Валерия Шаталова – Костры из лаванды и лжи (страница 6)
– В нашем?
– Угу.
– Отлично! Дуй обратно.
Женя вскочила со скамейки:
– Что? Что она сказала? Меня оставят?
– Не-а, упёрлась насмерть, коза старая. Я только и смог уговорить, чтоб домой тебе не звонила…
Женя поникла и вновь села на скамью, а Макс продолжил уговаривать:
– Да и плевать. На кой тебе эта библиотека сдалась. Но ты всё равно возвращайся! У меня просто бомбические новости!
– Я туда больше не пойду, Макс. Хватит с меня позора.
– Да чего ты как…
– Как кто? Блудница?! – нервно выкрикнула Женя и тут же отвернулась, пристыженная любопытным взглядом проходящего мимо мужчины.
– О-о-о, – протяжно раздалось в телефоне. Макс, наверняка, ещё и глаза закатил. – Жаргон времён динозавров. Жень, давай уже, соберись! Не хочешь приходить, ладно. Тогда я тебе сейчас ссылку на анкету перешлю на почту. Она на французском, а я ни фига не шарю. Меня хватило только ответ с помощью онлайн переводчика накатать.
– Ты о чём сейчас? – она недоумённо нахмурилась.
– Так об объявлении том, французском. Я от твоего имени откликнулся.
– Максим! – Женя вновь вскочила и стала расхаживать из стороны в сторону. – Ну зачем? Ты не мог…
– Да мог, мог. Вчера написал им. А сегодня они ответ прислали, что готовы рассмотреть твою кандидатуру, но надо чего-то там заполнить. Офигенно же! Только я не понял толком, что там заполнить надо. Куча бланков каких-то. Так что давай уж сама, а то за мой французский тебе потом придётся долго извиняться.
Женя отнекивалась, вздыхала, но в конце концов сделала вид, что согласилась. Через пару минут телефон звякнул, и на экране появилось уведомление о новом непрочитанном письме в почте. Она не глядя смахнула значок и вместо этого открыла сайт с вакансиями.
На самом деле энтузиазма Максима Женя абсолютно не разделяла и уезжать из страны не собиралась. Но этот звонок её немного встряхнул. Выбрав несколько подходящих вакансий, она стала обзванивать компании и остаток рабочего дня потратила на посещение офисов. К дому Женя подошла измотанная и совсем поникшая. Всё же четыре отказа из четырёх. Завтра она, конечно, продолжит поиски работы, но в голове уже привычно зудела мысль, что она действительно никчёмная и бесполезная.
Как только она открыла дверь в квартиру, в нос ей ударил сладкий цветочный запах. Женя вспомнила ярко жёлтую этикетку эфирного масла: «Иланг-иланг – лучший помощник во всех случаях, связанных со стрессом, тревогой. Ему по плечу любая нервозность и раздражительность». Вот только чересчур удушливый запах успокоению никак не способствовал. То ли дядя снова перепутал пропорции и накапал в аромадиффузор слишком много масла, то ли Женя уже переступила черту безнадёжности. Единственным её желанием было не лечь и расслабиться, а открыть все окна и как следует проветрить квартиру.
Прошмыгнув мимо дядиного кабинета, откуда доносились приглушённые голоса, Женя вошла в кухню и открыла форточку. Деревянная рама с громким щелчком распахнулась, впуская летний ветерок. Дышать стало чуть легче.
– Евгения! Ты пришла? Зайди ко мне, – крикнул дядя Костя.
Странно, ведь он никогда прежде не вызывал её во время работы с клиентами. С дурным предчувствием Женя толкнула дверь кабинета. Привычный полумрак давил концентрированным запахом благовоний и тяжёлым присутствием Константина Игнатьевича. А вот субтильный мужчина в светлой рубашке с коротким рукавом, напротив, с интересом осмотрел Женю сверху до низу и радушно улыбнулся. Но улыбка вышла какая-то масляная.
– Подходит, – кивнул он, вместо приветствия, – беру.
– Вот и чудно, – дядя Костя пожал руку клиенту. – Евгения заканчивает работу в библиотеке через две недели.
– Но уборщица мне нужна уже сейчас, – возразил мужчина. – Я не могу столько ждать.
Внутри вспыхнуло негодование.
– Дядя Костя… – начала было Женя, но тут же была остановлена взмахом руки.
– Хорошо, хорошо, – поспешно закивал он посетителю. – Я улажу этот вопрос.
– Но дядя Кос…
– Сейчас я сделаю один звонок. А вы пообщайтесь пока.
Он шаркнул стулом, поднимаясь из-за стола. Проходя мимо Жени, ощутимо подтолкнул её в сторону клиента. Затем в коридоре заскрежетал диском стационарного телефона.
– Я Леонид, – представился подошедший ближе мужчина, протягивая ладонь для рукопожатия.
Женя робко вложила свою руку, но всё её внимание было приковано к разговору дяди и заведующей.
– Ой, что сейчас будет, – случайно прошептала она вслух.
– Не сейчас. Ты мне в субботу нужна. В моём клубе планируется грандиозная вечеринка. Я называю это «ночь пик». Танцы до утра, разбитая посуда, разлитые напитки, ну ты понимаешь, что такое отвязная тусовка. Персонал нужен в полном составе. И надень что-нибудь не такое старушечье.
– Что, простите?
Женя поняла, что мужчина до сих пор сжимает её руку, и деликатно отстранилась.
– В скафандре, говорю, не жарко тебе? Застегнулась наглухо.
Она невольно прикрыла ладонью ворот блузки – вдруг и этому приспичит на ней пуговку расстегнуть.
– Константин, значит, твой дядя, да?
– Угу. – Женя вновь посмотрела на дверь, но как проходит беседа с Тамарой Владимировной было непонятно.
– А скажи: дядя Лео.
– Дядя Лео, – произнесла она машинально, а потом одумалась: – Что, извините?
– Повтори ещё, – попросил он, поправив ремень на брюках и покачнувшись на пятках.
– Да что… – подозрительно начала Женя, одновременно делая шаг в сторону двери.
– Я всё уладил, – на пороге кабинета возник дядя Костя. – Завтра в пять заберёшь трудовую в бухгалтерии. Я, правда, не понял, отчего так поздно. Тома сегодня что-то не в духе.
А вот Женя как раз поняла. По пятницам заведующая работала до четырёх. Видимо, ей настолько не хотелось пересекаться с Женей, что она назначила столь позднее время. Но по крайней мере она не рассказала про сегодняшний инцидент, как Максим и обещал – дядя Костя выглядел хмурым, но это его привычное состояние, злости в нём не чувствовалось.
После ухода Леонида других клиентов больше не было, так что вечер прошёл относительно спокойно. За ужином дядя привычно ворчал и занудствовал, а потом закрылся в своей спальне-кабинете и больше оттуда не показывался. Применив все возможные меры предосторожности, Женя аккуратно вытащила из дыры в подкладе сумки смартфон, который сегодня контрабандой пронесла домой, заранее отключив на нём звук. На всякий случай максимально убавив яркость экрана, она допоздна просматривала сайты с вакансиями и рассылала резюме на любые, хоть немного подходящие вакансии.
– Это же надо! Уборщицей меня устроил! – еле слышно возмущалась она себе под нос. – Ну просто ни в какие ворота!
Но она понимала, что если за завтрашний день у неё не появится реальных альтернатив, то придётся ехать по адресу, который перед уходом оставил этот странный, до жути неприятный Леонид.
На утро Женя как ни в чём не бывало положила себе в контейнер обед и вышла из дома, делая вид, что едет на работу в библиотеку. Вместо этого она отправилась в любимую кофейню и, оккупировав столик в самом дальнем углу, с надеждой открыла почту на смартфоне. Увы, её ждало разочарование – на несколько её откликов пришли ответы, но все они были или отрицательными, или неопределёнными, в стиле: «Благодарим за ваше резюме, мы свяжемся с вами позднее».
– Когда позднее-то? Мне сейчас нужно!
Вздохнув, она достала ручку, блокнот и стала составлять перечень библиотек, которые она планировала сегодня обзвонить, а кое-куда и успеть съездить до часа икс – пяти вечера, когда ей нужно было забрать трудовую.
К концу дня она обзавелась внушительным списком обещаний перезвонить и тремя скудными перспективами: менеджер по холодным звонкам, помощник риэлтора и книжный агент. Последнее вроде звучало неплохо, а на деле ходить по офисам с авоськой детской литературы и пытаться продать людям книги даже Жене показалось архаичным. А уж Максим так и вовсе обозвал пережитком девяностых и, конечно, вновь и вновь забрасывал её сообщениями, агитируя за Францию.
Рассердившись, Женя перестала заглядывать в чат и даже не предупредила, что заскочит сегодня на теперь уже бывшую работу. Выслушивать мотивационные речи о переезде просто не было сил. А Макс на этом будто зациклился.
Правда тут же в голове зазвучал потенциальный упрёк Макса из будущего:
Порой он действительно ворчал похлеще Тамары Владимировны. Зато пел красиво, проникая лирическим баритоном в самые потаённые уголки души, вызывая мурашки по всему телу. Жене вдруг нестерпимо захотелось снова погулять с ним по парку, послушать его голос, посмотреть как длинные пальцы перебирают гитарные струны.