Валерий Цуркан – Сыщик Каин. Хроники Универсума (страница 4)

За стойкой, вытесанной из обломка мраморного монолита, неподвижно, как часть интерьера, стоял Грогнар – самец горгульи. Каменное тело, покрытое вековой пылью, сливалось с окружающим пространством. Крылья плотно сложены за спиной. Два тлеющих угля глаз наблюдали за залом. Не обычный бармен – демиург посреди этого вавилонского столпотворения.

Пространство внутри расширено посредством магии и представляло собой обломки иных реальностей. Стулья и столы созданы из древних артефактов, кристаллических формаций и скрюченных стволов деревьев из забытых миров. В этой сюрреалистичной обстановке находились посетители: призраки, шептавшиеся с тенями в тёмных углах; демоны-изгои с отпиленными рогами, глушившие тоску в одиночестве; мелкие клерки из Архива Памяти, менявшие казённые секреты на глоток забвения; техноманты с тлеющими на одежде магическими схемами.

– И говорю ему, эфирная клетка-то треснута, герметичность нарушена! – бубнил седой техномант своему соседу-призраку, стуча пальцем по столу. – А он мне – «не твоё дело, главное, чтобы держала!» Ну а я ему…

– Новые налоги на сны вводят, слышал? – шипела одна из двух горгулий поменьше Грогнара. – Хочешь ярко помечтать – плати пошлину в казну Директива. Иначе только серые сны, без подробностей…

– В Некрополисе опять очередь, на реинкарнацию запись аж на три столетия вперёд, – стонал человекоподобный призрак, разглядывая свои полупрозрачные ладони. – А душа-то дырявая, скоро рассыплюсь…

Каин сдёрнул с плеча Кри, усадил на стойку и пригрозил пальцем.

– Сиди. Слово «сиди» понимаешь? Никуда не двигаться.

Кри послушно уселся, поджав лапки, и с интересом оглядывать зал.

Каин подозвал Грогнара.

– Виски. Двойной. С магической добавкой. Из тех, что пробирают до пяток.

Грогнар молча кивнул. Казалось, он не наливал напиток, тот материализовался из самой толщи стойки. Каин взял стакан и сделал первый глоток. По горлу разлилось тепло, а за ним последовала волна жара, пробежавшая по всему телу. Всё, как он и любил. Не каждый способен осилить пойло с магическими специями от Грогнара. Других его виски свалит с одного глотка, но не Каина.

Со стойки сорвался лиловый комочек. Кри, не выдержав искушения, рванул к ближайшему столику, где два беса с разбитыми мордами играли в кости, используя свои же выбитые клыки. Видать, недавно сами же и расквасили друг другу носы, а после помирились. Один, раздражённо цокнув когтем, отшвырнул бесёнка прочь со злым шипением. Кри, не унывая, подкатился к другому столу, где призрак в истлевшем плаще с аристократическими манерами предложил из бокала розовую жидкость, пахнущую гниющими розами. Каин жестом остановил Кри, едва тот не сунул мордочку в стакан, и свистнул. Бесёнок нехотя вернулся, забрался на табурет и уставился на стакан с маг-виски.

Каин положил на стойку монету внимания.

– Есть что-нибудь новое о Подкладке? – потребовал Каин. – Любая информация. Слышал, там появились новые игроки.

Голос Грогнара прозвучал как глухой скрежет валунов, перетирающих друг друга в глубине земли.

– Ага, доносились такие слухи. Платят эмоциями. Слёзами радости, кристаллами ярости. Не синтез. Натура. Однако чушь эти слухи. Только сумасшедший полезет в вотчину Аниры перебивать её бизнес.

Каин кивнул, мысленно отмечая этот факт. Несинтезированные эмоции были редкой и опасной валютой. Добыча таких трудоёмка, а использование – рискованное. Это говорило о серьёзных ресурсах похитителей. Он оставил монету на стойке.

– Кто может подтвердить это?

Взгляд Грогнара, тяжёлый, как свинцовая гиря, пополз вглубь зала, к самому тёмному углу, где в нише, выдолбленной в ржавой трубе, сидел одинокий демон-алхимик. Рога, некогда покрытые изощрённой резьбой, теперь потускнели. Кожа, напоминающая высохшую глину, испещрена сетью трещин. Перед ним стояла стеклянная колба, в которой клубился и переливался фиолетовый дым.

Каин наказал бесёнку оставаться на стойке рядом с Грогнаром, взял свой стакан и сел напротив демона, не спрашивая разрешения. Алхимик поднял мутные, налитые желчью глаза.

– Я покупаю информацию, – инспектор положил на стол монету внимания.

Демон хрипло рассмеялся, и дыхание пахло серой.

– Мне уже не нужно быть незаметным. Мне нужно забыть. Забыть всё.

Отпил из колбы и содрогнулся, лицо исказила гримаса отвращения.

– Тогда, может, расскажешь просто так? – Каин сделал глоток своего виски и убрал монету. – Что нынче творится в Подкладке?

Глаза демона сузились до щелочек. Огляделся, словно боялся, что услышат даже в этом гвалте.

– Был там. Видел… неделю назад, недалеко от «Глотки». Группу. Шестеро несли целую кучу кристаллов-клеток.

«Глотка», – подумал Каин. – Надо с неё и начать».

В этот миг раздался оглушительный, пронзительный визг. Пока они говорили, Кри, которому какой-то сердобольный (или вредный) призрак дал выпить какой-то мутной жидкости, сорвался с места. Носился по залу, как шаровая молния, оставляя за собой лиловый, искрящийся шлейф. Врезался в столик с техномантами, опрокинув напитки, что вызвало короткое замыкание в маг-приборе и локальный пожар, который тут же залили пивом. Протаранил группу призраков, заставив некоторых на миг материализоваться в самых нелепых позах. В финале своего безумного забега влетел в стойку Грогнара с такой силой, что оттуда с грохотом упало несколько бутылок, а сам, оглушённый, скатился на пол, беспомощно дрыгая лапами.

В баре наступила мёртвая тишина. Грогнар с грозным скрипом поднял свою каменную лапу и указал на дверь. Молчание было красноречивее любой угрозы.

– Выведи своего питомца, если он не умеет пить!

Взгляды, полные злорадства и любопытства, устремились на Каина. Инспектор встал, подобрал с пола оглушённого бесёнка и сунул за пазуху пальто. Кивнул демону-алхимику.

– Спасибо за беседу. Вы мне… очень помогли.

Вышел из «Забвения», чувствуя на спине тяжесть десятков глаз. На холодной, продуваемой ветром улице вытащил Кри, держа, как котёнка, за шкирку. Тот выглядел жалко, аура дрожала, как перегоревшая лампочка, а изо рта шёл лёгкий дымок.

– Идиот, – беззлобно проворчал Каин, постучав по макушке. – Полностью испорченный идиот. Зачем ты пил это пойло? Оно и Грогнара с ног свалит. Это для призраков!

Путь обратно прошёл без происшествий. Кри, придя в себя, но всё ещё слабый, устроился на шее, тихо поскуливая.

А в мыслях у Каина, отточенных годами детективной работы, уже складывалась мозаика. Новые, неизвестные игроки появились в Подкладке, не побоявшись самой Аниры. Несинтезированные эмоции как платёжное средство – валюта для ценителей. Дорогая вещь, штучные экземпляры. Это не обычное воровство. Украсть партию из-под носа богини – на это может решиться либо безумец, либо отчаявшийся. И инспектору теней предстояло спуститься в самое чрево ада, чтобы узнать, на что именно идут души, отобранные у богини реинкарнаций.

Глава 4

Последняя «запись» – кристалл с яростью – легла в один из многочисленных карманов пальто. Каин щёлкнул замком, проверил подачу энергии к инфра-взгляду, висевшему на груди на нейлоновом шнуре. Осмотрел комнату зраком мертвеца, проверяя работу. Он готов. На столе лежали «монеты внимания», несколько кристаллов-пустот для консервации улик и стандартный набор для выживания в аномальных зонах. Мёртвый глаз отображал мир в спокойном, бледном свечении – никаких внезапных выбросов эфирной энергии. Система чиста.

Кри, набегавшись за день, сидел на спинке стула и наблюдал за сборами с необычной серьёзностью. Лиловая аура билась ровно, словно понимал, что начинается что-то важное. Каин бросил тяжёлый взгляд на бесёнка.

– Останешься дома. Это приказ. Ты понял, маленький ублюдок? Ты меня вчера едва не подвёл под монастырь.

На мгновение мелькнула мысль: «Может, вышвырнуть его? Пусть выживает, как все остальные».

Но тут же отогнал её с отвращением. Не потому, что жалел – он давно перестал жалеть. А потому что впервые за долгое время почувствовал: кто-то нуждается в нём не как в инструменте, а как в человеке.

«Чёрт… – подумал он, глядя на бесёнка. – Я ведь не герой. Я всего лишь уборщик мусора в этом проклятом городе».

Но даже уборщики иногда теряют контроль над тем, что подбирают.

Бесёнок кивнул, зевнул и вроде бы уснул, но чуть позже Каин убедился, что обманщик лишь усыплял бдительность – Кри не собирался отпускать его одного.

Инспектор теней вышел, запер дверь на все механические и магические замки. Сделал три шага по лестнице. И услышал знакомый шорох. Из-под двери выползла лиловая дымка и, не встречая сопротивления, обвилась вокруг ног, а затем устроилась на плече, приняв привычную форму бесёнка. Каин не ругал его. Это предопределено. Однако теперь в его ответственности не только собственная жизнь, которой не особо дорожил, а ещё мелкого чертяки-бесёнка, что прилип к нему так, что не отодрать. Ну что ж, возможно это приобретение для чего-нибудь и сгодится.

Шёл по окраинным артериям Лимба, где городская эклектика сменялась индустриальным уродством. Над головами громоздились трубы, извергающие в вечно сумеречное небо лучи искажённого света. Конструкции, похожие на гибрид парового двигателя и нервной системы, пожирали мусорные кучи, порождая шипящие клубы пара. Попадались прохожие, каких редко увидишь в центре: существо, чьё тело сращено с ржавой тележкой, гружённой склянками с эмоциями; пара молчаливых монахов в рваных балахонах, несущих хрустальный шар с бьющимся внутри сердцем; тень, которая постоянно перестраивала пространство перед собой, выкладывая из воздуха временную дорожку. Здесь полно таких отбросов, тех, кто не встроился в приличное общество и вынужден жить на грани бытия.