Валерий Сергеев – Прусс и рыцарь. Покорение Ульмигании (страница 13)
– Теперь нет…. Она уже поняла, что ты – со мной… А сейчас я открою вход в землянку… Полезай за мной!
Они подошли к небольшому холмику, покрытому снегом везде, кроме самой верхушки. На снегу пестрели следы, в основном, птичьи. А вот тут, кажется, пробежала мышь… А эти следы странно напоминают человечьи… только слишком уж маленькие…
– Это следы барздуков, – заметив взгляд Дуоны, пояснил Барт. И деловито добавил: – Они хорошо относятся к нам, людям.
Локис наклонился и открыл четырёхугольную дверь. Дуона заметила, что внутри землянки что-то слабо светится. Когда они спустились вниз, женщина увидела, что это тлеют в очаге угли.
– Вот моё жилище! – сказал ведун. – Увы, теперь уже бывшее. Как ты находишь его, жена? – И зажёг фитиль масляной лампы.
– Тут тепло и вполне уютно, – заметила Дуона. – Пол усыпан листьями и хвоей, уложен шкурами, в углу – столовая утварь… а тут я вижу две лежанки, тоже накрытые шкурами…
– Одна моя, другая – жреца Жола. Я чувствую, как он порой спускается сюда… и даже иногда разговариваю с ним… – Барт раздул угли и бросил в огонь несколько сухих веток.
В жилище сразу прибавилось света. Дым от очага через отверстие в потолке уходил наружу…
– Я могу тебя угостить кое-чем… О, – знахарь поднял с пола заячью тушку, – наша Милио ждала меня. Она частенько приносит мне свою добычу, делится… Спасибо, подруга!
Тут Дуона заметила, что рысь тоже спустилась в землянку, несмотря на то, что Барт закрыл за собой дверь. Видимо, у Милио был отдельный вход…
Барт, между тем, предложил жене усесться на лежанку, затем покидал в котомку кое-какие мешочки, поставил на огонь котелок с водой и бросил туда пучок травы. Затем достал из деревянного ларца хлеб и сало. Предложил Дуоне перекусить. Пока та ела, Барт задумчиво помешивал варево в котелке.
– Что за зелье ты варишь, Локис?
– Этот напиток придаст тебе и мне силы и бодрости, – ответил тот, снимая котелок с очага. – А сейчас, – он уселся рядом с Дуоной, – нужно вспомнить, что мы – муж и жена! – И, ласково обняв, принялся снимать с неё платье…
Когда они с трудом оторвались друг от друга, Барт нашёл в себе силы подняться с лежанки и шагнуть к очагу. Дуона, надевая платье, украдкой любовалась красивым телом мужа, пока тот наливал в глиняные кружки изготовленный им напиток.
Она обхватила ладонями тёплую кружку и вдохнула приятный пряный аромат.
– А какие в нём травы?
– Шиповник, боярышник, немного облепихи… и ещё кое-что… Ты пей, Барт своей жене дурного не предложит! – загадочно усмехнулся «знающий». – Вот видишь, я тоже пью и даже с удовольствием!
Зверь, усевшийся в сторонке, куда падало меньше света, с интересом наблюдал за хозяином и его гостьей. Его больше волновал вопрос: почему хозяин до сих пор не проявил интереса к зайцу, которого он поймал? Он занят своей спутницей… Надолго ли? Скорей бы он её прогнал… Милио считала, что лишний жилец в «их доме» совершенно ни к чему.
Барт, между тем, принялся свежевать зайца.
Дуона, сделав несколько глотков, уже успела почувствовать чудодейственную силу напитка, приготовленного Локисом. Сердце её успокоилось и забилось ровно, тепло растеклось по всему телу, усталость улетучилась вместе с дымом от очага… Она зажмурила глаза, всё ещё оценивая то, что произошло с ней за сегодняшний день. Да, в её жизни появился другой мужчина. Настоящий, тот, которого она с удовольствием и гордостью называет своим мужем. Это не злобный слизняк Литис, это – совсем другой человек: гордый, знающий, сильный… И – добрый.
– Это – Милио! – Барт оставил рыси часть зайца, остальное завернул в шкуру и бросил в котомку. – А нам пора собираться. Ещё надо проститься с лесными духами, которые были ко мне неизменно добры…
Они вышли наружу. В лесу уже начало темнеть. Предметы потеряли резкие очертания и словно поплыли… Барт минуту постоял перед входом в землянку, затем прошептал несколько слов лесу. Дуоне показалось, что тот ответил ему лёгким ветром.
– Сестра моя, Милио, – обратился к рыси «знающий». – Настало время прощаться и нам с тобой. Я буду жить среди людей, а ты – обитатель леса. Оставайся здесь хозяйкой и не попадайся на глаза вооружённым людям.
Рысь в ответ изогнула спину, положила передние лапы на сосну и поскребла когтями ствол дерева. При этом она обнажила густой белый мех на своём брюхе в знак доверия к человеку.
Коня Барт и Дуона оставили в селении Лауме, у отца с матерью. Поэтому, домой пошли пешком. Вайделот прекрасно знал эти места и нисколько не опасался заплутать, к тому же на небе к этому времени появилась полная луна. Лесные тропинки были в снегу, но он был неглубок.
– Скажи, Локис… зачем ты взял меня в жёны? – тихо задала мучивший её вопрос Дуона.
– Так было угодно Богам, – с улыбкой ответил Барт.
– Богам… – она недолго помолчала. – А тебе?
– То, что угодно им, угодно и человеку, – ответил тот. – Я почувствовал острое желание жить вместе с тобой, значит, это Боги породили во мне такую мысль…
– Значит, Боги сами решили за нас нашу судьбу…
– А иначе и не бывает, разве ты не знаешь этого?
– Теперь знаю.
Рысь бесшумно следовала за ними, её мощные задние лапы ступали точно в след передних…
В это время, считающий себя ограбленным, Литис подбивал семью на совершение мести вайделоту, посмевшему отобрать у него жену.
– Ты в своём уме? – увещевал его отец, почёсывая свою редкую бородёнку. – Ты продал Дуону, а он её купил! Сделка была законной!
– Но мы не сошлись в цене! – буйствовал младший сын купца. – Он предложил мне слишком мало денег!
– Ну и поторговался бы с ним, как принято в наших делах, – рассудительно произнёс Жмогун. – А не лез бы на него с кулаками! Он же – дикарь, в лесу живёт, человеческих законов не знает!
– Ты же сам говорил, что жена тебе надоела, и ты хочешь избавиться от неё, – язвительно усмехнулся брат Литиса, Томас.
– К тому же, три флорентийские монеты – это совсем неплохо! – заметил второй его брат, Франц, – А настоящая цена твоей Дуоны – как раз, одна монета, которую ты и получил.
Никому не хотелось связываться с грозным вайделотом.
– Всё равно я проучу его! – не успокаивался Литис. – И её тоже! Они у меня ещё попляшут! Я их уничтожу!
– Ну, если за это дело взяться с умом, – рассуждал отец, – то твою месть можно и осуществить… Боги помогут, если их хорошенько попросить…
– И принести жертву, – добавил Франц.
– Да, – вздохнул отец, принимаясь за еду. Семья сидела за общим столом, на котором стояло блюдо с жареным мясом, а рядом – большой кувшин с медовухой. – Жертва понадобится знатная… Тут одним петухом не отделаешься…
– Если понадобится, я целого барана отдам! – горячился Литис.
Жмогун взглянул на раскрасневшееся лицо младшего сына. У того красовался большой синяк на лбу – это его так «приветил» Барт. Губы Литиса скривились, по подбородку текли слюни… Отец едва сдержался, чтобы не отвесить своему отпрыску оплеуху. Он-то лучше любого другого знал все его недостатки. Тот, случалось, как скинет на ночь свою рубаху, так утром её и наденет, пусть даже наизнанку…
– А ты не спеши, – Жмогун вгрызся зубами в кусок мяса. – Придёт время, и твоя месть свершится безо всяких жертв…
– Это как? – не понял Томас.
– А так, – отец ухмыльнулся выщербленным ртом. – Сюда идут крестоносцы… Разве вы не слышали, что римский папа объявил против нас крестовый поход?
Сыновья пожали плечами и притихли. Конечно, об этом слыхали все… Поговаривают, что на юго-западе уже идут сражения… Впрочем, из Польши давно уже захаживают незваные гости…
– Вот придут они сюда… И начнут обращать нас в свою веру…
– Но мы…
– Тихо! Молчать всем! – старый Жмогун нахмурился. – Кто захочет жить, тот примет чужую веру!.. Видно, нам всем придётся сделать это… А, скажите мне, кого крестоносцы будут карать в первую очередь?.. Хранителей старой веры, жрецов-вайделотов…
– Тут нашему Барту и конец… – пробормотал Литис с довольной ухмылкой.
– Вот-вот! – кивнул отец. – Тут-то ты с ним и поквитаешься!
– Я сам зажгу костёр под его ногами!
Глава 7. 1232 год. Рейд за подарком из Палестины
К лету 1232 года наступление крестоносцев вглубь территории пруссов было приостановлено. Настало время строить замки и другие оборонительные сооружения. К тому же, закончились запасы кофе. Как ни странно это выглядит, но Христовы воины многие свои победы связали с употреблением этого напитка, в чём сумели убедить и ландмейстера, и самого Великого Магистра.
Герман фон Балк, получив донесение от братьев рыцарей после успехов отряда брата Герхарда фон Кууна, приказал распределить запасы его кофе по отрядам. «Раз уж он столь благотворно влияет на боевой дух и силы рыцаря, значит, сама Пресвятая Дева Мария через этот напиток являет нам своё покровительство! Я напишу письмо Великому Магистру с просьбой заказать для Ордена в Палестине ещё кофейных зёрен!»
Герман фон Зальца уже неоднократного убеждался в том, что, кофе способствует победам Ордена. Из Торна крестоносцы с ожесточёнными боями пробивались на север, рыцари пили крепкий кофе и.… брали верх! Одна победа следовала за другой! Однако, как сообщил в своём донесении рыцарь Вернер фон Нордхаузен, во время переправы через реку Ногат кофе был подмочен, и перед атакой прусского племени погезан его высушить не успели. В бой вступили без кофе и потерпели поражение! Были убиты брат Йоганн фон Вальдберг и пять кнехтов.