Ваня Мордорский – Мастер Трав. Том 3 (страница 19)
Я еще раз внимательно осмотрел лиану и убедился в том, что моя жива залечила ее «растительные раны» с невероятной скоростью. Да уж…вот что значит симбионт!
ОХОТЬСЯ. НЕ ОТХОДИ ДАЛЕКО. — мысленно скомандовал я.
Лиана скользнула с моих колен и исчезла в подлеске. Я откинулся назад и, наконец, занялся собой.
Раны были… неприятными. Спина саднила в нескольких местах — там, где клювы воронов достали до плоти. Голова болела от удара по виску, и когда я провёл пальцами по волосам, они окрасились красным. Плечо тоже пострадало — глубокая царапина, уже покрывающаяся корочкой.
Но в целом всё это — неглубокие, даже поверхностные раны. Могло быть хуже, намного хуже. И тем не менее, чем-нибудь обработать это нужно. В следующий раз буду брать с собой небольшой запас мази, которую сделал. Она в этой ситуации была бы очень кстати, но поскольку ее нет, нужно найти замену.
Я встал, чуть пошатываясь, постепенно приходя в себя. Итак…нужно что-то найти. Минут пять ходил кругами вокруг места, где приостановился. Слышал изредка как лиана на что-то охотилась. Несколько раз ее «радость» от убийства мелкого существа передавалась мне.
Тем временем, мне удалось найти подходящее растение: невысокий кустик с мелкими серебристыми листьями, чистец лесной — я узнал его из базы знаний. Слабый антисептик, но лучше чем ничего. Сорвал дюжину листьев, растер их в ладонях до состояния кашицы и начал втирать в царапины на спине, плече, виске и затылке — везде, где мог дотянуться.
Жжение от этого растения было адским, словно кто-то приложил к коже раскалённое железо. Я стиснул зубы и продолжал — уж лучше потерпеть сейчас, чем потом бороться с заражением.
Для охоты Виа я дал больше получаса. И за это время она успела наловить и «высосать» разной мелочевки. С каждой новой жертвой она восстанавливалась все больше.
Когда она вернулась, то стала…крупнее: толще, длиннее, и отрезанный кончик полностью восстановился. Более того, он выглядел даже крепче, чем раньше.
Через связь я ощущал её удовлетворение — она была довольна проведенной охотой.
— А не лезла бы куда не надо, — покачал я головой, — То не пришлось бы тебя лечить, и я бы ран не получил.
В ответ было молчание.
Я вздохнул. Мои раны перестали так сильно жечь, а последствия отката почти не ощущались, значит, можно было двигаться дальше. К Морне.
Еще раз проверил бутылочки: каким-то чудом ни одна не треснула и не разбилась.
Я мысленно вызывал, справку, системы о лиане, чтобы посмотреть сколько осталось до полного восстановления и…завис.
[Объект: Хищная лиана (Виа)
Симбиотическая связь: Подчинение
Уровень взаимодействия: 57%
Состояние: активное восстановление (87%)
Потенциал Эволюции. Текущий статус: Накопление (3%)]
Я уставился на последние строчки.
Потенциал Эволюции? Система совсем недавно не показывала ничего подобного.
Я мысленно «ткнул» в новый параметр, пытаясь получить больше информации.
[Потенциал Эволюции.
Описание:
Ясно. То, что я буду знать когда именно она сможет перейти на следующую ступень это хорошо, другое дело, что я по-прежнему хочу сначала повысить уровень взаимодействия до ста процентов, чтобы не произошло никаких случайностей.
Но строка с восстановлением заставила задуматься: она почему-то показывала не сто процентов, а значит дело не в энергии (ее хватило и для начала эволюции), а в «еде», которой не хватило залечить тело.
— Похоже, Виа, ты можешь стать сильнее, — пробормотал я, глядя на лиану. — Измениться.
Виа шевельнулась. Я почувствовал от неё… готовность и ожидание.
Но не сейчас. Позже. Пусть восстановится, а уж затем я попробую передать ей еще живы и посмотреть как быстро будут расти проценты.
Ладно, нужно идти. Нельзя задерживаться. Нужно успеть к Морне, а потом обратно и заняться остальными делами. Да, сейчас я выгляжу не очень, но что поделать.
— За мной, — скомандовал я Виа. — И никаких больше гнёзд, больших птиц и вообще — никакой охоты без разрешения. Ясно?
Через связь пришло что-то вроде согласия. Виа сначала хотела обвиться вокруг моей руки, вот только в Кромке вероятность встретить людей слишком высока, чтобы так рисковать. Так что лиана отправилась в корзину. Там же лежали и мертвые вороны, я по сути, замотал, их в широкие плотные листья растения вроде лопуха, чтобы не соприкасались ни с чем в дальнейшем. Уж больно интересные у них перья и клюв, возможно выйдет использовать для чего-то.
Мы двинулись дальше. До жилища Морны оставалось отмахать прилично расстояния. И пока шел, одновременно искал подходящие растения для заживления ран. Понятно, что Грэм всё равно будет спрашивать и врать тут не стоит. Скажу как есть, что какие-то ненормальные вороны атаковали меня, когда я проходил мимо их гнезда. Ну и заодно опишу их. Вот было внутри меня ощущение, что не должно быть в этой части Кромки таких существ. Собственно, можно спросить у Морны. Вот кто точно знает это. Зато вороны показали, что закалку нужно ускорять, возможно завтра закалить всю спину, шею и остальные части тела. Да, будет тяжело, будет адски больно и я на день выпаду из работы, но может, оно того стоит?
Не знаю. С другой стороны каждый день на счету, а боль мешает моей продуктивности и работе.
Мысли вернулись в направлении этой странной женщины. И мысли были приятными.
Дом Морны был уже недалеко. Я знал эту часть Кромки достаточно хорошо, чтобы не заблудиться. Ещё минут двадцать ходьбы — и я буду на месте. Но сначала нужно было спрятать Виа.
Я остановился у старого пня, наполовину поросшего мхом. Внутри было достаточно большое дупло, чтобы туда поместилась лиана.
— Сиди здесь, — приказал я. — Тихо. Не двигайся. Я скоро вернусь.
Виа послушно заползла внутрь и свернулась кольцом. Я накрыл дупло ветками и мхом, чтобы она не бросалась в глаза.
Надеюсь, Морна её не учует. На таком расстоянии… всё должно быть нормально.
Когда я подошёл к дому Морны, первое, что бросилось в глаза — это уже знакомая мне девочка Лира. Она сидела на корточках прямо у живой изгороди, окруженная облаком мелких насекомых. Комары, мошки, какие-то жучки — все они кружили вокруг неё плотным роем, но, конечно же, не кусали. Просто… висели в воздухе, словно ждали команды. И я знал, что если понадобится, она эту команду даст. Опасный дар на самом деле, очень опасный. И, похоже, она в контроле насекомых стала еще умелее.
— Элиас? — она подняла на меня свои глаза, — Мама сказала, что ты придешь. Да и я тебя увидела.
Как она меня увидела, я уже понимал — через насекомых.
— Она там, за домом, мед собирает. Хочешь посмотреть?
Я вздохнул, посмотрел на Угрюма, который буравил меня своим подозрительным взглядом, — и кивнул.
— Можно, — сказал я девочке. — Пойдем.
Глава 8
Лира повела меня вокруг дома, и с каждым шагом рой насекомых вокруг неё становился всё плотнее: мошки, комары, какие-то мелкие жучки… все они кружили вокруг девочки, словно почетный эскорт. Иногда несколько особо любопытных отделялись от общего облака и подлетали ко мне, зависая прямо перед лицом, будто изучая.
Непонятно только, это она ими полностью командовала, или им «позволялось» определенная свобода в действиях?
— Они просто смотрят, — пояснила Лира, заметив как я дернулся. — Не укусят — я не разрешаю.
Шестилетняя девочка «не разрешает» сотне кровососущих и жалящих тварей делать то, что заложено в их природе и, судя по всему, ее Дар достаточно сильный, чтобы в таком возрасте обладать такими возможностями контроля. Может из-за них Морна ее и взяла? Не думаю, что каждый ребенок гнилодарцев настолько силен, как Лира. Или же всё дело в том, что она живет в Кромке, где в целом повышенный «фон» живы, и постоянно использует свой Дар?
Мы обогнули угол дома, и я остановился. Задний двор был мне уже знаком, поэтому цветочным клумбам и пасеке я не удивился.
Мой взгляд приковало нечто другое: Морна. Она стояла у ульев и работала. И она была… другой.
В прошлые разы я видел её «по-боевому»: тогда на ней была плотная кожаная одежда, рубаха, скрывающая руки до самых кистей, а сейчас же на ней была только длинная белая рубаха-платье, свободно струящаяся по фигуре и едва доходящая до колен. Рукава были закатаны до локтей, обнажая покрытые чёрной шерстью предплечья. Волосы женщины, в прошлые посещения распущенные, теперь были собраны в тугой пучок на затылке, открывая изящную шею — человеческую, без всякой шерсти, в отличие от рук, на которых эта черная шерсть переливалась словно мех пантеры.
Я понял, что не могу оторвать взгляд от того, как белая ткань облегает её фигуру, от плавных движений, когда она склонялась к улью, от изгиба спины, когда она выпрямлялась…
Чёрт! Надо успокоиться. Ничего особо нового я не вижу — так почему же меня это так цепляет?
Морна спокойно работала с пчёлами: она медленно опускала руки в улей, без всякой защиты, и доставала рамки с сотами. Пчёлы кружили вокруг неё плотным облаком, но ни одна не садилась и не жалила. Она отрезала ножом куски сот и складывала их в небольшое деревянное ведёрко у ног.
Это какие-то «феромоны», или есть другая причина почему пчелы ее не трогают?