Вальтер Саретт – Поющий лес Эвалиониса (страница 1)
Евангелина Саретт, Вальтер Саретт
Поющий лес Эвалиониса
Поющий лес Эвалиониса
– Скажи, Иэн, а за сколько галок ты бы надел костюм Арлекина и вышел на главную площадь Нового Сиэтла сыграть театральную сценку? – спросила Василика Венс.
– Каких ещё галок? – буркнул Иэн Боровски, не отрываясь от планшета.
– Гала-коинов, разумеется, – рассмеялся пилот-навигатор Астреон Кларк.
– Ну вы даёте, ребята! – Иэн поднял глаза. – Я космогеолог, а не клоун.
– Но ведь не в этом дело, – продолжила Василика, – готов ли ты пострадать ради науки, чтобы собрать данные об уровне стресса во время публичного выступления?
– Стресса публики, которая будет на меня смотреть?
– Иэн, я серьёзно. Это данные для исследования, – пояснила Венс.
– Страдать готов, позориться – нет. Не мешайте работать, займитесь лучше делом, ребятки.
– Нечестно включать в исследование ответы человека, который не понимает сути вопросов, – заметил вошедший в кают-компанию Гаррет Мосс, представитель корпорации инвестора HelixCore.
– Справедливо! – заметил Кларк.
– Тогда, что ты сам можешь сказать по этому поводу? Выйдешь в костюме на площадь, чтобы измерить уровень стресса? И за какую оплату? – поинтересовалась у Мосса Василика.
– Ради науки выйду бесплатно! – отчеканил он.
– Принято! Так, значит, ты альтруист, Гаррет! – с улыбкой заключила Венс и что-то пометила в своем AI‑Pad.
– Внимание экипажу, – раздался голос капитана Брэдли по внутренней связи. – Прошу всех собраться на мостике. Через двенадцать часов манёвр выхода на орбиту Эвалиониса. Входим в зону гравитационного влияния.
В кают-компании на секунду повисла тишина. Все машинально посмотрели в панорамный иллюминатор, где за бронированным стеклом тянулась чернота космоса, усыпанная алмазной крошкой звёзд. Конечно, Эвалионис ещё не мог быть виден – до визуального контакта оставалось несколько часов, – но каждый уже мысленно шагал по его поверхности, представляя, каково это – ступить на неизведанную землю.
– Ну что, начинается, – тихо сказал Астреон, поднимаясь со стула и потягиваясь. – Двенадцать часов – это быстро.
– А я как раз собирался поесть, – проворчал Иэн Боровски. – Что ж, потом догрызу свой батончик. На мостик так на мостик.
– Ты всё равно не любишь со спирулиной, – заметила Василика, закрывая AI‑Pad.
– У него текстура строительной пены и плотность бетона, им хорошо обшивку корабля чинить.
– Не бурчи, пошли уже, – дружески хлопнул Иэна по плечу Мосс, а затем аккуратно поправил воротник своей формы HelixCore.
Судовой врач Анна Вонг поднялась последней, поспешно убирая свою кружку в нишу у стены.
– Марк не стал бы собирать всех просто так, – сказала она спокойно. – Значит, есть что обсудить.
– Или он просто хочет убедиться, что мы не начнём паниковать, – усмехнулся Кларк и направился к выходу.
В коридоре корабля было заметно шумнее. Где‑то внизу, в глубинных отсеках, гудел реактор – низким, почти неслышным звуком, который ощущался скорее кожей, чем ушами. Легкая вибрация передавалась через палубу, напоминая о мощи, скрытой под ногами.
В штатном режиме работали системы жизнеобеспечения – их ровный, непрерывный гул вплетался в общий фон корабля. В воздухе висел тонкий запах озона с примесью металла – система фильтрации не давала забыть, что астронавты сейчас в миллиардах километров от дома.
– Хорошо хоть навигация по кораблю есть, а то я в первый раз чуть не заблудился, еще немного и ушёл бы в инженерный отсек. А там темно и страшно, – пошутил Гаррет. – Вот эта штука меня и спасла, – добавил он, стукнув носком ботинка по голубоватой световой разметке, тянувшейся вдоль пола.
– Ну, для новичков ещё и индикаторы есть, – иронично заметил Кларк, глядя на голографическую надпись "Рубка управления: 15 м". – Пятнадцать метров, – прочитал он. – Отлично. Спасибо, Вэнгард, а то я уже начал переживать, что сверну не туда и выйду в открытый космос.
Василика, шедшая позади них, негромко усмехнулась.
Пневматические двери рубки с легким шипением разъехались в стороны, и команда вошла внутрь.
– А где Лу? – спросил встретивший их капитан.
– В последнее время он подсел на виртуальные игры из-за тоски по дому, – весело проговорил Астреон Кларк.
– Ну, не на игры, а на беговую дорожку, бегает в виртуальном родном городе. На спорт он подсел, – рассмеялась Венс.
Обернувшись, она внезапно воскликнула:
– О, посмотрите-ка, наш разведчик пришёл! Орби, плыви скорее сюда, дружок!
В комнату плавно скользнул небольшой сферический дрон ORB‑3 – или Орби, как прозвали его на корабле. Официальное название Observational Reconnaissance Bot – уже никто и не вспоминал. Робот передвигался почти бесшумно, его полёт сопровождали только мерный гул от работы внутренних стабилизаторов и едва уловимое жужжание датчиков, непрерывно сканировавших пространство.
Корпус Орби покрывал бархатистый soft‑touch с едва заметной нанотекстурой, от его поверхности исходило тепло, будто он был живым существом, а не машиной. Члены экипажа нередко пристраивались рядом с ним и, шутки ради, поглаживали, как домашнего питомца.
По мнению судового врача Анны Вонг, это было даже полезно: тактильный контакт с тёплой полимерной поверхностью дрона снижал уровень стресса и помогал экипажу пережить долгие перелёты. Анна шутила, что Орби – их официальный антистресс‑напарник.
ORB‑3 сделал вираж над столом, приветственно пискнул и завис рядом с Василикой, слегка покачиваясь. Голубые "глаза" дрона – сканеры и камера – изменили форму: из круглых они превратились в узкие полоски, а на корпусе загорелся улыбающийся смайлик.
– Видите? – улыбнулась Венс. – Он меня любит! – На лицах окружающих появились ответные улыбки. Обычно серьёзный капитан Брэдли усмехнулся одними уголками рта, но тут же сосредоточился на панели перед собой.
– Орби, найди Лу, что он сейчас делает? – попросила Василика.
Через секунду бот произнёс электронным голосом:
– Люмьен Орлов, бортинженер космического корабля "Vanguard": отсек 7B, тренировочный модуль.
На дисплее появилось изображение спортзала: Лу двигался по беговой дорожке, вокруг которой простиралась панорама городских улиц с домами, тротуарами и деревьями. Он бежал с таким героическим выражением лица и так яростно работал локтями, будто участвовал в штурме последнего рубежа ради спасения человечества, а не тренировался в виртуальной проекции. С серьёзно нахмуренными бровями и пафосно сжатой челюстью, Лу целеустремлённо рвался вперёд, явно не подозревая, что за ним сейчас наблюдает вся рубка.
Кларк присвистнул:
– О, ребята! Похоже, у нас есть кандидат на победу в межпланетном марафоне!
Вся команда дружно прыснула со смеху. Марк Брэдли слегка постучал пальцами по консоли, возвращая всех к делу.
– Так, веселье отложим на потом. Давайте работать.
– Вероятно, Лу не услышал сообщения капитана из-за громкой музыки в наушниках. Сейчас приглашу его, – предложил Гаррет и коснулся своего наручного коммуникатора – тонкий браслет на запястье сразу откликнулся и завибрировал.
– Хорошо. Пусть заканчивает тренировку и поднимается. Мы же приступаем к подготовке к выходу на орбиту. Через час получим расширенные данные. Сейчас нужно сверить протоколы и уточнить задачи.
Команда собралась вокруг голограммы с картой звёздного неба, которая вспыхнула над центральной консолью – полупрозрачная модель Эвалиониса медленно вращалась в воздухе, окружённая кольцами траекторий и всплывающими метками.
– Красота… – прошептал Гаррет Мосс. – На это можно смотреть бесконечно.
– У нас ещё будет время полюбоваться ей в реальности, – ответил Брэдли. – Аст, какой статус?
– Все параметры в норме, – доложил пилот-навигатор. – Двигатели в дежурном режиме, инерционные компенсаторы в готовности. Прогнозируемая перегрузка при торможении – 2 g.
Доктор Вонг тут же уточнила:
– Экипаж в пределах физиологических норм. Кислородные маски проверены, медикаменты наготове.
Командир удовлетворённо кивнул:
– Хорошо. Держим курс.
Уже через пару минут в рубку ворвался немного смущенный Лу, и запыхавшимся, но весёлым голосом произнес:
– Бортинженер Орлов к вашим услугам!
– Отлично, Лу, подключайся. Теперь все в сборе, – поприветствовал его Брэдли. – Что с метеорным потоком, Астреон?
– Метеорный поток проходит по касательной, – ответил Кларк, не отрываясь от экрана. – Вероятность столкновения с крупными фрагментами – менее 0,3 процентов. Защитное поле погасит мелкие частицы. Хотя поток плотнее, чем мы прогнозировали.
– Не нравится мне этот участок, – пробормотал Боровски, увеличивая масштаб. – Плотность потока на 11 процентов выше, чем в утренних данных. Поле выдержит, но могут быть помехи в связи и скачки в энергосети.
– Выдержит, но тряхнёт, – Аст провёл пальцем по экрану, корректируя дугу траектории. – Предлагаю сместиться на 5 градусов севернее.