Валерия Шаталова – Костры из лаванды и лжи (страница 7)
Внезапно она подняла глаза, выныривая из своих романтических планов, и поражённо замерла. Женю словно под дых ударили, выбив все мысли, оставив внутри холодную пустоту. Тысячи крючковатых игл вонзились в сердце и стали медленно вырывать один клочок души за другим. Но Максим этого не видел. Он стоял спиной, опираясь ладонью о колонну, а второй рукой прижимал к себе стройную блондинку. Летний ветерок игриво трепал русые волосы Макса, полы его рубашки и оранжево-красную длинную юбку неизвестной девушки. Женя схватилась за стену, потому что земля под ногами покачнулась. Она снова и снова пыталась вдохнуть, но воздух вокруг исчез. Пламенный поцелуй всё никак не заканчивался, и даже закрыв глаза, Женя видела его. Видела их. А потом струящаяся юбка незнакомки полыхнула, затрещала зловещими искрами, выжигая остатки реальности.
4. Потомственный маг света
Женя сидела на лавке в сквере, бездумно уставившись перед собой. Воспоминания о том, как она всё же забрала трудовую, перекатывались в голове, вязкие, тягучие, неповоротливые.
Едва справившись с панической атакой, отдышавшись и стиснув кулаки, Женя всё же направилась в бухгалтерию. Но попытка незаметно проскользнуть мимо целующейся парочки провалилась. Макс боковым зрением заметил движение, повернулся, и лицо его озарилось радостным узнаванием.
– О, Жень, привет! А я и не знал, что ты сегодня зайдёшь.
– Я… э-э-э… да… трудовая же, – пролепетала она что-то невразумительное, желая провалиться под землю. А лучше, чтоб туда провалилась эта блондинка, которая с любопытством её разглядывала, даже не отлепившись от Макса. От её, Жениного, Макса!
– О, ну ясно, – с умным видом кивнул Максим. – Ну тогда забирай давай быстрей, и потом вместе до остановки пойдём. Это, кстати, Лиза – моя подруга. Я тебе рассказы…
– Девушка, – перебила Елизавета, – Я его девушка.
– Да я так и сказал.
– Не так.
Парень озадаченно посмотрел на «подругу», а та окончательно добила, расставляя все точки:
– Мы с Максом встречаемся. Красивая коса, кстати! – она широко улыбнулась Жене, а следом тихо добавила: – Прям как у доярки.
Но Женя услышала, вспыхнула до самых корней волос, и попятилась в сторону двери. Макс пытался сгладить неловкость, что-то говорил, но его слова совершенно не отложились в памяти. В бухгалтерии Женя поставила свою подпись в каких-то бумагах и получила расчёт. Всё это прошло, как в тумане. Увидеть снова Макса и Лизу, а тем более идти с ними было выше её сил, поэтому Женя позорно сбежала через служебный выход. Повернув в сторону, противоположную от автобусного маршрута, она неслась по улицам так, словно за ней гнались все огненные демоны ада. И лишь запыхавшись, огляделась по сторонам, обнаружила себя в сквере и рухнула на ближайшую пустую скамейку под кустом сирени.
Женя шумно всхлипнула, вытерла бумажным платочком лицо, но горькие слёзы никак не унимались.
Из задумчивости её вырвал телефонный звонок. Женя мельком взглянула на экран, номер неизвестный. Разговаривать ни с кем не хотелось, но смартфон жужжал и жужжал, навязчивый, как овод. А вдруг это насчёт работы?
– Алло? – вяло поинтересовалась она в трубку.
Из телефона на неё полились журчащие нотки иностранной речи, так что Женя даже села ровнее, пытаясь уловить смысл беседы.
– Мадам Арно? Эжени Арно? – прощебетала неизвестная француженка. – Меня зовут Мари, я из бюро по подбору персонала «Roue du destin». Мы переписывались по электронной почте, но я так и не получила от вас заполненные документы. Что-то случилось? Вы передумали? Или Вам не дошли все формуляры?
– Формуляры? – Женя лихорадочно пыталась вспомнить, что там говорил Максим про французскую вакансию. – Да, я получила ссылку на анкету, но не знала, что это так срочно.
– О, мадам, прошу прощения, что тороплю Вас. Это всё моя вина! Я стажёр, понимаете? Мне передали дела, но я не успела разобрать всё, а теперь договор с Шато Д’Эпин истекает.
– М-м-м… – Жене было сложно уловить ключевую мысль из торопливого монолога на французском.
– Как же я была рада, когда вы откликнулись, мадам Арно! Нам подходят ваши навыки, и, в целом, не смущает, что у вас двойное гражданство и сейчас Вы в России. Вы ведь указали, что готовы к переезду. Всё верно?
– Да, у меня двойное гражданство, но…
– Вот и отлично! Вы моя спасительница! Но нам нужно заполнить бумаги, как можно скорее, до вашего выхода в понедельник.
– В понедельник?!
– Да-да. У нас же сроки. По контракту. А я упустила, – собеседница с досадой вздохнула. – Пожалуйста, мадам Арно, заполните формуляры.
Женя и сама не поняла, почему просьба незнакомки так на неё подействовала, но она, попрощавшись, послушно полезла в почту, открыла бланк с вопросами и стала вписывать в окошки ответы.
В графу «личные качества» она внесла:
Всхлипнула, стёрла, набрала новое:
Снова удалила, заменив на:
Женя не сдержала истерический смешок и яростно дописала:
И уже в голос хохоча, добавила:
Отсмеявшись, она собиралась было удалить и эту бредовую запись, но телефон в руке завибрировал. Фотография Макса больно отозвалась в сердце, и ответить на его звонок Женя не смогла, чувствуя, как в горле снова встал ком, а по щекам побежали дорожки слёз. Она дрожащими пальцами смахнула вызов, но, видно, не очень аккуратно, а потому следом анкета мигнула зелёным, принимая внесённый ответ.
– Ой! – испугалась Женя, но, не найдя кнопку отмены, зло выдохнула: – Да и к чёрту всё!
Она едва успела заполнить оставшиеся окошки, как Мари тут же перезвонила, будто только этого и ждала. Женя толком и слова вставить не успела, как уже стала обладательницей нужного адреса, номеров телефонов неизвестных мсье де Гиза и мадам Бланшар, сотрудников отеля Шато Д'Эпин, в архив которого она якобы устраивалась на работу.
Француженка, очевидно, времени даром не теряла и следом прислала ещё и контакты марсельского такси, даже проинструктировала насчёт перелёта.
– Пересадка в Стамбуле, – проворчала Женя, положив трубку. Она направилась к выходу из сквера, нервно выкручивая пуговицу на летнем жакете. – Ну какая пересадка в Стамбуле?! Тем более завтра! Как я вообще в это ввязалась? Я же не смогу. Я боюсь! Не поеду я никуда!
И в тот же миг ей сделалось так стыдно перед Мари, которая теперь могла из-за неё и сама лишиться работы. Женя ругала себя, что сразу вразумительно не отказала, поддалась каком-то глупому порыву. И вот теперь, человек в другой стране полагался на неё.
– Же-е-ень!
Она невольно вздрогнула и оглянулась.
– Погоди! – Максим быстро нагнал её. – Так и думал что ты здесь.
– Такая предсказуемая, да? – грустно усмехнулась Женя.
Парень взъерошил волосы, не торопясь с ответом. А потом просто перевёл тему:
– Извини за Лизку. Она не хотела.
Женя фыркнула.
– Ну, может и хотела, – кивнул он. – Я просто не думал, что она ревнивая такая. Ты ушла в бухгалтерию и пропала, а я, как мудак, стоял и доказывал, что мы с тобой просто друзья, прикинь?
– Доказал? – мертвенным голосом спросила Женя, глядя себе под ноги.
– Да фиг знает, поругались мы.
– Извини, я не хотела стать причи…
– Жень, да брось. Лизка перебесится. А с тобой-то что? Обиделась? Ерунда же это всё! Коса у тебя шикарная: густая, рыжая. Мне нравится. Пойдём, до остановки провожу.
Ладонь Макса уютно легла между лопаток, но в горле тут же пересохло, а глаза увлажнились.
– Эй, да ты чего? – занервничал парень, – Может по эскимо? Ты же любишь.
Слёзы невольно побежали по щекам.
– Ну Же-е-ень, ну не реви. А хочешь… э-эм… – и он вдруг дурашливо пропел: – Хочешь сладких апельсинов?
Его голос отозвался болезненной вибрацией в каждом уголке её души. Женя не могла больше сдерживаться и разрыдалась, уткнувшись в его рубашку и вдыхая тонкую горечь парфюма.
Максим гладил по спине, успокаивая:
– Ты просто за эту неделю перенервничала. Вот остро и реагируешь на всё. Накопленный стресс. Говорю же, волосы у тебя классные.
– Да я не из-за ни-и-их, – громко всхлипнула Женя.
– А из-за чего?