Валерий Сковородкин – Межпланетный спецотряд (сборник рассказов) (страница 3)

По площади теплицы занимали несколько сот гектаров, а освещались и обогревались мощным термоядерным реактором. Вот за всем этим комплексом и наблюдал человек, к которому мы шли в гости. Экипажи на научно-производственном комплексе менялись регулярно, так как работали только вахтовым методом. Три месяца вахта, потом многомесячная реабилитация на Земле. В противном случае, в условиях длительного воздействия низкой гравитации на Титане, человек рисковал превратиться в малоподвижного, бескостного инвалида. Но некоторые специалисты возвращались сюда повторно, как, например, дед нашего Микки Джуса.

Передвигались мы по длинным коридорам комплекса своеобразным способом, как бы всё время из положения низкого старта и, чтобы не упасть, постоянно поддерживали очень высокий темп бега. Ощущения, скажу вам, весьма непривычное; шум ветра в ушах, от встречного сопротивления очень плотного воздуха, и словно мчишься или летишь сквозь воду, но, в тоже время, непередаваемое состояние лёгкости. Таким вот образом, мы довольно быстро достигли нужного нам места. Микки Джус плавно притормозил возле овальной двери со светящейся табличкой «Главный технолог», и постучал в дверь условным стуком.

– Микки, зачем стучать? – удивлённо спросил я, – Вот же, кнопка звонка есть.

– Условный сигнал, – ответил Микки Джус, недоумённо пожимая плечами, – Ну, так дед захотел. Это значит, что я пришёл с гостями, то есть, с вами.

Табличка на двери мигнула, и тут же сменилась на новую надпись – «Входите». Мы с коллегами удивлённо переглянулись, а Пьер Потташ даже незаметно покрутил пальцем у виска, мол, «чудит старик».

Я осторожно толкнул дверь, она неожиданно легко поддалась, и мы оказались в очень просторном, ярко освещённом помещении. Почти всё свободное пространство было тесно заставлено высокими зелёными растениями. Правильнее сказать, это был почти сплошной лес из культурных сортов фруктов и овощей, росший в определённом порядке.

– Друзья мои, – раздался грубый мужской голос откуда-то сверху, – не смущайтесь, подымайтесь сюда, наверх. Микки, внучек, проведи гостей на моё рабочее место.

– Вот, дедушка, как всегда, в своём амплуа, – укоризненно произнёс Микки Джус, – с ним, точно, не соскучишься. Господа, делайте как я, – и с этими словами первый помощник резко оттолкнулся от пола и взмыл ввысь, почти под самый потолок, где едва виднелась небольшая металлическая площадка, размером два на пять метров, – Смелее, господа! – позвал Микки, уже стоя на верхней площадке, – Не бойтесь. Если, вдруг, промахнётесь, то вас просто плавно опустит на пол, как на парашюте.

– Ну, Микки Джус, – я решил показать всем пример, – держись! – и, зачем-то поплевав на ладони и потерев их, сильно оттолкнулся от пола. Какая-то неведомая сила мягко подхватила меня и стремительно понесла ввысь. Одновременно я заметил, что во время такого экзотического полёта могу легко и свободно управлять своим телом. Несколько неописуемых секунд в воздухе и меня подхватил, подстраховывая, Микки Джус.

– Порядок, парни! – весело прокричал я вниз, – Запрыгивайте сюда, по одному! Мы с Микки вас примем!

К удивлению, места на площадке хватало всем, даже с избытком.

– А где же хозяин этой громадины? – спросил Фаусто Папетти, озираясь вокруг.

– Да здесь я. Здравствуйте, господа. Рад приветствовать вас на этом капитанском мостике! – фруктовые заросли раздвинулись, и перед нами появился стройный, спортивного телосложения мужчина, на вид средних лет, и только глубокие, редкие морщины, да сплошная седина выдавали его почтенный возраст, – Разрешите представиться, капитан первого ранга в отставке, Николай Васильевич Джус, самый старший из нашего рода. Управляю этим линкором в качестве главного технолога. А вы, стало быть, те самые экологи? Внук про вас рассказывал, так что можете не представляться, я и так ваши лица каждый день в местных теленовостях вижу. Итак, гости дорогие, прошу всех в мой офисный кабинет. Держитесь за поручни, господа, и ничему не удивляйтесь.

Площадка под нашими ногами дрогнула и, плавно покачиваясь, словно на морских волнах, поехала по направляющим вниз и остановилась на уровне двух сантиметров от пола.

– Вот это и есть мой рабочий офис, – проговорил Джус самый старший, внимательно наблюдая за нашей реакцией, – Да вы особо не восхищайтесь. Это мои произведения, сделаны в свободное от работы время. Что скажете, сеньор Папетти?

– О-о-о…, – протянул восхищённо наш командир, рассматривая свежие фрески на земную тематику, – это что-то невероятное! Какие краски, как переданы полутона. Восхитительно! Это ваш выставочный павильон? Очень оригинально смотрится, фрески среди фруктовых деревьев и овощных лиан. Очень оригинально! – повторил ещё раз Фаусто Папетти.

– Не только, – скромно подтвердил Николай Васильевич, – вообще-то, это помещение задумывалось как зал для психологической разгрузки персонала. Но получилось нечто большее.

– Верно, – подтвердил наш египтянин Ахмед, – и вам удалось сделать так, чтобы человек не ощущал себя оторванным от привычных пейзажей. О, здесь даже уголок пустыни с пирамидами, а тут Пизанская башня! Николай Васильевич, как вам удаётся так чётко передать все нюансы пейзажа, весь этот колорит!? У вас волшебные краски, а вы, большой талантище. Да, ваш внук сказал, что первым фрескам почти сто лет. Это правда?

– Неужели вас, господа, подобный факт как-то смущает? – старик хитро прищурился, – Судите сами, недавно отмечали мой юбилей, сто двадцатилетие. А начинал службу молодым инженером, как раз на этом комплексе. Конечно, он был тогда раза в три меньше нынешнего. Вот такая история. Ну что же, господа, большое спасибо за оценку моих работ, – привычно ответил Николай Васильевич на наши восторженные высказывания, – но вы, ведь, пришли не за этим. Или я ошибаюсь?

– Не ошибаетесь, Николай Васильевич, – улыбнулся Фаусто Папетти, – У нашего старшего эколога к вам есть несколько вопросов.

– Так это сколько угодно, – главный технолог радушно улыбнулся, – Спрашивай, Валерьян Сокол, я отвечу на любой твой вопрос, даже если он будет не совсем корректный.

– Ну что вы, Николай Васильевич, – ответил я, слегка смутившись, – мы этого просто не допустим.

– Хорошо, – кивнул благородной сединой Джус самый старший, – Итак, какой будет первый вопрос?

– Уважаемый Николай Васильевич, – проговорил я, но дальше ничего произнести не смог. Я вдруг почувствовал неприятное першение в горле, которое всё усиливалось, несмотря на все старания моего сопротивляющегося организма. Я только беззвучно открывал рот, но вместо слов издавалось булькающее хрипение. Первым молниеносно среагировал на мой приступ удушья Николай Васильевич. В воздухе мелькнула его рука со шприцом-тюбиком в правой ладони, и в тот же миг я почувствовал комариный укус, а через несколько секунд отвратительное состояние постепенно стало исчезать.

– Ну и напугал же ты нас, Валерьян, – произнёс взволнованным голосом Джус самый старший, – Подобного давно не случалось. Хорошо, что при мне всегда противоаллергическое средство. А теперь скажи, только честно, сколько раз ты снимал кислородную маску в зоне безопасности?

– Не помню, – просипел я, откашливаясь и прочищая горло от накопившейся слизи, – Гм-гм! Кажется, раза три, может больше, ну не помню я, господа. Честное слово!

– Поздравляю, – с сарказмом произнёс Николай Васильевич, – своей беспечностью ты подпортил собственные лёгкие. Это был аллергический шок на пыльцу растений в теплице. А усилил реакцию твой неудачный контакт с местной атмосферой. Теперь ходи с биофильтрами в носу, до окончания вахты. Наши врачи точнее скажут.

– Да не хочу к врачам, – я закапризничал как ребёнок, – Ужас, как уколов боюсь.

– Это не обсуждается, – категорически отрезал Николай Васильевич, – Валерьян, ты, кажется, хотел задать некоторые вопросы? – мой спаситель вернул меня в реальность бытия.

– Да, конечно, прошу меня простить за этот инцидент, – я перевёл дух и продолжил, – Вопрос будет такой, как утилизируются отходы тепличного производства, и не вредит ли это экологии Титана?

– Нет, не вредит, – усмехнулся Николай Васильевич, – Всё очень просто. Отходы попадают в общий мусоропровод. Ну, а потом весь мусор сгорает в топке термоядерного реактора. Излишки тепла выбрасываются в атмосферу Титана, это абсолютно безвредно. Ну, а как функционирует реактор, думаю, вам рассказывать нет надобности. Насколько мне известно, вы там, господа экологи, уже всё проверяли.

– Да-да, спасибо, Николай Васильевич, за беседу, – мы дружески пожали на прощание руки Джусу самому старшему и Джусу младшему, и всей бригадой отправились в медицинский сектор, чтобы проверить моё пошатнувшееся здоровье.

***

Наша командировка постепенно близилась к завершению. В этот день мы всей бригадой, разумеется, только кроме шефа, находились далеко за зоной относительной безопасности. Искали то самое место на карте, которое нам любезно указал, после длительных уговоров, генеральный директор комплекса. Перед этим он строго всех предупредил, – Соблюдайте все меры безопасности. Кроме кислородных масок, всем иметь в носу биофильтры, а не только Валерьяну Соколу. Повторяю, там обнаружены большие очаги колоний хищных бактерий. Пока для нас они не опасны, но мало-ли…. Всё может случиться в этом, чужом для нас, мире. Есть какие-то вопросы к сказанному?