искаженные Символы Праведников. Но главными были не они, а Символы Фу — те самые, мастером которых был плененный Святой.
Чем больше я смотрел на этот Небесный Артефакт, тем отчетливее осознавал, что Урну для меня невозможно уничтожить обычным способом. Она была слишком мощным артефактом. Выше моего уровня.
Но ее можно было деактивировать, если изменить природу символов на ее поверхности. Это не решит проблему душ внутри, но остановит внешний процесс поглощения новых и новых душ.
Подсказку дала нейросеть. Она распознала три основных Символа.
Первый отвечал за поглощение душ извне. Второй — за их перемалывание. Третий — за концентрацию получившейся энергии.
Внутри была управляющая печать Мастера.
Я поднялся.
Всё в мире — единство противоположностей.
Инь не может без Ян.
Это я осознал с помощью Цветка Великого Предела, когда увидел мгновение до рождения Вселенной.
Понимание приходило прямо сейчас.
Что если не ломать Символы, а изменить их значение? Превратить механизм разрушения в механизм освобождения?
Я сделал шаг и подошел к Урне вплотную.
Совершенно неожиданно поглощающее поле начало бить по мне невидимыми молниями, пытаясь не всосать, а наоборот — оттолкнуть.
Мы были словно противоположные полюса.
Но я не сопротивлялся — я позволил Урне почувствовать мою Просветленную Ци, мою сущность Праведника.
Потому что когда она била меня, я чувствовал ее. Я начинал ее лучше понимать.
Через мгновение я резанул монетным мечом руку. Надо же, когда надо, даже монетка может быть острой.
«Ван, ты что делаешь? Даже не думай. Ты думаешь, что тебе удастся переподчинить артефакт Небесного Ранга? Ты с ума сошел⁈»
Я ничего не отвечал. Мое внимание было сконцентрировано в одной точке. В одном Символе.
Вот он.
Первый Символ Притяжения.
Я начал рисовать поверх него не просто кровью, а одновременно своей Радужной Ци.
Поверхность Символа зашипела, заплевалась черной жижей, которую выжигала моя Просветленная Ци.
«Ван, это безумие! Ты не знаешь последствия своих действий!»
Символ всасывал мою Ци, и так и должно было быть — ведь когда-то он был Символом Праведности.
Вместо того, чтобы бороться с тьмой силой, я предложил ей свет добровольно.
Я рисовал Правильный Символ. Что было в нем лишним, я уже видел с помощью триграммного зрения.
Всё, что ощущалось неправильным и было таковым.
Искаженный Символ на поверхности Урны начал дрожать.
Моя Ци не уничтожала его — она показывала ему, каким он должен быть в идеале. Своей противоположностью. Это было похоже на работу с треснувшими следами в Долине Памяти. Я не навязывал изменения силой, а напоминал Символам их истинную природу.
Когда изменение было завершено Урна дрогнула. Фиолетовый свет Символов изменился на теплый золотистый.
«Ты что… У тебя получилось⁈ Не может быть… Она сейчас, наверное, просто взорвется! Изменение даже одного Символа должно было всё нарушить!»
Робкая надежда вспыхнула внутри, когда мне удалось изменить три основных Символа.
Вот только она сразу же погасла. Потому что ничего не изменилось.
Урна по-прежнему тянула всё внутрь, а процесс переработки ни на мгновение не прекращался. Хоть я изменил Символы и потратил на это свою кровь и Ци, к ожидаемому результату это не привело.
Я сел.
Мне нужно было подумать.
Наверное, Ли Бо был прав, и я был слишком самонадеян, надеясь подобными действиями прервать работу такого мощного артефакта.
«Я же говорил, что так просто не выйдет.»
Мне надо было попробовать.
Полчаса я просто сидел и ни о чем не думал.
Просто наблюдал за процессом внутри Урны. Болезненным и мучительным для душ процессом.
Символы не выбиты на этой урне из черного нефрита…
Черный нефрит не обладает волей. Значит, Символами что-то движет. Что-то, придающее им смысл и значение.
Уже через полчаса, в которые я размышлял, те символы, которые мне удалось «переправить» своей кровью начали меняться обратно.
Уничтожить Урну силой я не мог — она слишком прочная и защищенная. Это уже понятно. Изменения Символов снаружи всё равно не затрагивают процессов внутри.
Но я могу попытаться деактивировать Урну, разрушив печать мастера внутри.
Печать — это Воля Мастера. Именно она управляет и Урной, и Символами, которые ее покрывают, и она же восстанавливает их.
Вот только как это сделать?
Если я не могу повлиять на урну снаружи, так может мне…повлиять на нее изнутри?
Я поднялся.
«Эй, Ван, что-то мне не нравится то, что ты задумал.»
Я отложил меч, четки. Они мне будут не нужны.
— Хрули, Джинг, Лянг, просто ждите меня и не беспокойтесь.