Валерий Столыпин – О Луне, о звёздах, обо всём… (страница 20)
– Чего, ага?
– Конечно замуж.
– Так согласна или нет, что скажешь?
– Ага.
– Региночка, золотце, чего ага?
– Согласна, наверно.
– Не понимаю, тебе всё равно? Я и без этих твоих штучек стесняюсь, а ты… может быть тебе нужно время подумать?
– Ага.
– Ну, знаешь, давай тогда отложим этот разговор. У тебя кто-то другой появился?
– Ага.
– Ты что, издеваешься или серьёзно кто-то есть?
– Ага… Пашка, ты не видишь, я кроссворд разгадываю? Подождать не можешь? Ну, давай, выкладывай, на что я соглашаться должна. Если про секс, то мне сегодня нельзя. Жди, когда можно будет. Ты меня любишь?
– Ага.
– Как я тебя должна понимать? Откуда такое равнодушие?
– А ты отгадай, о чём я тебя спрашивал в самом начале, потом ответь на этот вопрос, тогда всё и узнаешь.
– Если думаешь, что мне нечего ответить на хамство, ошибаешься. Я девушка гордая, не собираюсь играть в угадайку. Мои женские проблемы закончатся дня через три, добавлю к ним ещё недельку, чтобы отбить у тебя охоту хохмить. Итого, лишаю тебя десерта на десять дней, вот тогда и поговорим. Объявляю тебе сексуальный бойкот. Можешь за мной не бегать, я с тобой не разговариваю.
– Так, события обрастают новыми слоями проблем. Это похоже на игру в испорченный телефон. Так ты хочешь узнать, о чём я тебя спрашивал?
– Вот ещё! Освободи территорию, здесь женское общежитие. Научись любить не себя во мне, а меня в себе.
– Региночка, ты не права. Я хотел…
– Ещё бы ты не хотел. Да я сама иногда себя хочу, в смысле – себе нравлюсь. Меня и нужно любить, просто так, безусловно. Чтобы воспитывать или морочить голову – купи кота. Я всё сказала. Адью.
– Девочка моя, послушай, ты всё неправильно поняла. Хочу исправить ошибку…
– Я похожа на трусы или бюстик, чтобы меня поправлять? Ты окончательно испортил мне настроение. Я тут про замужество было подумала. И нафига мне заморачиваться, если ты такой недоумок?
– Можно, я что-нибудь отвечу? Я ведь о том же…
– Что ты хочешь этим сказать, что я для тебя недостаточно хороша? Так проваливай! Тоже мне, жених нашёлся. Не больно и хотелось. Женилку сначала вырасти. Молчи! Лучше не начинай. Ты меня бесишь!
– Так. Я спокоен, спокоен, спокоен! Давай начнём сначала.
– К чему ты клонишь? Мы уже начинали и кончали сто раз. И вон в той кровати, и вон в той. Иногда это у тебя неплохо получалось. Но девочкой я теперь снова точно никогда не стану. По твоей, между прочим, вине.
– Регина, попробуй меня не перебивать. Я не знаю, о чём ты думаешь, как эта мысль попала к тебе в голову и что ты с ней сейчас делаешь. Но ты себя напрасно накручиваешь. Я хочу сказать о наших с тобой отношениях.
– Вот именно. Что ты меня крутишь, как кубик Рубика? Красную грань ты уже собрал. Практически довёл девушку до истерического оргазма. Я вот думаю – может тебе ещё недельку штрафную добавить? Будешь лежать, вспоминать обо мне, мечтать… правой рукой. Достал уже!
– Ты наверно бредишь. Я не собирался скандалить, ты первая начала. Причём здесь рука!
– А придётся помаяться. Или ты считаешь себя слишком хорошим для таких занятий? Соскучишься – на коленях приползёшь. Думаешь, тебе, лопуху, другая девчонка даст? Не смеши мой зад, он и так смешон.
– За что ты меня собираешься наказывать и почему оскорбляешь? Я только спросил, хочешь ли ты…
– Расхотела, уже наелась. Это ты сексуальный маньяк, можешь заниматься этим без любви. Я девушка серьёзная. Думаешь, не понимаю, чего хочу? Во всяком случае, теперь точно не тебя. По крайней мере, не сейчас. Ты меня так обидел, так обидел!
– Никак не пойму, с кем ты сейчас разговариваешь? Ты, Региночка, замуж хочешь?
– Пашка, ты совсем ку-ку? На почве недотраха крыша съехала? Можешь понять, что у девушки ме-сяч-ные? Ты, похоже, готов чего угодно наобещать, лишь бы я ноги раздвинула. Думаешь, наверно, что хорошие обещания сами о себе позаботятся? Кто ты после этого? Смотрю и вижу –далеко пойдёшь. Озвучить, куда? В продолжительное эротическое путешествие.
– К тебе я пришёл, к тебе, чтобы предложить руку…
– Своих хватает. Ты меня путаешь с многорукой богиней Кали. Кстати, она агрессивная и воинственная была, если хочешь знать, а я добрая… и нежная. Но тебе ведь до этого никакого дела нет. И на то, что у меня трудный день, тебе тоже наплевать. Нет, чтобы про любовь. Какие же вы, мужики, сволочи. Только о себе думаете.
– И о тебе, тоже. И о нас. Поэтому и спрашиваю, только не перебивай, ради бога. Выслушай же меня, наконец!
– Ты ещё здесь? Считаю до трёх и вызываю коменданта. Меня от тебя тошнит.
– Ладно. Тогда так: скажи да, и всё, на сегодня разбежимся. Ну, пожалуйста, Региночка!
– Ах, так, ты меня ещё и пугать вздумал? Всё, так всё. Без тебя как-нибудь проживу.
Регина заплакала, отвернулась, уткнулась лицом в какую-то кофточку, которая висела на спинке кровати. Её плечи подпрыгивали от рыданий.
Пашка слышал, как она усиленно шмыгает носом.
Перед ним стояла маленькая обиженная девочка, которая по нелепому стечению обстоятельств выдумала несуществующую проблему, превратила её в горячую полемику с обвинениями, нагородила ворох чепухи, совершенно не заботясь о логике, накрутила своё эмоциональное состояние до точки кипения и завершила антрепризу яркой кульминацией – зрелищно обиделась.
Как же это по-девичьи…
И ведь объяснить, что она попросту заблуждается в принципе невозможно, потому, что отвечала она не Пашке, а некому фантому, с которым и беседовала.
Юноша оказался лишь невольным свидетелем, зрителем театра абсурда.
И как ему теперь поступить?
Сделать вид, что ничего не было, что он только что зашёл и ничего не видел?
Девочку свою Пашка очень любил. Нет, не так, любит беззаветно, даже такую.
За время, что они вместе, случалось всякое.
Как в любых отношениях, не обошлось без размолвок. Так, по пустякам.
До сегодняшнего дня никаких серьёзных претензий Регина не высказывала и вдруг сорвалась.
Может быть, это следствие тех самых критических дней?
Почему бы нет, что он об это проблеме знает?
Если это так, примирение должно последовать немедленно, пока маленький комарик недоразумения не успел превратиться в большого слона серьёзной проблемы.
Если Пашка развернётся и уйдёт, предоставив следующей случайности решить несуразную заморочку слепым методом, одному провидению станет известно, какой гранью упадёт игральная кость, решающая вопрос судьбы.
Всё, что сейчас необходимо – понять, что перед ним стоит слабый, растерянный, потерявший веру в себя, человечек, которому одиноко, тоскливо и очень плохо.
Ничто не может заменить живого и тёплого человеческого общения.
Простить можно всё, кроме фактического отсутствия самого человека рядом.
Если Регина умудрилась на пустом месте в его присутствии нагородить из тумана и тени целое здание, можно представить, что при такой альтернативной одарённости способна она создать, оставшись один на один с тягучими липкими мыслями.
Но ведь она захлопнула перед его носом единственную дверцу, открывающую доступ к душе и сердцу.
И что с того, разве от маленькой глупости она перестала быть желанной и необходимой?
Любовь не может начаться или закончиться из-за нескольких фраз, какими бы они не были.
Судить нужно не по словам, а по поступкам. Может быть, прямо сейчас девочка думает о крушении любви, мечтает о примирении, если не придумает что-то и вовсе трагическое.
Вспомни, как ты реагировал, когда родители несправедливо ставили в угол, подумал он. Что вот сейчас ты умрёшь и посмотришь, как они будут горько плакать.