Валерий Цуркан – Баавгай Чоно. Медведь с волчьим сердцем (страница 7)

Долго приближались и отдалялись, сцеплялись, превращаясь в клубок змей, и снова откатывались, и опять бросались вперёд, но никому победа не давалась. Однако Баасай был хитёр, в один миг изловчился и всё же подцепил соперника и смог поднять в воздух, бросил наземь, как куль, и тот остался лежать на спине.

Проигравший батыр поднялся и под восторженные крики вышел из круга, по дороге подхватив рубашку и сапоги.

– Кто ещё осмелится побороть сильнейшего батыра? – спросил мужчина в синем халате, выйдя в середину круга. – Кто хочет заполучить этот лук? – он потряс над головой оружием.

Мишка шагнул вперёд.

– Я хочу.

Все уставились на Баавгая.

– Так иди же.

Баавгай, несмотря на то, что братья Поло пытались его удержать, вышел вперёд.

– Баасай устал после нескольких схваток, и будет нечестно, если я его одолею. Я могу сразиться с любым из них, – Мишка указал пальцем на толпу. – А после, если одолею, то сойдусь с Баасаем. А к тому же я изучил его повадки, пусть и он мои изучит. Чтобы было честно.

Батыр смотрел на бородатого чужеземца с изумлением – ещё бы, предлагать такое – это верный проигрыш!

– Ты честный воин! – с улыбкой сказал старец. – Ну что ж, будет по-твоему. – И обратился к собравшимся вокруг: – Кто готов биться с… как тебя зовут?

– Баавгай.

– …с Баавгаем!

Толпа долго молчала, наконец вышел здоровенный детина немногим выше Мишки. Если Баавгай не осилит его, то с Баасаем уже не сразится. Но знал, что победит, и не таких валил, но давно. Вот с Баасаем будет посложнее.

Сошлись настолько близко, что почти коснулись друг друга. Толпа притихла в ожидании. Соперник сделал шаг вперёд и попытался схватить Баавгая за пояс, но тот увернулся и продолжал держаться на расстоянии, изучая повадки татарина. Тот рвался в бой, наступал, но Мишка каждый раз уходил, не позволяя подцепить себя. Словно плясали дикую пляску, то приближаясь, то отдаляясь.

Наконец Баавгай решился – сделал резкий выпад и схватил противника за туловище, рванул и поднял над головой. Толпа ахнула. Мишка провернулся вокруг, как бы показывая всем свою силу, и швырнул здоровяка, подбросив в воздух. Когда тот падал, лицо его было растерянным, не ожидал батыр такого позорного поражения.

Люди восхищённо заорали, выкрикивая имя победителя. Баавгай провернулся на пятке, явив всем своё лицо.

Баасай теперь смотрел на него без улыбки, оценил, насколько силён соперник. Когда шум толпы утих, он вышел в круг и остановился напротив Баавгая. Так простояли довольно долго, пока Баасай не сказал «А ты силён!» – и шагнул в его сторону.

Люди вокруг молчали, над площадью повисла тишина, только слышно, как где-то далеко топочут кони.

Мишка отступил и сделал шаг в влево – изучив Баасая, уже знал, что тот попытается схватить за пояс. Отведя в сторону руку противника, вернулся в исходное положение и заметил, что Баасай снова пытается повторить своё движение. Повторил и Мишка, так некоторое время будто плясали, несколько раз снова возвращаясь и отходя назад.

В толпе пронёсся лёгкий смех. «Деритесь!» – выкрикнул кто-то, и тогда они сцепились, обнявшись, как два медведя. Баасай был силён, тоже как медведь – Мишка это сразу оценил, почувствовав насколько крепки вздувшиеся от напряжения мышцы.

Соперники кружились, топтались на месте, но не уступали друг другу. Тела были как крепкие дубы, руки подобны камню, а ноги стояли твёрдо, как сторожевые башни. Никто не уступал и пляска продолжилась, но это уже не вертеж, насмешивший людей, теперь оба глухо топали ногами, втаптывая пыль в землю, и медленно передвигались, то приближаясь к краю круга, то возвращаясь в середину.

Если бы кулачный бой – Мишка бы в один миг уложил Баасая, кулаками орудовать привычнее. Но тут другие правила, здесь надо победить не кулаками, и не только силой, но ещё и умением. Бороться умел, но больше нравилось показать свою силу удалецкую, лихую, чтобы земля вокруг дрожала.

Баасай несколько раз пытался подставить подножку, чтобы завалить Мишку, но тот ловко высвобождал ногу и продолжал напирать на соперника. Однако в следующий раз решил воспользоваться тем мигом, когда Баасай вновь попробует повторить. Когда тот стал заводить ногу, оставшись стоять на одной, Баавгай слегка пнул по ней и подтолкнул противника в другую сторону. Потерявший равновесие Баасай пошатнулся и в сей же миг Мишка с силой пихнул его. А когда растерявшийся борец стал падать и ослабил хватку, Баавгай не дал ему упасть и, подхватив за пояс одной рукой, а другой за руку, оторвал от земли. Баасай был тяжёл, как бык, но Мишка всё же поднял его над головой и бросил наземь. Тот упал с глухим ударом, Баавгай лишь успел заметить удивлённые округлившиеся глаза.

На мгновение толпа замерла, а потом ахнула и радостно заревела.

Баасай поднялся и, недобро взглянув на победителя, отошёл в сторону. Пожилой удивлённо осматривая Мишку, взмахнул рукой, и ему поднесли лук. Подозвал к себе Баавгая и протянул оружие.

Мишка сжал в кулак тёплое и гладкое дерево рукоятки и степенно поклонился, поблагодарив старца.

– За колчан будешь бороться? Или тебе достаточно и лука?

– А зачем же мне лук без стрел? Буду.

Мужчина в синем халате кивнул и обратился к толпе, вызывая желающих на поединок. Мишка передал лук братьям-венецианцам. Николо похвалил, похлопал по плечу и приобнял.

– Не ошиблись мы в тебе, Баавгай! Я рад, что ты с нами.

Не ответив, Баавгай вернулся в круг, туда уже стремился здоровенный детина-ремесленник с пудовыми кулачищами. В кулачной драке задали бы друг другу жару. Старец спросил его имя.

– Болат, – ответил здоровяк.

Остановились на расстоянии локтя друг от друга и замерли в ожидании, кто начнёт первым. Маленькие круглые глазки соперника на круглом же лице внимательно изучали противника.

Так стояли и смотрели глаза в глаза, пока противник не сделал первый шаг, попытавшись вцепиться в руку Баавгая, но тот легко отвёл кисть одним движением и, шагнув в сторону, схватил соперника за пояс.

Но и Болат оказался не лыком шит – извернулся и высвободил пояс, отскочив на шаг назад. И принялись два батыра кружить, взбивая голыми пятками пыль. Оба прочно стояли на ногах, и сбить просто так, с наскока не получится.

По очереди борцы пробовали то ставить подножки, то подсечь ударом ноги по ступне, но всякий раз не удавалось, оба противника были сильны и хитры. Мишка отметил, что Болат слабее Баасая, но справиться с ним сложнее, потому что кузнец уже слегка устал после нескольких поединков.

Но вот Баавгай всё же исхитрился подцепить Болата, когда тот переступил с ноги на ногу, и удалось завалить его. Пока соперник потеряв равновесие, начал падать, Мишка всем своим весом подтолкнул и отпустил. Взмахнув руками, как птица, будто пытаясь взлететь, Болат тяжело рухнул на спину.

Очередная победа далась Баавгаю нелегко, мышцы уже начали болеть от напряжения – всё же не каждый день (вернее, никогда за последние несколько лет) не приходилось драться с такими сильными батырами. Последний раз сопротивлялся монголам, когда брали в полон. В тот раз раскидал нескольких воинов, но всё же скрутили и связали. А когда попал в Булгар и стал рабом – любая попытка сопротивления могла стоить жизни. И лишь сейчас, много лет спустя, бывшему рабу было дозволено побить своих обидчиков, и за это не наказывали, а даже ещё и награждали.

– Силён! – с уважением в голосе сказал пожилой, подошедший с колчаном стрел в руках. – Держи, батыр, свой колчан. Будешь ещё бороться?

Немного подумав, и решив, что мешочек с серебром не помешает, Баавгай согласился. Передал колчан Николо и вернулся в круг, дожидаясь, пока ещё кто-нибудь решит побороться.

Тело уже немного побаливало, всё-таки давненько ни с кем не боролся, отвык. Раве что молотом приходилось стучать по наковальне. Попрыгал не месте, размял тело, похрустел шеей, и почувствовал себя готовым к новой битве. Но знал – попадись такой же сильный, как Баасай, будет тяжко.

Наконец вызвался драться не менее здоровый парень, Айдаром назвавшись – косая сажень в плечах, грудь широченная, ноги – как столбы. Придётся попотеть, но очень уж заманчиво позвякивало серебро, хотелось его заполучить.

Поравнялись, два батыра вперили друг в друга взгляды. Айдар смотрит спокойно, уверенно, видно, думает, что заветный мешочек уже в кармане. Или ему тоже придётся три битвы выдержать, чтобы получить серебро? Мишка этого не знал.

Метнулись навстречу одновременно, и так же быстро разлетелись, будто оттолкнувшись, не позволив ухватить за пояса. Покружив, оценивая друг друга, снова сошлись и опять разбежались, и так повторялось несчётное количество раз. Оба осторожничали, не давая сопернику возможности взять верх.

Толпа молчала, лишь изредка кто-то выкрикивал несколько слов, но Баавгай сосредоточился на Айдаре, ловя каждое движение, и не слышал ничего, кроме собственного дыхания.

Вновь два богатыря сцепились, обнявшись, будто в пляске, и топая по пыли, перемещались то к одному краю круга, то к другому, то вновь возвращаясь в середину. Сжимали недружеские объятия всё сильнее и сильнее, и будь на их месте кто послабже, уже переломали бы рёбра, раздавили бы внутренности, настолько оба сильны и крепки.

Баавгай вновь почувствовал, что устаёт, и дыхание начинает сбиваться, того и гляди проиграет. Проигрывать нельзя, серебро отдавать Айдару не собирался, но силы уже на исходе. Да, он силён, но и все эти парни тоже не слабые, каждый – гора бугристых мышц. И у всех одно преимущество – не дрались перед этим с несколькими батырами и пришли со свежими силами. Именно так и проиграл Баасай, а ведь Мишка дал ему передохнуть.