Валерия Веденеева – Возвращение наследника (страница 7)

Начать я решил с Морага — не потому, что считал его причастным к каким-то тайнам, а потому, что именно из-за его доноса меня похитили. Честно сказать, я надеялся, что под ментальным давлением он расскажет что-нибудь такое, за что его получится со спокойной совестью отправить в Залы Бьяра. Длительную ссылку на Границу он уже заслужил самим фактом причастности к белой секте.

В комнату, выбранную нами для допроса, Мораг зашел с таким видом, будто был уверен, что его ведут на казнь. Кинул на меня быстрый взгляд и тут же отвел глаза. Боялся.

— Я что, для того стал старшим магистром, чтобы лично проводить допросы? — недовольно проворчал Семарес. Конвоиры между тем усадили Морага в то самое металлическое кресло, в котором, всего несколько часов назад, на вопросы отвечал я, и пристегнули его руки к подлокотникам новыми креплениями — старые я порвал, и они так и остались на полу в зале приемов.

На риторический вопрос Семареса никто, конечно, не ответил. Поклонившись, Достойные Братья ушли.

На самом деле Семарес прекрасно понимал, почему я настоял на том, чтобы допрос вел он. В конце концов, мало ли что мог Мораг ляпнуть, и мне не хотелось заставлять новых людей давать клятвы молчания.

Недовольство, впрочем, не помешало старшему магистру подойти к делу ответственно.

Я сидел, слушал его вопросы, ответы Морага, и чем дальше, тем больше хмурился.

Допрашиваемый признался в нарушениях дисциплины в Академии, в ссорах и драках, в дуэлях — которые, однако, никогда не заканчивались ни смертью, ни даже серьезными ранами. Признался в презрительном отношении к новичкам и к магам неблагородного происхождения — хотя оно ни в чем, кроме как в отдельных колких фразах, не проявлялось.

И… И все!

Он даже своей невесте ни разу не изменил.

Ну надо же, настолько неприятный человек — и ни единого, за двадцать два года жизни, преступления! Кроме вступления в ряды белой секты, конечно. Однако, как мы и предполагали, о других подобных сектах он абсолютно ничего не знал, да и в эту-то влез, как оказалось, только потому, что, увидев мое частичное перерождение, перепугался и вообразил глобальный демонический заговор.

— Может, хоть клан его в чем-нибудь замешан? — произнес я со вздохом, когда Семарес закончил со стандартными вопросами и вопросительно на меня посмотрел.

И вот тут, едва я упомянул слово «клан», Мораг дернулся. Сразу же попытался сделать вид, что все в порядке, но его непроизвольное движение заметил не только я.

— Клан, — повторил Семарес. — Старший клан Персеус. Давние затворники. Ну что ж, Мораг, расскажи нам все, что ты знаешь о планах своего клана.

Мораг дернулся снова, в этот раз уже не пытаясь притворяться спокойным.

— Н-ничего н-не знаю, — выдавил он.

Семарес удивленно приподнял брови, а потом усилил давление. Несколько мгновений Мораг еще пытался сопротивляться, но эта затея была бесполезной с самого начала. И уже на самой первой его фразе я вскинул руку, останавливая Семареса.

— Сперва нужно поставить защиту от подслушивания.

Семарес молча кивнул, и лишь когда загорелись нужные руны, снова повернулся к Морагу.

— Продолжай. Значит, ты только что сказал, что твой клан собирается поменять императорскую династию?

На лице Морага отразилось такое отчаяние, что мне на мгновение даже стало его жаль. Бедняга. Так подставить свою семью…

— Да, — проговорил он, под воздействием магии Семареса не в силах молчать. — Мы планируем восстановить справедливость и вернуть трон…

— Твой клан на троне никогда не был! — перебил я его.

— Нет, но мы были первой опорой прежнему правящему клану! Власть, могущество, богатство — мы потеряли с приходом узурпаторов все! — Мораг несколько раз судорожно мотнул головой, будто мог вот так избавиться от магического давления. Конечно, не получилось, и он вынужденно продолжил: — Мы долго искали возможность все восстановить, и недавно, недавно… — он резко замолчал, потом дернулся, а из угла рта у него потекла струйка крови.

— Какого Ишты! — Семарес подскочил к допрашиваемому, невнятно бормоча какие-то заклинания, а потом с силой надавил ему на челюсть, заставив раскрыть рот.

— Он что, нарушил клятву молчания? — спросил я.

— Он ведь жив, — возразил Семарес. — Значит, не нарушил. Нет, щенок прокусил себе язык, чтобы резкой болью перебить ментальное давление и не отвечать. Можно подумать, это ему надолго поможет.

Надолго не помогло — рану Семарес залечил, после чего, буркнув, что теперь будет постоянно давить в полную силу, продолжил допрос.

Оказалось, что некоторое время назад духи предков клана Морага начали вести себя непривычно оживленно — сами, без призыва, покидали свой храм и в призрачном облике расхаживали по корневым землям, иногда приставая к удивленным и испуганным потомкам с разговорами и расспросами. Потом все разом на несколько дней исчезли даже из храма. А когда вернулись, заявили, что дух Аэстус возрожден.

— Аэстус? — перебил я. — При чем тут прежняя династия? Они же все погибли еще три века назад.

Мораг бросил на меня ненавидящий взгляд, но был вынужден ответить:

— Я тоже так думал. Мы все так думали. Но оказалось иначе.

— Духи предков твоего клана каким-то образом связаны с духами предков Аэстус?

— Да, мы одной крови. Мой клан был изначально Младшей семьей императорского клана. Потом нам даровали право отделиться.

Я нахмурился. Кастиан как-то упоминал об этом — когда говорил, что не стоит недооценивать любые Старшие кланы, а особенно клан, родственный его собственному.

Получалось, духи клана Персеус узнали, что Кастиан жив, и взбудоражили потомков, а те решили устроить государственный переворот?

— Ну и? Что там с этим возрожденным духом Аэстус? — потребовал я. — Рассказывай!

Судя по лицу Морага, он бы лучше перерезал мне сейчас горло — или, если бы мне не получилось, то перерезал бы себе. Но такой возможности ему никто не дал, так что рассказывать пришлось.

Оказалось, что слова про «возрожденный дух» следовало воспринимать буквально. Аэстус сделали то, что, после них, не сумел повторить никакой иной клан — они «очеловечили» дух стихии земли и ввели его в свой род.

Что это «очеловечивание» из себя представляло, Мораг не знал. Да и про сам факт «очеловечивания» стихийной сущности услышал совсем недавно — вернее, подслушал в разговоре старших. Когда нынешняя правящая династия уничтожила Аэстус, ее маги каким-то образом сумели дух земли усыпить — и вот этим летом он, впервые за триста с лишним лет, проснулся.

— Теперь мы ищем способ помочь ему покинуть корневые земли Аэстус, — продолжал Мораг. — После того, как дух пройдет через барьеры, он быстро найдет того, чье появление его пробудило. Старшая семья моего клана думает, что в ком-то из дальних потомков Аэстус, нашедших укрытие в других родах, после инициации заговорила истинная кровь. Такое бывает, хоть и очень редко.

— Ага, — пробормотал я. Значит, про Кастиана они пока не знали. Хорошо. Но ситуация мне совсем не нравилась. Еще один заговор против императора, причем в этот раз полностью вне моего контроля. И если бы не Мораг, свалилось бы это на меня, как снег на голову. Каким, однако, этот бывший студент оказался полезным! Пожалуй, я был даже готов простить за это его донос на меня.

— И что же, твой клан думает, будто у него одного хватит силы не просто сместить нынешнего правителя, но поменять династию? — спросил я с сомнением.

— Не у одного, — нехотя ответил Мораг. Сопротивляться ментальному давлению он все еще пытался, хотя и без толку. — У нас есть союзники — и Старшие кланы, и Младшие, и Гильдии. И… — он дернулся. — И белые секты.

— А белые секты не попытаются этого очеловеченного духа земли уничтожить? — поинтересовался я с любопытством.

— Они про него не знают, — еще более нехотя признал Мораг.

Ну естественно. Отдать сектантам чужих потомков демонов — это всегда отличная идея, а вот выдать собственного полезного духа — уже нет.

— В прошлый раз Аэстус, на пике своей силе, проиграли клану Танаш. И вы даже не они, а всего лишь младшая ветвь. Почему вы думаете, будто в этот раз у вас есть шанс? — спросил я.

— Не знаю. Старшим виднее, — почти с облегчением ответил Мораг и тут же возмущенно добавил: — Аэстус не были тогда на пике своей силы! Их предали и обескровили прежде, чем произошло нападение.

Ну, может и так. Кастиан деталей гибели своей династии тоже достоверно не знал, поскольку вряд ли можно было верить тому, что написали об этом в книгах, одобренных династией нынешней.

Больше ничего полезного Мораг рассказать не смог, так что я вновь создал вокруг него щит тишины.

— Можешь его увести, — сказал я Семаресу и, встав со своего места, подошел к окну.

— Рейн? — спросил Теаган, когда Семарес отправил пленника с конвоирами, ждавшими за дверью, вернулся и вновь активировал руны от подслушивания. — Что ты планируешь со всем этим делать?

Я развернулся к окну спиной.

— Как минимум, мне придется пообщаться с заговорщиками.

— Пообщаться — о чем?

— Убедить их не торопиться.

Теаган задумчиво кивнул.

— Значит, ты все же собираешься скинуть императора? Такие подозрения у меня появлялись.

Семарес на это негромко хмыкнул, но никак слова племянника не прокомментировал.

— Вы оба прекрасно знаете, что нынешний император приносит куда больше зла, чем пользы, — отозвался я. — Но полноценная война с императорским кланом будет для страны еще вреднее, чем его правление.