Валерий Сковородкин – Межпланетный спецотряд (сборник рассказов) (страница 2)

– Что не говорите, а нарисовано, просто потрясающе, – решил я вставить своё слово знатока живописи, – Если ваш дедушка жив, то, при случае, передавайте ему наше восхищение этими высокохудожественными работами.

– Непременно передам, – весело улыбнулся Микки Джус, – да вы можете передать это ему лично. Он тоже работает в седьмом комплексе. Поддерживает его, так сказать, в нормальном состоянии.

– Вот так сюрприз! – восхитился Папетти, – Ещё и долгожитель? Наш почёт и уважение вашему дедушке.

– Господа, вынужден прервать вашу интересную беседу, – Артур мельком взглянул на часы, – но времени у нас в обрез. Микки Джус очень торопится заняться своими неотложными делами, а всех остальных прошу следовать за мной. Покажу будущие ваши апартаменты, ведь, надо же вам где-то отдыхать после тяжёлого рабочего дня. Тем более что обратный транспорт будет только через три месяца. Надеюсь, что вы в курсе?

– Так точно, товарищ Кожедуб, в курсе! – по-военному отчеканил Фаусто Папетти, прикладывая правую ладонь к виску, – Отряд, – это обращение было уже в нашу сторону, – следуем за генеральным директором. Завтра, как обустроимся, приступим к своим прямым обязанностям.

***

Уже вторую земную неделю мы трудимся всей бригадой на Титане. Пока наша инспекция ничего подозрительного не выявила. Познакомились с космобиологами из этого комплекса. Неплохие ребята оказались, тоже такие же командировочные. Они с удовольствием поделились своими наблюдениями. Им очень не терпелось выдать нам все сенсационные, по их мнению, научные находки.

– Представляете, – с восхищением рассказывал один из них, по имени Янус, видимо, очень обрадованный тем, что в нашем лице приобрёл внимательных слушателей, – нам удалось, впервые, в местных условиях обнаружить морозоустойчивые формы жизни! Правда, только в виде неких бактерий и одноклеточных водорослей, и что интересно – сформировались они совсем недавно, каких-то лет пятьдесят. Потому-то их раньше и не находили.

– Простите, – возразил я, тем самым невольно демонстрируя перед научным обществом свою неосведомлённость, – но почему водоросли? Насколько я заметил, здесь нет водоёмов с жидкой водой.

– А вот и есть! – с жаром продолжал Янус, – Под толщей многометрового льда здесь имеется целый океан концентрированной солёной жидкости. Вот в ней и обнаружили эти самые водоросли. Мы продолжаем их углублённое исследование. Кстати, на самой поверхности Титана, в районе жидких метановых озёр, обнаружены очень интересные бактерии. Их внутренняя оболочка содержит, пока мало изученное, гель подобное вещество, напоминающее по своей химии обычный глицерин, только в очень большой концентрации. Такие, вот, своеобразные «снегурочки» или «снеговички».

– Как интересно! – произнёс наш египтянин Ахмед, рассматривая очередной снимок с какими-то кристаллами, – Эта кристаллическая решётка мне напоминает что-то очень знакомое. Если я не ошибаюсь, это похоже на информационный кристалл от какого-то компьютера? Только снято под очень большим увеличением.

– Почти, – несколько разочарованно проговорил Янус, – только это не снимок компьютерной детали. Это фрагмент внутренней структуры таких бактерий. Они, действительно, несут закодированную информацию. Но какую? Мы, как раз, над этим работаем. Кстати, подобная структура есть и в одноклеточных водорослях. Теперь главная задача – выявить, не опасны ли эти водоросли для человека.

– Судя по размерам, – философски заметил Ахмед, – эта кристаллическая решётка таит в себе несколько тысяч мега гигабит информации. Я так думаю….

– Совпадает с нашей гипотезой, – кивнул, соглашаясь, Янус, – и мы близки к разгадке.

– Предлагаю сменить тему, – не выдержал подобный «научный трёп» рядовой эколог Линь-Лунь, – Какие-нибудь отклонения в состоянии здоровья были у сотрудников комплекса или нет?

– Не уверен, – слегка замялся Янус, – вы лучше моего шефа спросите. У него информации на этот счёт имеется предостаточно. Да вот он идёт, обеспокоен моим долгим отсутствием на рабочем месте. Извините, мне надо идти, – и словоохотливый биолог незаметно и быстро слинял подальше от глаз начальства.

– Здравствуйте, я шеф космических биологов, Оскар Чмиль. Чем обязан, господа? – спросил, подошедший к нам, молодой брюнет среднего роста, – Я слышал, вы интересуетесь состоянием здоровья моих подчинённых?

– Не совсем так, – ответил Фаусто Папетти, – но близко к теме. У моих сотрудников имеется, это по протоколу, ряд вопросов относительно текущего здоровья вашего персонала. Наш специалист, по имени Линь-Лунь, задаст несколько вопросов. Постарайтесь на них ответить как можно точнее, о’Кей?

– О’Кей, о’Кей, сэр, – в тон ему ответил, улыбаясь, Оскар, – я готов. Где ваш специалист?

– Я здесь, уважаемый Оскар, – и Линь-Лунь вежливо, по-восточному церемонно, поклонился, – Итак, приступим. Скажите, пожалуйста, были жалобы на здоровье среди ваших коллег? Если были, то, какие?

– Да так сразу и не скажешь, – задумался Оскар Чмиль, – единственное, что стало беспокоить людей в последнее время, и то очень редко, так это нарушение сна. У некоторых моих парней сон сначала крепкий, как и положено после трудового дня, но через три часа – как рукой снимает. Так и не засыпают больше, а там и новый день начинается. Я думаю, что подобное нарушение сна от сильного переутомления. Мужики вкалывают, можно сказать, себя не жалея. Многое надо успеть до окончания вахты, да и времени, как всегда, не хватает.

– Спасибо, – Линь-Лунь сделал пометку в своём планшете, – вопросов больше не имею. Скоро дадим рекомендации по изменению ситуации.

– Скоро, да не скоро, – не удержался от замечания наш француз Пьер Потташ, – И зачем ждать, когда ситуацию можно выправить прямо сейчас. Разреши, Фаусто? – обратился Пьер к нашему командиру. На что Папетти только плечами пожал и дал отмашку, мол, действуй. – Уважаемый месье Оскар, – продолжил француз, – вы можете быстро собрать господ биологов вместе?

– Да не вопрос, – Оскар поднёс к губам вмонтированный в правое запястье микрофон, – Всем внимание, объявляется общий сбор! Время пошло. Раз, два, три!

– Шеф, а все уже здесь. Ждём ваших распоряжений, – Янус плавно спланировал откуда-то сверху, как и все остальные сотрудники.

– Парни, – Оскар Чмиль сделал строгое лицо, – всё, что скажут и покажут специалисты, Линь-Лунь и Пьер Потташ, запомнить и выполнять перед отходом ко сну. Всем всё ясно?

– Так точно, шеф! Каждый раз перед сном! – хором ответили космобиологи.

– Товарищи Линь-Лунь и Пьер Потташ, мои парни готовы, приступайте, – и Оскар Чмиль встал в общий строй космобиологов. После небольшого показа и демонстраций друг на друге нескольких специальных упражнений по системе евро-азиатской йоги, биологи вернулись к своим прерванным делам.

– Товарищ Папетти, – обратился к нашему командиру Оскар Чмиль, – у меня для вас есть ещё информация.

– Вот как? – удивился наш начальник, – Слушаю вас очень внимательно.

– Это из самых последних данных, – Оскар слегка откашлялся и продолжил, – При наружных работах в защитной пятидесятимильной зоне, наши микробиологи обнаружили колонии мутированных бактерий. Это бактерии хищники, они истребляют в массовом порядке другие микроорганизмы, которые питаются как сложными углеводородами, так и простым углеродом и азотом. Насколько эти бактерии мутанты опасны для людей, мы пока не знаем. Но, на всякий случай хочу предупредить, будьте бдительны. Особенно на удалённых работах, за пределами зоны относительной безопасности. Кстати, может, вы не в курсе, но уровень кислорода в защитной зоне неодинаков. Чем дальше от комплекса, тем уровень ниже. На самой границе он равен, практически, нулю. Атмосфера такая же, как везде на Титане, и очень низкая температура, минус сто двадцать по Цельсию в районе экватора.

– Спасибо за информацию, товарищ Чмиль, – Фаусто Папетти озабоченно пригладил свои франтоватые усы, – надеюсь, она достоверно проверенная? Генеральный директор в курсе?

– Артур? Да в первую очередь! – утвердительно кивнул Оскар, – Он, ведь, по первой специальности – инфекционист-вирусолог. А базовые знания, как известно, самые прочные. Он и нам иногда даёт консультации. Кстати, это его рекомендация о повышенной бдительности в зоне относительной безопасности.

– Понятно, – наш командир хитро прищурился, – а на карте показать это место не слабо?

– Не слабо, сударь, – пренебрежительно фыркнул Оскар – но только с разрешения генерального. Таковы правила. Извини, Фаусто, это не моя прихоть.

В это время послышался звук открываемой пневматической двери, – Вот вы где, еле вас нашёл, коллеги, – проговорил, облегчённо вздыхая, первый помощник гендиректора Микки Джус, – По регламенту, у вас сегодня осмотр тепличного хозяйства. Я вас туда проведу кратчайшим путём. Заодно и с дедом моим познакомитесь, как раз его смена. Прошу за мной, господа.

Наскоро попрощавшись с ребятами космобиологами, мы поспешили за внуком живописца. Теплицы жизнеобеспечения имели внушительную структуру. Возводились они из сверхпрочного, термоизолирующего пластика. Причём бесплатным сырьём для пластика служила сама атмосфера Титана. Земные химики, в своё время, немного поколдовали над своими приборами и выдали удачную и малозатратную технологию производства волшебного пластика. Практически вся база была построена на основе этой технологии.