Валерий Цуркан – Операция «Странник» (страница 10)

Он сказал, что нужно обязательно сообщить о своих догадках куда следует. Однако Прошин лишь рассмеялся в ответ. Кто поверит показаниям эмпата? Основывать обвинение на том, что он видел в голове Лафайета, никто не станет. Может быть, тот галлюцинациями страдает, и паранорм видел лишь его фантазии? Или в тот миг, когда Чернов спросил о Чанове, Жан вспомнил кошмарный сон.

Женя вздохнул. Как всё сложно! Но ведь можно вызвать Лафайета на откровение. И он, как психолог по образованию, сможет довести Жана до той черты, за которой тот во всём сознаётся.

Сергей усомнился в способностях капитана.

– Ты его, главное, до самоубийства не доведи. Или до ещё одного убийства. Если он стукнет тебя по голове каким-нибудь тяжёлым предметом раньше, чем ты заставишь его разговориться, это будет не тот результат, которого ты мечтал добиться.

Но Чернов был уверен в своих силах. Такими, как Лафайет, он манипулировать умеет.

– Главное, довести его до кипения, но не допустить, чтобы молоко убежало, – сказал он. – В противном случае мы рискуем узнать и увидеть слишком много, а это в наши планы не входит.

В каюту заглянул Андрей, выключил плеер.

– Ну что у вас, Шерлоки Холмсы?

– Плохо, – ответил Прошин. – Или весь персонал станции сошёл с ума, или это у меня крыша поехала. Мне кажется, что они убили Чанова.

Чернов вытер выступившие капли пота со лба.

– Я теперь тоже в этом почти уверен.

Глыба поморщился.

– Ладно, завязывайте с этим. Сейчас работать начнём. А там и развеетесь.

6

Ровно в полдень по общемарсианскому времени начался поиск Странника. Каждый взвод отправил по одному разведывательному малому шлюпу.

Шлюпом, отправленным с «Крокодила», управлял Чернов, помощниками с собой взял самых продвинутых салаг – Шахназарова, Сергеева и Белова, и одного не очень продвинутого, но обещающего им стать – Гольдмана. Они сидели в креслах в полной экипировке, скафандрах, на случай аварии и разгерметизации шлюпа.

Женя оторвал «малыша» от палубы ангара и сразу же дал двигателям хорошо прогреться. Малый шлюп на грани своих возможностей взметнулся в зенит, и некоторое время бойцов отчаянно трясло, как на ухабах. Новобранцы не успели привыкнуть даже к незначительным перегрузкам. На учебном полигоне в Сахаре их «гоняли» на разных тренажёрах, но центрифуга есть центрифуга, а если тебя придавят реальные несколько лишних «же», это совсем другое. Особенно на старте с планеты, масса которой в несколько раз больше земной – когда в голове белый туман, а рёбра трещат, как спелые арбузы. Слава богу, Марс не был планетой с огромной массой.

– Ох, ужас такой! – стонал Изя Гольдман. – Таки это не автобус до Дюка, трясёт так, шо все мозги вылетят!

– Это мы ещё не с Сатурна стартанули, – хохотнул Женя. – Вот там сила тяжести что надо.

– Не… я на Сатурн ни ногой! – сдавленным голосом проговорил Петя.

– А кто тебя спрашивать будет? Родина сказала – «надо!», комсомол ответил – «есть!».

Выровняв курс, высоко в небе, почти на орбите, шлюп стал парить над планетой. Под ним проплывали четыре высоченных вулкана – Арсия, Акреус, Павонис, и Олимп. Из-за пылевой бури их оснований не было видно, но кратеры возвышались над жёлтой клокочущей массой и отлично просматривались. Три из них лежали на одной линии, будто неизвестный зодчий строил эти пирамиды по ниточке. Олимп стоял в стороне, выбиваясь из композиции.

Капитан начал поворот, и восточный край материка Фарсида, расколотый и обгрызенный ветрами и тектоническими сдвигами, стал заваливаться набок. Выпуклый горизонт с рваными зубьями гор сильно наклонился – Женя усмехнулся – «Если бы в этих чашеобразных воронках была бы вода, то она обязательно бы разлилась!». Шлюп закончил разворот, и всё стало на свои места.

Приказав Сергееву сканировать пространство радиосканером, Чернов сбросил высоту и скорость. С пятнадцати километров пенистые облака пыли выглядели, как штормовой океан.

Сектор, который достался Чернову, не очень большой, но обследовать его нужно капитально, надо каждый квадратный километр просмотреть, изучить во всех подробностях. В горном массиве со сканированием не очень-то разбежишься, каждая скала может таить в себе реальную угрозу. Жаль, Пылевой Дьявол мешает, визуальное наблюдение очень помогло бы поиску. Остаётся уповать на приборы, а они частенько ошибаются.

– Шах! Инфракрасный режим!

– Будет сделано! – Шахназаров занялся своими приборами.

– А ты, Белов, антоним мой ненаглядный, гляди в оба, – будешь визуально наблюдать.

Белов включил все видеокамеры и принялся всматриваться в бушующий под ними ураган. Через минуту произнёс:

– Товарищ капитан, а как я буду визуальное наблюдение проводить, если не видно ничего? Дьявол этот пылевой, всё жёлто-серое.

– Если б я знал как, я б уже нобелевку получил, – ответил Женя. – А ты, Изя, ультразвуковой сканер бери. Может, и высмотришь чего.

Минут пять они летели молча, лишь попискивал радиомаячок, поддерживая связь с базой. Белов восхищённо выпалил:

– А красотища-то какая. Клубится, как море, как океан.

– Белов, ты чего сюда, выставку маринистов что ли, приехал смотреть? – раздражённо спросил капитан. – Нечего тут красотами увлекаться, ищи пришельца.

Шлюп болтался то над волнами пылевой бури, то взлетал высоко в чёрное небо, откуда даже вулканы казались нарисованными на старой, пожелтевшей от времени карте. Часа три Женя убил на сканирование заведомо пустого пространства, затем перешёл в более интересные места – гористую местность, где за каждым камнем может прятаться пришелец с аннигилятором. Но, к сожалению, (а может, и к счастью) ничего инородного, кроме окурков сигарообразных ракет и прочего земного металлолома, отделение Чернова не нашло. Ещё не все закоулки обследовали, но уже становилось ясно, что сегодня сорвут куш не они. Странника в этом районе не найдёшь, ничего не говорило о его присутствии, приборы молчали.

Андрей, услышав о найденном металлоломе, попросил отметить координаты, – оказывается, Железнов, как советский пионер, собирает лом и сдаёт его, делая на этом почти треть зарплаты.

Ещё раз подпрыгнув высоко над поверхностью бури, шлюп завис в разреженной атмосфере. Капитан снова осмотрел выпуклый диск планеты и недовольно хмыкнул. Уже подумывал сообщить майору, что первое отделение никаких следов инопланетянина не обнаружило. Неистово заверещали радары, которыми заведовали Сергеев и Шахназаров, оповестив о том, что под шлюпом, десятью километрами ниже, засвечено металлическое тело. Оно передвигалось в густой мгле Пылевого Дьявола. Чернов перепроверил показания, удостоверился, что это не ошибка, и связался с Глыбой.

– Андрей, в секторе поиска разрешено совершать перелёты? – спросил он.

– Шлюпам ОсОБа, – настороженно ответил майор. – Ты что-то нашёл?

– Похоже, что да! – Капитан снова глянул на приборы. – Подо мной объект без габаритных огней, с выключенным радиомаяком. Передвигается над поверхностью планеты, погрузившись на два с половиной километра в пылевую массу. Похоже, дрейфует, скорость невысокая.

– Ничего не предпринимайте! Следите за объектом. Я сейчас запрошу все базы, узнаю, может быть, это наша посудина!

Женя попытался рассмотреть Странника визуально, но сквозь пылевую завесу ничего нельзя было не разглядеть. Радары продолжали показывать металлическое тело и даже позволяли определить его форму – типичная летающая тарелка, какими их изображали лет сто назад.

Через несколько минут Андрей вышел на связь:

– Я запросил все станции и базы. В секторах поиска находятся лишь боевые шлюпы ОсОБ. Никто не нарушал приказа, все боты стоят на приколе. Так что объект может быть только звездолётом Странника. На что он похож?

– Это металлический объект … Дискообразный… – Диск под ними стал изменять форм и превратился в сферу. – Или нет… шарообразный… – И снова объект изменил форму, и Женя поправился: – Аморфное металлическое тело. Летит над поверхностью планеты в пылевой массе. Без габаритных огней, с выключенным радиомаяком. Скорость небольшая, наверное, в дрейфе. Может быть, мне по нему пальнуть?

– Подожди! Я сообщу на «Геликон», пусть собирают остальных и шлют сюда. А ты пока определи поточней – враг или не враг.

– Как прикажешь это сделать? Подставиться под прямое попадание и ждать – выстрелит или нет? – язвительно спросил капитан. – Для этого я должен спуститься в бурю и подойти к нему поближе.

– Попробуй! Но держись от него на почтительном расстоянии! И передавай мне каждый свой шаг! И будь готов в любое мгновение сделать ноги!

– Тогда я вниз! – Женя оборвал связь и взялся за управление.

Шлюп, чуть дрогнув, изменил траекторию. Он сорвался с небес и с рёвом стал падать, но на десяти километрах замедлил ход и осторожно нырнул в туманную жёлтоватую кашу, в глубине которой плавал чужой звездолёт. Затрясло так, будто они попали на гигантский вибростол – кулаки ветра били в обшивку со всех сторон – ураган набирал силу. Глубоко в зону урагана погружаться Чернов не стал. Выругался, пытаясь выровнять крен и дифферент, но бесполезно – шлюп продолжал лететь на боку, просев кормой. Корпус мелко дрожал, и казалось, что машину сейчас раздавит, будто она не в воздухе летает, а планирует над самым дном Тихого Океана, а сверху толща воды, которая прижимает всё сильней и сильней, и сейчас прогнутся переборки и разойдутся швы. Опустив шлюп на несколько сот метров ниже, Женя поймал волну и с облегчением вздохнул, здесь нет такой сильной болтанки, хотя от управления нельзя отвлекаться ни на мгновение – в любую секунду порывы ветра грозили сменить направление и бросить машину вниз, на скалы. Когда шлюп выровнялся относительно собственных осей, Чернов и вовсе расслабился.