Валерий Цуркан – Сыщик Каин. Хроники Универсума (страница 2)
А над этим всем, в вышине, недосягаемый и ослепительный, висел Эфириум. С первого взгляда – рай. Здания, парящие в облаках. Вечный день, напоённый амброзией. Обитель богов и верховной аристократии. Каин щурился, глядя на него. Оттуда, с этих вершин, спускались некоторые заказчики – с холодными глазами и тёплыми кошельками. Оттуда же исходили приказы, которые превращали жизни в прах. Там управляли этим цирком, а Каин – всего лишь уборщик, который расчищал за ними мусор. Инспектор теней.
Взгляд скользнул вниз, за край Лимба. Туда, где городской ландшафт обрывался, сменяясь бесконечными, безликими серыми конструкциями. Там располагались нижние уровни. Логистический хаб и скотобойня. Гигантские конвейеры, по которым двигались безмолвные очереди новоприбывших из сотен, а может быть, и тысяч миров. Там царила вечная, беззвёздная ночь. Там находились вокзал «Стикс», куда со дна города прибывали все новые «грузы», и Архив Памяти – гигантская библиотека, где хранились «Жития», летописи каждой прожитой жизни. И Врата Реинкарнации – портал, который должен отправлять на новые воплощения. И где-то внизу, в тенях, между фундаментом Лимба и крышей Некрополиса, ютилась Подкладка. Свалка города. Нагромождение обломков реальностей, вывернутых наизнанку законов физики. Приют для изгоев, преступников и беглых. Место, где правила писались заново каждую секунду.
Где-то между Лимбом, Подкладкой и Эфириумом существует пограничная зона – Зеркальный Лабиринт. Это место – испытание для тех, кто ищет высшие истины. Место, где Каин никогда бы не желал оказаться. Обитало в нём древнее существо, рождённое из концепции небытия, «иммунный ответ» Вселенной на появление Города – Хранитель Безмолвия, мечтающий уничтожить Универсум и навсегда отвязать свой мир от этой реальности.
Каин отвернулся от окна. Инфернальный взор лицезрел не городские огни, а потоки энергии – липкие, переплетённые нити душ, что текли снизу вверх, питая Эфириум. Он служил инспектором теней. Латал дыры в гниющей ткани, поддерживая хрупкое равновесие, которое ненавидел всем своим существом. А попутно исполнял заказы в качестве частного детектива.
Он потушил свет и остался стоять в темноте, слушая, как снаружи доносится приглушённый, вечный гул Лимба.
Глава 2
Маг-телеграф, угловатая бронзовая конструкция в углу кабинета, издала резкий, трескучий звук.
Каин не ждал сейчас никаких посылок или сообщений и не знал, кто бы это мог быть. Склонил голову над устройством, постоял над ним и открыл крышку. Оттуда вывалился знакомый кристалл-темница, с глухим стуком покатился по полу, остановившись в метре от стола.
Прежде чем инспектор теней успел наклониться и подобрать, кристалл затрещал и лопнул, как перезрелый плод. Из осколков на паркет вывалился аморфный лиловый ошмёток —бесёнок, пойманный в квартале Иллюзий. Он обрёл физическую форму, отряхнулся, завертел маленькой головой с острыми ушами, мелко задрожал и тут же рванул под стол. Столкнувшись с ножкой стола, пискнул, вновь развалился в лиловую дымку и затем снова сгустился и превратился в бесёнка. Уселся под столом, потирая ушибленный бок.
– Кри! – заверещал он и погрозил кому-то кулачком.
Из динамика телеграфа раздался искажённый, полный ярости голос:
– Каин! Что ты, чёрт возьми, сделал с этой сущностью?
Каин, не глядя на источник звука, присел на корточки, собирая осколки кристалла, наблюдая за «этой сущностью», сидящей под столом.
– Я его поймал. В чём проблема, мастер Занн? Почему вы вернули бесёнка?
– В чём проблема? Он испорчен! Верно, ты к нему хорошо относился? Или, может, пожалел? Паникёры привязчивые! Он к тебе привязался! Теперь эта тварь для моих ритуалов бесполезна – ему нужен твой эмоциональный отклик, а не страх случайных прохожих! Теперь он твой! Верни деньги!
Каин поднялся, выбросил осколки в утилизатор и обернулся к маг-телеграфу.
– Хрен тебе, а не деньги, мастер Занн. Работу я выполнил. Ты получил целого и невредимого бесёнка. Остальное – твои проблемы, а не мои.
– Но ты его испортил! Теперь бесёнок мне не нужен!
– Это не входило в условия сделки. Ты должен был объяснить, что бесята привязываются к каждому, кто их пожалеет. Забирай бесёнка. Денег ты не получишь.
– Будь ты проклят, Каин. Оставь уродца себе.
– А мне-то он зачем?
Но маг-телеграф уже отключился. Инспектор теней сунулся под стол. Бесёнок сидел там, свернувшись клубком, и глаза смотрели на детектива с обожанием. Он издал тонкий, вопросительный писк.
– Вот чёрт, – выругался Каин. – И что мне с тобой делать?
У него никогда не было питомцев. Да что говорить, у инспектора теней Каина и друзей никогда не было. Всю свою жизнь, прожитую в Универсуме, сколько помнил, он заботился лишь о себе и о преступниках. Себя в меру сил холил и лелеял (впрочем, не очень старательно), а правонарушителей ловил и отправлял на переплавку прямиком в Некрополис.
– Так что с тобой делать, ты можешь мне сказать? – повторил он и протянул руку к мерцающему лиловым светом существу.
Бесёнок прикоснулся тонким пальчиком к его ладони и вдруг, заверещав, лиловой искрой метнулся прочь. Он носился по кабинету ураганом, как игривый котёнок. Каин, стукнувшись головой о столешницу, выбрался из-под стола и принялся за ним гоняться.
Бесёнок опрокинул стопку «записей», которые Каин едва успел поймать на лету. Залез в ящик с картами и принялся радостно рвать древний пергамент. Инспектор бросился спасать карту энергетических течений Подкладки. Потом бесёнок увлёкся блестящим маятником на столе и чуть не уронил вместе с нерабочим разобранным инфра-взглядом. Столкнувшись с барометром эмоций, зашипел, как кот, и стрелка метнулась в положение «Страх». Бесёнок отскочил от прибора, но уже спустя мгновение вернулся и сидел да следил за стрелкой, которая колыхалась между удивлением, интересом и радостью. Каин тоже остановился, скрестив руки на груди, наблюдая за существом. Когда стрелка указала на пренебрежение, сущность потеряла к барометру всякий интерес и соскочила со стола да ломанулась в другой конец комнаты.
Наконец Каину удалось его поймать.
– Стоп! – рявкнул он, хватая бесёнка за загривок. Сущность повисла в руке, безвредная и жужжащая.
Инспектор теней потёр пальцем переносицу.
– Ладно. Как тебя зовут? У тебя есть имя?
Бесёнок задумался, прикрыв глаза. Поток образов и эмоций хлынул в сознание Каина – не слова, а семантика: ощущение полёта, вспышка. И одно ядро, которое можно интерпретировать только одним словом.
– Кри! – пискнул бесёнок, и это звучало и как имя, и как описание сущности, которая только и знает, что пищит и кричит.
– Крик? Да, ты вечно орёшь, как я уже заметил. Говорящее имя. Вот и договорились! – Каин усадил бесёнка на диван. – Сиди тут, Кри, не мельтеши, а я пока подумаю, что с тобой делать.
Однако подумать инспектор не успел. В этот миг звуки Лимба снаружи стихли, будто кто-то выключил гигантский радиоприёмник. Пылинки, кружащие в воздухе, замедлили свой танец и замерли.
В центре комнаты стояла красивая женщина в платье с незатейливым трёхцветным рисунком из спиральных линий, по подолу которого переливались всполохи. Хрупкая, почти детская фигура. Глаза её казались бездонными: вращающиеся спирали галактик, туманности, рождающие звёзды, чёрные дыры, поглощающие свет. Богиню реинкарнации Аниру Каин встречал всего пару раз, когда вызывали в Эфириум. Не узнать её было невозможно. Именно она основала Универсум. Вернее, позволила использовать свои силы для его создания. Анира и божественная сущность была основой города, за её счёт тут жила каждая букашка. Она вызволяла из небытия умерших в других мирах и населяла ими Универсум.
Заказы из Эфириума всегда спускали сверху через посредников. Тем более богиня никогда не стучалась в дверь к Каину. Посещение скромной обители такой персоной говорило о том, что дело (а он уже знал, что Анира предложит какое-то дело, ведь боги ничего не совершают попусту) предстоит особо важное.
Он кивнул, всё ещё придерживая одной рукой бесёнка, который съёжился и спрятал мордочку в ладони от страха, увидев богиню.
– К неожиданному визиту не готов. Прошу прощения за беспорядок.
Галактики в глазах провернулись, оценивая бедлам в помещении.
– Беспорядок – фундаментальное состояние вселенной. Меня же интересует порядок. Точнее, его нарушение. Особенно в моей вотчине.
Анира сделала шаг вперёд. Босые ноги не касались пола.
– Какое дело привело богиню Аниру в мой хлев? – спросил Каин.
– Пропала партия душ. Двенадцать единиц, выбранных мной для реинкарнации в Универсуме. Не рядовой сброд, какой мы используем для поддержания жизни города. Шлифованные алмазы. Великий архитектор, способный видеть структуру реальности. Гениальный композитор, чьи симфонии усмиряли беспорядок. Мудрый философ, постигший природу воли.
Богиня говорила о умерших, как об уникальных инструментах, чем, по сути, они для неё и были.
– И что же мне предстоит выяснить?
– Они не дошли до Врат Реинкарнации. Легион Молчаливых Стражей списывает исчезновение на технический сбой в логистике Некрополиса.
– А вы не верите, – констатировал Каин.
– Верю только в цикл. Всё остальное – помехи. Я хочу, чтобы ты нашёл эти помехи и устранил. Мне нужны эти субъекты. Легиону Молчаливых Стражей нужны те, кто их похитил. Тебе нужна оплата за работу.