Валерия Ангелос – Любимая игрушка Зверя (страница 28)

- Хорошая музыка, - произношу я.

Что угодно лучше, нежели удары моего в край одуревшего сердца.

- Понял, - кивает Никита и убавляет звук.

Толкает дверь, заносит меня в просторную светлую комнату. Не сразу понимаю, где именно оказываюсь, не сразу разбираю, что именно перед собой вижу. Уж слишком модернизированы все детали интерьера. Едва узнаю унитаз и биде, джакузи и вовсе смахивает на мини-бассейн, а душевая кабина похожа на танцевальную площадку, обычный умывальник выглядит, точно произведение высокого искусства.

Здесь как в музее, в царском дворце, однако со значительной поправкой на современность. Каждая мелочь выверена и продумана, автоматизирована, доведена до совершенства. Дух перехватывает, и я, облепленная грязью, никак сюда не вписываюсь.

Одна эта комната больше всей моей квартиры, если сравнить площадь. Тут настолько просторно, что можно вечеринку устроить. Ну или массовую бойню, что гораздо сильнее соответствует предпочтениям хозяина.

Ник заносит меня в душевую кабину и наконец позволяет коснуться пола.

Оглядываюсь и ощущаю себя дикаркой. Губы приоткрываются, еле сдерживаю в груди восторженный возглас. Пораженно моргаю, будто пытаюсь развеять мираж.

Нет, я знаю, что такое душевая кабина, примерно представляю, насколько продвинутым может оказаться подобное устройство, прежде подрабатывала уборщицей в мебельном магазине, много чего интересного видела, там ведь и сантехника продавалась. Но это превосходит абсолютно все.

Тут и правда только фантастический фильм снимать. Впечатление, словно попадаешь в капсулу для межгалактических перелетов. Нечто неземное, нереальное. Даже описать трудно. Не верится, что у нас в стране такое бывает.

Впрочем, деньги решают все. Любой каприз позволяют воплотить в жизнь. И сколько же у Никиты этих денег? Откуда? Жутко развивать мысль.

Он срывает кожаную куртку с моего нервно подрагивающего тела, потом избавляется от собственной одежды, раздевается догола. Отвожу взгляд, ощущая, как кровь моментально бьет по вискам и в грудь ударяется, мощным толчком обжигает.

Я еще не видела его настолько голым. Не видела всего. Хоть мы и оказались ближе некуда, возможности рассмотреть мускулистое тело в деталях не представилось. И чего я теперь смущаюсь? Поздно. Все уже произошло, назад не отмотать. Глупо прятаться от очевидного. Глупо убегать.

- Я свою сумку потеряла, - говорю тихо. – Причем не помню где, либо в контейнере, либо еще раньше оставила и забыла забрать. А там ключи от квартиры, кошелек и…

- Найдут, - просто отвечает Никита. – Доставят прямо сюда.

У него вообще все «просто». Ровно, спокойно, уверенно. Любая проблема за считанные секунды решается.

Кто найдет? Когда? Боже, мне домой нужно, к мужу, к детям. А я стою голая перед чужим и практически незнакомым мужчиной. Хотя у нас столько всего произошло, что и дальше называть его чужим будет странно.

Он овладел мною. Взял меня.

- Не дергайся, - мягко касается моих губ своими губами, крадет дыхание. – Ты под моей защитой. Забудь о своих проблемах. Их больше нет.

Я ничего не могу ответить. Что отвечать? Как? Мое сердце одержимо стрекочет, готово ребра разломать и наружу выскочить, прямо к его ногам упасть. Мое сердце больше не принадлежит мне.

Безумная. Ненормальная. Почему так выходит, что стоит ему оказаться рядом, я сразу про мир вокруг забываю?

Никита включает воду. Автоматически включается и свет, самые разные режимы, переливы, сочетания. Настоящая дискотека в ванной комнате.

Я как завороженная наблюдаю за происходящим. Каждый всполох ярких огней улавливаю, провожаю взглядом.

Зверь купает меня. Совершаю слабую попытку забрать контроль, самой приняться за собственное омовение. Без шансов. Он не разрешает. Обращается со мной осторожно, нежно, но сразу дает понять: бразды правления окажутся лишь в его руках.

Разве так бывает? Врагов молотит кулаками, дубасит, обращая в кровавое месиво, а с женщиной при этом настолько ласковый. Иллюзия? Обман? Чары рассеются и потом ожидает адский кошмар?

Я старательно прячу глаза. Не хочу видеть, как он возбуждается. Боюсь… себя. Я могу запретить себе смотреть, однако перестать чувствовать нельзя. Его пальцы скользят по моему телу, не ведая ни стеснения, ни стыда. Я завожусь сама. Опять за край захожу.

Откуда у него эта дьявольская власть? Колдовской дурман.

Вроде спокойные движения, а ощущаются как разряды электрического тока. Все мое тело сотрясают. Никогда ничего подобного не испытывала: чтоб земля из-под ног уходила, чтоб все кругом мягким, плавким и текучим делалось, чтоб в голове ни единой разумной мысли не оставалось. Лишь морок. Сладкий и тягучий, вязкий, болезненный.

Грязь стекает в сливное отверстие. Запах сырой земли сменяется ароматом геля для душа, свежим и будоражащим. На бергамот похоже, нечто цитрусовое, однако более глубокое и манящее, острое, многогранное.

Никита опускается передо мной на колени. В следующий миг я вздрагиваю, ощущая его губы там, где совсем не ожидаю. Ноги подкашиваются, почва ускользает и я бы точно рухнула, но Зверь успевает меня подхватить, ладони бедра обхватывают, держат.

- Откуда страх? – спрашивает он. – Почему ты боишься?

- Это… непривычно, - никак не могу мелкую дрожь унять.

- Тебя так не целовали?

Опять взгляд отвожу. Ну как подобные вещи обсуждать? Неприличный вопрос. Зачем об этом говорить? Господи, не понимаю.

Ник больше ничего не произносит. Завершает омовение, вытирает меня насухо, а о себе не слишком заботится. После приносит мне свою футболку, самую обычную, белую, с черными надписями на иностранном языке. Эта деталь одежды садится на меня будто платье, по длине ниже колен оказывается. Мягко и уютно, приятно к телу, но смущает, как сильно выделяются соски, хоть и одета, чувствую себя голой.

Еще и белья нет. Вообще, никакого.

Он усаживает меня на постель, а сам продолжает ходить по квартире. Сперва звонит кому-то, потом музыку другую подбирает, более спокойную и мелодичную, без жестких звуков, словно специально ради меня старается.

- Есть хочешь? – интересуется вдруг.

- Есть? – смысл слов доходит с трудом, я и разговор его по телефону не понимаю, этот вопрос тоже будто мимо мозга проходит.

- Кушать, - усмехается. – Еды какой-нибудь. Внизу круглосуточный ресторан. Хорошее заведение, не забегаловка. Только скажи, чего хочешь.

Никита голый. Абсолютно. По-прежнему.

Разве можно спокойно общаться, когда он выглядит так?

Я поджимаю ноги, подтягиваю колени к груди, стараясь скрыть все лишнее, выглядеть прилично. Отворачиваюсь, отвожу взгляд. Чувствую себя отъявленной преступницей.

Ладно, спонтанный порыв еще можно понять и объяснить, мимолетное притяжение, убойное сочетания стресса и алкоголя. Все это кажется логичным. Пошла на поводу эмоций, наломала дров. Всякое бывает, от искушений никто не застрахован. Нельзя зарекаться. Но теперь-то как? Почему домой не стремлюсь? Там дети, супруг, вся моя жизнь. А я тут. С чужим мужиком. Еще и голым.

Мои бесстыжие глаза так и липнут к Никите.

Нет-нет – снова посмотрю, украдкой пройдусь по резко выделяющимся железным мускулам, обласкаю гладкую золотистую кожу и застыну, разглядывая запретное.

Его мужское достоинство находится в состоянии полной боевой готовности. А он поступает и ведет себя так, будто ничего особенного не происходит, будто это все нормально, вполне в порядке вещей.

- Спасибо, - отвечаю тихо. – Я не голодна.

Хотя во рту слюна копится и низ живота как-то странно сводит. Непонятное ощущение, совершенно незнакомое и до жути непривычное. Как будто и хочется чего-то, а чего не пойму.

- Точно? – спрашивает с явным сомнением. – Ты давно ничего не ела. Явно пропустила ужин. Только вина выпила и все.

Подходит ближе, практически вплотную, и так как я сижу на краю кровати, его огромное восставшее естество оказывается в опасной близости от моего лица.

Вздрагиваю, теряю самообладание, мигом отползаю назад, двигаюсь лихорадочно и суетливо. Глупо, конечно. Совершенно дурацкая реакция, особенно если учесть все происшедшее между нами. Поздно смущаться. Бесполезно стесняться. - Ты чего? – усмехается.

- Прости, - бормочу сдавленно. – Я случайно.

- Случайно – что? – хмыкает. – Член мой увидела?

И наступает, надвигается на меня, опускается на постель так резко, что матрас ощутимо пружинит под его тяжестью. Теряю равновесие, падаю назад и растягиваюсь на спине. Всего мгновение – я оказываюсь под мускулистым телом, мои плотно сведенные ноги зажаты между его крепкими бедрами, громадные кулаки вжимаются в поверхность кровати по обе стороны от моего лица.

- Я не… - сама не представляю, что хочу сказать, рядом с ним мой мозг выключается напрочь, просто упираюсь ладонями в его грудь, но даже не отталкиваю, прикасаюсь, впитываю жар, исходящий от стальных мышц, наслаждаюсь гладкостью кожи.

- Говори, - требует мрачно.

- Не привыкла так, - выдаю сдавленно, нервно облизываю губы.

- Как? – одним своим взглядом воздух отбирает.

- Ты не одет, - выпаливаю, чувствуя, как кровь мигом приливает к щекам. – И настолько близко. И… опять возбужден. А я не уверена, что могу… что должна… что…

Замолкаю. Жутко от собственной тупости становится. «Могу», «должна» - о чем вообще сейчас рассуждаю? Я замужняя женщина, не могу и не должна. Бежать от него нужно. И побыстрее. Или жду, когда сам за дверь выставит? Наиграется и бросит. У таких мужчин предостаточно подобных игрушек. Не надо строить иллюзии, предаваться мечтам. Скоро нить оборвется. Реальная жизнь мало похожа на сказку.