Вальтер Аваков – От лотка до молотка. Книга о торгах. История и практика проведения публичных торгов (страница 36)
Хотим поделиться с вами, уважаемый читатель, еще одним наблюдением, мимо которого мы не смогли пройти. Мир античных греков не выходил за рамки Балкан и Эгейского моря, а «божественный Александр» своими завоеваниями в Малой Азии, Ближнем и Среднем Востоке мгновенно расширил его до невообразимых размеров, поэтому они его и прославляли как великого полководца, завоевавшего полмира! В реальности же Александру для этого понадобилось завоевать… только Персию, которая в свое время действительно завоевала полмира. Взгляните на карты еще раз и, как в детской загадке, найдите 10 отличий между империями персов и Александра Македонского:
Где-то далеко, практически в другой жизни, осталась маленькая и бедная Македония. Всего за 4 года Александр, поставив свою ногу на берег легендарной Трои в Малой Азии, вступил в совсем иную жизнь, где ему достались несметные богатства и сокровища, о которых он даже не подозревал в своей юности, и невообразимые пространства, которые ему удалось завоевать неимоверно быстро. 4 года назад Александр, фактически, вступил в другую жизнь, которая сделала его великим и… бессмертным! Он больше не вернулся в родную Македонию, приняв титул царя Азии и сделав своей столицей Вавилон. Александр оказался очень тонким политиком и разумным правителем. Именно ему удалось заложить основы эллинистического мира, при котором огромное влияние в Передней Азии стала играть греческая культура, а все прежние достижения персов и покоренных ими народов отошли на второй план. И здесь мы хотим поделиться с вами, уважаемые читатели, еще одним наблюдением.
Именно с момента падения персидской державы началось всяческое восхваление заслуг «божественного Александра» греческими историками, что заложило основу Цивилизации Белого Человека, которую позже развили и упрочили римляне, а через тысячу лет превознесли и «подняли на флаг» европейцы. Александр Македонский взял на вооружение достижения персов в государственном управлении огромной империей, всего лишь замазав сверху многие из них «раствором эллинизма». А достижения были! Во всех областях: медицине, астрономии, математике, градостроительстве, инженерной мысли, в сельском хозяйстве, в торговле и мореплавании! Именно с завоеваний Александра Македонского стали продвигаться идеи исключительной организации греческого общества как наиболее цивилизованного и демократического — при полном умолчании, игнорировании и оставлении без внимания достижения всех остальных народов, т. е. варваров, которые, по представлению греков, темными и невежественными ордами окружали светлый мир эллинской цивилизации — ойкумену.
«Mea culpa!» или «Проездной билет» для грешников
Даешь серебро, а получаешь отпущение грехов;
избавляешь бедного от голода,
а он избавляет тебя от гнева Божьего.
Индульгенции. Многие историки и прогрессивные публицисты убедили всех в том, что в истории человечества нет более циничного и отвратительного явления, чем продажа индульгенций. Апофеозом этого малодостойного действа стала инициатива папы Льва Х объявить торги на откуп по продаже индульгенций. В результате католическая Церковь с подачи бунтующего Мартина Лютера получила крупнейший раскол западного христианского мира, Реформацию и протестантство.
Всё так. И всё не так! Индульгенции — пожалуй, одна из самых непростых тем для понимания современным человеком. Больше ложных исторических штампов и позорных клейм человечество поставило, наверное, только на Крестовые походы и на алжирских пиратов. Но стоит все же признать, что ни один исторический процесс, каким бы драматичным он ни был и как бы долго он ни продолжался (будь то завоевание Америки, создание колониальных империй, святая инквизиция или монголо-татарское иго), не приводил к таким радикальным последствиям, как это произошло с торговлей индульгенциями. Как говорится: «Начали за здравие, а кончили за упокой!» Впрочем, в данном случае уместнее было бы сказать: «Благими намерениями вымощена дорога в ад».
Современному человеку, незнакомому с принципами жизни, правилами поведения и традициями людей в Средневековье, сложно понять, зачем вообще были нужны индульгенции, и сложно осознать весь глубинный смысл индульгенций и всего, что было с ними связано. Современные исследователи зачастую бездумно трактуют индульгенции как документ о прощении грехов. Это дешевый и ложный исторический штамп.
Средневековый человек — это в первую очередь верующий христианин. В широком смысле им мог быть и житель Древней Руси, и византиец, и грек, и египетский копт, и сириец. В узком смысле, применительно к нашей теме, это житель Западной Европы, с которым Церковь говорила на латыни. На протяжении Раннего, Высокого и Позднего Средневековья жизнь любого человека (крестьянин, горожанин, ремесленник, купец, чиновник, дворянин, рыцарь, феодал и государь-правитель) строилась исключительно на его тесных отношениях с Богом. Средневековый человек — это прежде всего «Божий человек»: он просыпался с именем Бога на устах, работал целый день, совершал какие-то поступки, принимал какие-то решения, ложился спать и в течение всего дня он многократно молил Бога о чем-то, благодарил Его или, наоборот, просил у Него прощения за что-то. Вся жизнь и весь календарь средневекового человека состояли исключительно из церковных праздников. Его поведение сообразовывалось с предписаниями Церкви, которая играла в жизни средневекового человека главную, центральную роль. В большинстве случаев священники и монахи имели для него значение даже более важное, чем его начальник или хозяин-феодал.
В каждой обычной семье, даже у бедняков, была только одна книга — Библия, по которой люди строили свою жизнь. Если у человека было две или три книги (не говоря уже о библиотеках!), то он считался образованным!
Средневековый человек, как и мы, грешил. Все грешили! И все исповедовались, т. е. признавались в своих грехах. Считалось (как догма), что ни один человек не может быть безгрешен. Если тебе нечего сказать на исповеди, значит, с тобой что-то не так. Святой Франциск считал себя последним из грешников. В этом и заключался неразрешимый конфликт христианина: с одной стороны, ты не должен грешить, но, с другой, если ты вдруг решил, что безгрешен, значит, ты возгордился (гордыня — смертный грех!). Ты не можешь сказать: «Я безгрешен!», потому что безгрешным, как Церковь учила христиан, был только Христос. Добрый же христианин должен был в своем поведении лишь стремиться достичь безгрешности Христа. И средневековый человек на этом тернистом пути духовного восхождения колебался, ошибался (поскольку слаб человек), поэтому он много грешил.
Вся система ценностей при жизни человека в миру и после смерти была расписана и регламентировалась Церковью до мельчайших деталей. Человек должен был жить безгрешно или стараться так жить, подражая Христу. Только при этом условии он после смерти сразу же попадал в рай. Этой божественной участи и благодати удостаивались единицы: сподвижники веры, герои, уникальные люди, которых потом причисляли к лику святых. Всех остальных ждало чистилище, где им предстояло очиститься от ранее совершенных ими грехов, за которые они также должны были много и усердно молиться еще в земной жизни и совершать много богоугодных поступков. В чистилище люди маялись и страдали от совершенных ими грехов, а в это время за них на земле молились их родные, близкие и Церковь. После чистилища, если Господь прощал человеку его грехи, усопший отправлялся в рай на вечное блаженство. Если же Господь был неумолим, то —
Со временем Церковь выстроила большую, разветвленную, многоуровневую и логически стройную систему грехов, куда входили грехи простительные и непростительные, вольные и невольные, против Бога, против ближнего и против себя самого, смертные грехи и много других видов. Естественно, что при такой сложной, простирающейся на все стороны жизни системе грехов, любой человек, что бы он ни делал, обязательно нарушал тот или иной закон, т. е. становился грешником и потому он никак не мог избежать перспективы наказания (лат.
Другой немаловажной задачей богословов было определение греха (лат.