Ваня Мордорский – Мастер Трав. Том 3 (страница 21)

— Хорошо!

Лира убежала и вернулась через минуту, держа мертвого ворона за лапы. Она ничуть не брезговала — просто несла его, как несла бы… не знаю, пучок травы — для неё это было обыденностью.

Морна взяла птицу и повернула её в руках, разглядывая. Потом посмотрела на меня.

— Ты знаешь, что это за птица?

— Ворон, — пожал я плечами.

— Не просто ворон. — Она постучала когтем по клюву птицы. — Железноклювый ворон. Видишь? Клюв и перья действительно почти металлические. Они укрепляются минералами из пищи. Очень прочные.

— Я заметил, — сухо сказал я. — Когда они меня клевали.

— Они не живут в Кромке.

Я на секунду завис.

— Ну, эти неплохо устроились, — ответил я.

— Железноклювые вороны, — повторила Морна. — Обитают за границей Кромки, значительно глубже. И улетают сюда только если…

— Если что?

— Если чувствуют опасность.

Я нахмурился.

— Опасность для себя или?..

— Опасность вообще. — Морна отдала ворона девочке, и та убежала с ним обратно, а сама она снова взялась за мои раны. Теперь она наносила какую-то едкую, жгучую мазь. Я стиснул зубы.

— Эти птицы… они как сигнал: если места становятся слишком опасными, то они бегут — уходят туда, где безопаснее. Вот они и посчитали, что в Кромке для них будет безопаснее…видимо. И еще: в их клювах и когтях достаточно заразы, так что одним чистецом от всякой дряни не избавиться — нужно что-то посерьезнее.

Ну…она, может, и права, но я-то мог с помощью системы посмотреть свой «статус» и знал, что пока никакая зараза ко мне не прицепилась. Ну да неважно, хочет она заниматься моими царапинами — я не против. Честно говоря, даже «за»…

Я молчал, переваривая информацию.

Железноклювые вороны, которых не должно быть в Кромке… И моя лиана — хищное растение, которое тоже не должно было находиться так близко к поселку. Два звена одной цепи?

Морна закончила с мазью и отступила на шаг.

— Я тебе говорила уже, что в Кромке сейчас не так безопасно, как раньше. Так что в следующий раз внимательнее следи за тем, что происходит вокруг. Вороны — это еще цветочки.

Я кивнул, хоть и чувствовал, что она явно что-то недоговаривает. Но она вдруг добавила:

— Несколько человек видели Стража Кромки, а это не очень хороший знак.

— Почему нехороший? — внутри похолодел я.

Ведь я-то его тоже видел, и Грэм ни слова не сказал о том, что это нехороший знак.

Морна махнула рукой.

— Хватит об этом. Не твоего ума и сил дело.

— Раны я обработала, — сказала Морна, вытирая руки о тряпку. — Можешь одеваться.

Я потянулся за рубахой. Натянул её, морщась: ткань липла к мази, и это было неприятно, но терпимо.

Морна, тем временем, подхватила деревянное ведёрко с сотами и поставила его на стол рядом с тазом. Достала тарелку и начала выкладывать на неё золотистые, истекающие мёдом куски сот, с запахом, от которого у меня потекли слюнки.

— Можно и чай с мёдом выпить, — сказала она, не оборачиваясь. — Раз уж пришёл.

Голос ее словно немного потеплел, и от этого стало приятно. Чай так чай. Да и мне интересно, что это за мед — уж точно какой-то непростой. Надо применить на нем Анализ.

Морна двигалась быстро и экономно: сначала она достала две глиняные кружки, затем насыпала в каждую какие-то травы и залила кипятком из котелка, висящего над очагом.

Я внимательно наблюдал за ней, за тем, как она двигается, за изгибом спины, когда она наклонялась, и за тем, как платье облегает ее тело. Не смотреть не мог. Это какая-то нечеловеческая хищность вроде бы простых движений завораживала и откликалась в сердце.

Нужно держать себя в руках, — напомнил я себе. — Да, необычная женщина, ну и что? Надо просто привыкнуть и эта необычность не будет бить по мозгам.

Я сделал глубокий вдох-выдох.

Морна, тем временем, поставила кружку передо мной и села напротив, обхватив свою кружку когтистыми пальцами.

Я поднёс чай к губам, сделал глоток и замер.

Это была совсем не та мята, которую я пил дома: вкус был сложным, и много трав тут сочетались очень удачно, создавая неповторимый вкус. Я ощущал что-то цветочное и травяное, лёгкую горчинку и сладость одновременно. И длинное послевкусие.

Я принюхался к чаю, пытаясь разобрать компоненты.

Морна хмыкнула.

— Что, хочешь состав определить?

— Мне для этого нужно хорошо напрячься, — честно ответил я. — А сейчас я этого не хочу.

— Понятно.

Использовать Анализ просто ради того, чтобы определить состав чая я не собирался. Думаю, довольно скоро я смогу подобное сделать сам, и глаза мои против воли (или не так уж против) смотрели на Морну.

— Ты пей, — сказала она, заметив мой взгляд, — И ешь. Мёд вкусный. Нечего глаза пялить.

Я взял кусочек сот и положил в рот, начав медленно жевать вместе с воском — с детства привык так есть. Высосав мед отложил воск в сторону.

Мёд был… необычным. Ясное дело, что вкус его будет различаться от того, где именно пчелы собирали пыльцу, но тут было что-то другое. Я почувствовал лёгкое покалывание где-то в груди — там, где был духовный корень. Прислушался к себе. Да, определённо, мёд ускорял восстановление живы. Совсем немного, едва заметно, но эффект был.

Я посмотрел на Морну.

— Для этого ты разводишь пчёл? Из-за этого свойства мёда? — спросил я.

Она усмехнулась.

— Заметил?

— Заметил.

— Умный мальчик. — Она отпила из своей кружки. — Да, он неплохо помогает детям. Не всё же их отварами пичкать: этот мёд действует мягче, а эффект ощутим. Особенно для тех, чьи корни… нестабильны.

— Что ж таких пчел не разводят в поселке? — спросил я.

— А никто кроме Лиры и Майи таких пчёл разводить не может. — хмыкнула Морна, — Эти пчёлы без контроля просто искусают тебя насмерть. Они очень агрессивны, а их укусы пробивают даже закаленную кожу. И это не считая того, что вне Кромки они почему-то не живут — просто не могут.

— Возможно, недостаточно живы? — предположил я.

— Может быть. — пожала плечами Морна. — Так что да — этот мед ценен.

Я мысленно сделал заметку. Грэму такой мёд был бы очень полезен: его организм постоянно боролся с хворью, и любая помощь в восстановлении живы…

— Хочешь взять для Грэма такого мёда? — спросила Морна, словно прочитав мои мысли.

— Конечно хочу! Он же тоже пьет мои отвары.

— Дам, но в долг. По той же цене, по которой иногда продаю другим… нуждающимся.

— Спасибо.

— Я не за спасибо это делаю. — помрачнела она и, положив руки на стол, сказала, — Показывай, что принес.