Валерий Шарапов – Дом с неизвестными (страница 34)
На крыльце сыщики столкнулись с Баранцом.
– Иван Харитонович, сотрудницы почты и провизор из аптеки Аристархова с Марией не видели. А продавщица промтоварного его узнала – он покупал у нее фотопленку.
– О, слышал? – обернулся Старцев к участковому. – Он тут мимо тебя круги наматывал, а ты «не встречал такого».
– Виноват, товарищ майор.
– Виноватым будешь, если следов его не найдем. Садись в машину…
* * *
Проехав чистенький и довольно симпатичный центр поселка, служебные машины перемахнули по деревянному мосту через неширокую реку. Миновав еще сотню метров, нырнули в густую зелень бесконечных садовых участков, разбитых на ровные кварталы. После долгих разъездов среди бескрайних полей и крохотных деревенек оперативникам показалось, будто они чудесным образом переместились в густой сказочный лес.
Иван уступил участковому место рядом с водителем. Хорошо зная поселок и его округу, тот лихо руководил:
– Здесь налево. Прямо. Возьмите правее, в этом месте невысыхающая лужа. Ага, вот так. Теперь направо. Нам вон к тому зеленому забору…
Председатель ДСК «Советский писатель» проживал в добротном деревянном доме, стоящем в окружении стройных сосен. Участковый инспектор смело вошел в калитку и через несколько минут вернулся в сопровождении пожилого мужчины с аккуратной седой бородкой.
Представившись, он выслушал Старцева, внимательно изучил фотоснимки.
– Яркая женщина. Если бы встречал – запомнил бы, – вернул он фото Марии.
Председатель отчаянно картавил, проглатывая и твердый, и мягкий звук «р». Покончив с изучением других снимков, он передал их Старцеву и растянул тонкие губы в ехидной усмешке:
– А Сергея Сергеевича я давно предупреждал, что членские взносы и оплату за свет надобно вносить своевременно!..
* * *
Это была большая удача. Старцев с Егоровым и не чаяли, что поиски завершатся так быстро. Однако задача по оперативному расследованию будет выполнена лишь тогда, когда на преступников наденут наручники, а пропавшие ювелирные украшения вернутся государству.
Председателя попросили показать улицу и назвать номер участка. Больше от него ничего не требовалось. Он с мстительным удовольствием сделал это и с еще большим удовольствием откланялся.
Улочка представляла собой узкую грунтовую дорожку, где с трудом протиснулся бы один автомобиль. По обе стороны возвышались деревянные заборы – где в человеческий рост, а кое-где и в два.
Участковому с Бойко и Баранцом приказали обойти квартал кругом и перекрыть улицу с другого конца. Старцев, Васильков, Егоров и Горшеня приготовили оружие – мало ли что удумают люди, стащившие из сейфа три десятка килограммов золота.
Стараясь не шуметь, пешочком двинулись к участку, владельцем которого значился Сергей Аристархов. Прижимаясь к забору, добрались до ворот, основательно заросших ранним хмелем. Остановились.
Иван потянул калитку. Заперто. Створки ворот были схвачены снаружи замком – их даже не стали трогать.
– Действуй, Саня, – шепнул Старцев.
Тот скинул пиджак, ловко перемахнул через забор и отпер калитку изнутри.
Отыскав взглядом на другом конце улицы Бойко, Иван жестами приказал подойти и занять позицию у ворот участка.
Оперативники по одному просочились через калитку. Весь обширный участок был засажен плодовыми деревьями: яблонями, грушами, вишней, сливой. По периметру произрастали черная смородина и жимолость. В глубине сада стоял двухэтажный дом, к которому между деревьев петляла тропинка из мелкого серого гравия. Метрах в пяти от дома темнела беседка под круглой крышей.
– На гравий не наступать, – инструктировал Васильков. – Идем друг за другом по грунту…
Он первым направился к дому мягкой, пружинистой походкой. Тело немного согнуто в пояснице; цепкий взгляд, рыскающий по зарослям и строениям, в руке – готовый к бою пистолет. В таких ситуациях его навыки разведчика выходили на первый план. Егоров, Бойко и Старцев были отличными сыскарями-оперативниками, но сейчас в точности повторяли манеру передвижения Василькова.
Не дойдя до застекленной веранды шагов пять, Александр остановился, прислушался…
В комнате, что располагалась слева от застекленной веранды, играл патефон. Через приоткрытую створку окна доносилось мелодичное исполнение старинного русского романса:
В час роковой, когда встретил тебя,
Трепетно сердце забилось во мне,
Страстно, безумно тебя полюбя,
Весь я горю как в огне…
Васильков оглянулся на товарищей и указал стволом на приоткрытое окно: «Слыхали? Кто-то есть».
Подобравшись к веранде, он надавил плечом на дверь. Та поддалась.
«Егоров – налево. Старцев – направо, – прежде чем войти в дом, жестами отдавал приказы бывший фронтовой разведчик. – Горшеня – за мной». Ивана он нарочно оставил снаружи. Побаивался. Вдруг придется принять бой, а друга подведет покалеченная нога.
Поднялись по двум ступенькам, зашли на веранду. Внутри пахло пылью, сушеными яблоками и сбежавшим пережженным кофе. По белой скатерти на столе безмолвно плясала солнечная рябь от листвы фруктовых деревьев.
В глубь дома вел короткий полутемный коридор. Из левой комнаты – вероятно, из зала – лились звуки романса.
Коридор был довольно длинный и заканчивался лестницей на второй этаж. Справа виднелись две двери.
Прижавшись спиной к стене, Александр осторожно заглянул в зал. Большая комната занимала почти половину площади, имела окна на две стороны и была залита солнечным светом. Справа стоял диван, у дальней стены между окон притулилась приземистая тумбочка, на которой вращал пластинку патефон. Рядом темнело плетеное кресло. Дальше возвышался такой же темный книжный шкаф.
В центре комнаты, подпевая патефону, кружилась в танце босая стройная девушка с вьющимися золотистыми волосами. Из одежды на ней был лишь легкий халатик.
«Мария Мирзаян, – узнал Васильков. – Собственной персоной».
И, обернувшись, шепнул Горшене:
– Пригляди за ней. Я проверю другие комнаты…
Девушка опасности не представляла. Смертельно опасен был тот, кто действовал заодно с ней. Или по ее указке.
Для начала майор скользнул к двери напротив. «Туалет, умывальник, душ», – мигом осмотрел он помещение в четыре-пять квадратных метров. Дверь правее ванной комнаты была плотно прикрыта. Пришлось постараться.
Осторожно приоткрыв ее, Александр заглянул в щель…
* * *
– Ефим, я останусь здесь, а ты позови Егорова, – снова зашептал в самое ухо товарища Васильков. – Старцев пусть караулит снаружи окно из этой спальни.
Он указал на закрытую дверь. Кивнув, Ефим на цыпочках отправился исполнять приказание и спустя полминуты вернулся с Василием.
Александр ввел его в курс дела:
– В зале танцует Мария Мирзаян. Одна. Ее дружок спит на кровати в спальне. Я бы сразу начал с него, но она может все испортить – заметит, крикнет – и тогда не обойдется без стрельбы.
– Второй этаж проверил?
– Позже проверим.
– Что предлагаешь? – тихо спросил Егоров.
– Я аккуратно нейтрализую Марию и передам под охрану Ефиму. А мы с тобой займемся дружком.
– Годится.
– Следите за дверью спальни…
Улучив удобный момент, когда девушка в медленном танце под романс повернулась спиной к двери, Васильков бесшумно скользнул в зал. Левой ладонью он зажал ей рот, а правой накрепко обхватил за талию. Она вздрогнула и попыталась закричать. Но вместо крика из-под крепкой мужской ладони вырывалось только сдавленное мычание. Дернувшись раз-другой, она перестала сопротивляться.
– Пикнешь – пристрелю, – ласково сказал Александр ей на ушко. – Кивни, если поняла.
Перепуганная девушка кивнула несколько раз.
– И будешь вести себя хорошо?
Она снова кивнула. Александр посадил ее на диван и передал из рук в руки подоспевшему Горшене.
– Начнет капризничать – отрежь ей шикарные волосы, – подмигнув, посоветовал майор.
* * *