Валерия Чернованова – Невеста Стального принца 2 (страница 68)
— Мне нужна магия, и чем больше, тем лучше. А ещё я бы не отказался от услуг Арха. Пусть передаст Лизе, чтобы не боялась. Завтра я заберу её.
— Как будет угодно моему королю. — Матис прикрыл глаза, отдавая мысленный приказ своему вейру — разыскать в Каменном дворце наину герцога. — Надеюсь, твоя Лиза не питает гастрономической слабости к вейрам. Было бы жаль потерять старину Арха.
— Не потеряешь, — с усмешкой заверил друга Мэдок.
И продолжил поиски уже с д’Энгиеном.
ГЛАВА 21
Если Ансая рассчитывала своими признаниями заставить меня впасть в ещё большее отчаяние, то глубоко ошибалась. Наоборот, во мне как будто открылось второе дыхание. Теперь мне не просто хотелось жить, я жаждала идти вперёд и побеждать!
А что нужно, чтобы одержать победу над шайкой заговорщиков, помешанных на мести? Правильно, не позволить Мэдоку совершить глупость — умыкнуть меня с места проверки. Его, конечно, хлебом не корми — дай спасти свою наину, но пусть уж лучше поумерит рыцарский пыл и хотя бы раз попробует себя в качестве зрителя.
Был, конечно, риск, что «экзамен» я провалю. Пусть у меня отец хальдаг, но и про материнскую кровь не стоит забывать. К тому же всю свою сознательную жизнь я прожила на Земле и, может статься, Шарес меня всё равно не примет.
Но я готова была рискнуть, готова была преодолеть и эту преграду на пути к такому долгожданному счастью.
Осознание, что теперь мне известно, кем были мои родители, наполняло сердце одновременно и радостью, и грустью. Мне было горько от того, что их жизни так внезапно оборвались, и вместе с тем я радовалась, потому что теперь знала, кто я.
Я не самозванка. Не чужачка. Я имею полное право носить имя своего отца. Я Адельвейн! И завтра сделаю всё возможное, чтобы доказать это.
Чтобы остаться в этом мире вместе со своим любимым Стальным принцем.
Стоило принять решение, как у меня будто камень упал с груди. Невидимая тяжесть, не дававшая свободно вздохнуть, исчезла, оставило чувство безысходности. Всё будет хорошо. Всё у меня получится! Главное, как-то предупредить Мэдока.
И в этом заключалась самая большая проблема. Голову даю на отсечение, мне не позволят с ним встретиться. Да и на то, что Морс вдруг решит меня проведать, тоже не стоило надеяться. Не те у него габариты, чтобы пробраться во дворец незамеченным. Уже не говорю о Гертруде.
Вот если бы она в самом деле была курочкой…
Так или иначе, а опускать руки я не собиралась. Буду думать, пока что-нибудь не придумаю. Должна быть… обязательно должна найтись какая-нибудь лазейка. И я её отыщу! Так и сидела возле камина, прокручивая в уме вариант за вариантом, и, к своему стыду, не заметила, как задремала.
Проснулась от странного, пугающего звука. Казалось, совсем близко зашипела змея. Неужели Ансая вернулась? Или меня изволила проведать сама стерва-королева?
Обернувшись, испуганно замерла, во все глаза глядя на подползающую ко мне змею. Самую что ни на есть настоящую. Мамочки! Отблески догорающего пламени подсвечивали её изумрудную чешую, раздвоенный язык угрожающе подрагивал, а в больших красных глазах отражалась спальня и я, парализованная страхом.
Может, Рейкерд решил не рисковать и подослал ко мне эту ядовитую тварь?
«Не бойссся, не оби-и-ижжжу», — прошипела змея у меня в мыслях, но спокойнее от этого не стало.
То, что передо мной вейр, я и так уже догадалась. Оставалось выяснить, чей он и стоит ли хвататься за кочергу.
«Арххх, к вашим уссслугам, леди».
— При-приятно поз-знакомиться, — пролепетала я вслух, но так тихо, что и сама едва услышала.
«Привет вам от жжжениха и моего хозззяина».
— А хозяин у нас кто? — поинтересовалась осторожно, не выпуская из поля зрения закопченную железку.
«Сссамый лучччший хальдаг на сссвете, — преданно отрапортовал вейр. — Матиссс д’Энгиен».
Узнав, что это создание Матиса, я почти успокоилась. Полностью успокоиться не давал вид нависающей надо мной кобры. Один бросок, и никакая кочерга уже не поможет, я до неё попросту не успею дотянуться.
Глубоко вдохнув, постаралась взять себя в руки и, скосив на двери тревожный взгляд, спросила уже телепатически:
«Он прислал тебя только, чтобы привет мне передать?»
Надеюсь, поблизости не ошивается чей-нибудь вейр. Например, крылатая тварь Рейкерда.
«И сссказать, что ссспасёт вассс завтрааа».
Так я и знала. Всё ему подвигов мало. Сегодня спас — и хватит. Так нет же, снова рвётся в бой.
Неугомонный мой.
Позабыв о страхах, что вызывало во мне красноглазое пресмыкающееся, я подалась к нему и взмолилась:
«Арх, миленький, передай Морсу… Мороку, а заодно и Гертруде, что не надо меня спасать. Вот совсем не надо. В этот раз я сама себя спасу, пусть только не мешает. Передашь, ладно?»
«Сшшшш…», — недоумённо отозвался вейр.
«Или ещё лучше… Сейчас!»
Я подскочила на ноги и бросилась обыскивать спальню, чтобы найти что-то, на чём бы можно было нацарапать послание хальдагам. Как назло, писчими принадлежностями здесь и не пахло. Не было ничего, из чего я могла бы состряпать записку Мэдоку.
Шерты.
«Нет, написать ему я не могу, — признала нехотя, возвращаясь к змею, — но ты обязательно передай вейрам, чтобы не подпускали Мэдока ко мне. Как угодно! Пусть что-нибудь придумают, но не позволят ему совершить безумство»,
«Жжжить надоело?» — флегматично поинтересовалось творение графа.
«Наоборот! Сейчас мне хочется жить как никогда! — заверила его с жаром и коротко пересказала разговор с Ансаей. — Скажи им, у меня есть шанс всё сделать правильно и я не хочу его терять».
«Передам — это не сссложно. Сссложнее вейрам противиться воле хозззяина».
— Они сильные. Справятся, — улыбнулась я, уверенная, что и Морсик, и Тру сделают всё возможное и даже больше, чтобы не подпустить ко мне де Горта.
Вместе, командой, мы обязательно справимся и всё преодолеем. Назло всем Рейкердам и Ансаям. В этом я уверена!
* * * * *
— Да что с вами со всеми происходит?! — в сердцах выкрикнул Мэдок, глядя своенравному вейру в глаза.
Тот не желал его слушаться — хальдаг это чувствовал. Нет, в отличие от Лизы он был не способен слышать мысли вейров, но легко улавливал перемены в их настроении. Чувствовал их, как может чувствовать создатель своё творение. И сейчас Мэдок понимал: с его Гертрудой, слепо преданной ему и всегда такой послушной, что-то происходит. Что-то с ней не так.
Как бы это ни были очередные происки треклятого короля.
— Повторяю, — дробя на слоги слова, проговорил он резко, — я приказываю — ты выполняешь. Гертруда! Не заставляй меня прибегать к крайностям!
Крылатое создание своенравно мотнуло головой, после чего ткнулось клювом в плечо хальдага, как будто его от себя отталкивая.
Лишь под утро на страницах одной старой книги им удалось отыскать описание ритуала, который должен был помочь Мэдоку вернуть силы. О полном восстановлении резерва не шло и речи, но по крайней мере после проведённого благодаря Матису обряда он твёрдо стоял на ногах и был готов сражаться за свою наину до конца.
Без друга он точно не справился бы. Надеялся и на поддержку вейров, но те точно с цепи сорвались. Да и Арх после возвращения из дворца был сам не свой. Беспокойный, злой, он начинал шипеть и яростно обнажал клыки, стоило им только заговорить о предстоящем столкновении.
— Теперь уже и мне хочется отбить у Рейкерда твою Лизу, — ворчливо выговаривал ему Матис. — Чтобы узнать, что она сотворила с моим добряком Архом. Ты только посмотри на него! Сам на себя не похож. Точно околдовала его шертова девчонка. Говорят же, все нэймессы ведьмы.
Мэдок слушал его вполуха, поглощённый своими мыслями. Оставалось всего несколько часов. Несколько часов, наверное, самых сложных в его жизни. Если не справится, потеряет её навсегда. Этого он допустить не мог. Если Лиза пострадает, он не простит себя, просто не сможет с этим жизнь.
Гертруда должна была сыграть главную роль в его замысле, но, как назло, именно сегодня решила проявить характер.
— Сначала Морок с утра пораньше концерты закатывал, теперь ещё ты, — устало проронил Истинный. — Я просто хочу её спасти, понимаешь? И без тебя не справлюсь. Ты должна будешь забрать её, чтобы Матис мог провести ритуал и вернуть её домой. Туда, где они уже точно не смогут до неё добраться. Помоги мне, Гертруда. Ты нужна мне. Ты нужна ей.
Вместо того, чтобы послушно склонить голову, как всегда бывало, птица вздыбилась, заклекотала, всем своим видом показывая, что помогать своему создателю не собирается.
Хальдаг ухватился за повод, сжал его железной рукой, заставляя вейра опуститься к земле, и жёстко проговорил:
— Если придётся, я заставлю тебя. Но тогда мне будет вдвойне сложнее: сражаться за неё и управлять тобой. Не вынуждай меня понапрасну терять силы, Гертруда. Если не хочешь, чтобы я пострадал, слушайся меня!
Птица снова заклекотала, глубоко, утробно, и на этот раз её клёкот больше походил на вой раненого животного. Отчаянный плач, мольбу к Стальному лорду, которую он не услышал, ослеплённый желанием как можно скорее спасти свою наину.
* * * * *
Ни одна светлая мысль так больше и не посетила мою не слишком светлую голову. С утра она была тяжёлой, ну прямо-таки неподъёмной. Я даже не сразу смогла оторвать её от подушки.
Нет, я не спала в своё удовольствие, просто лежала до самого рассвета, бросаясь из одной крайности в другую: то во мне цветком расцветала надежда, что всё у вейров получится, то этот цветок начинал увядать, отравленный опасениям, что ничего не выйдет.