Валерий Пылаев – Пятый Посланник-2 (страница 12)

Вместо ответа медведь подался вперед и с тихим урчанием толкнул меня мордой – без особого усилия, но этого хватило, чтобы я повалился спиной в снег. Горячее дыхание обожгло лицо – а через мгновение по нему будто провели мокрой наждачкой.

Медведь меня лизнул! И, судя по всему, не для того, чтобы получше распробовать перед тем, как сожрать. Его слюни еще не успели замерзнуть на коже – а я уже видел перед собой здоровенную мохнатую задницу вместо пасти. Зверюга неторопливо поднялась на задние лапы, став почти с трехэтажный дом в высоту, вытянула лапы – и принялась карабкаться наверх из расселины. Движения медведя казались медленными и неуклюжими – но уже через несколько мгновений он перевалился за кромку скалы. Огромная голова в последний раз показалась из-за камней, посмотрела на меня, просопела что-то дружелюбное и почти понятное – и исчезла.

Если бы не громкое пыхтение, доносившееся сверху, и не следы гигантских когтей на камнях, я бы, пожалуй, подумал, что все это мне привиделось.

– Ты в порядке, Рик?! – Мерукан грохнулся на колени рядом со мной. – Я думал, он сожрет тебя!

– Значит, ты тоже его видел… – пробормотал я, кое-как усаживаясь.

– Видел! – Мерукан схватил меня за плечи. – И видел, как ты сделал то, что не под силу даже самым могучим из Владык!

– Поднял камень? – Я протянул руку и коснулся шершавого камня, на котором уже подмерзала кровь из моих пальцев. – Да уж… тяжелый.

– Это же целая гора, друг мой! Ни один из Великих Мастеров не смог бы сдвинуть ее и на волос!

– Разве? – удивился я. – Я думал, Владыка Алуру без труда размолол бы эту скалу в порошок. Или расколол… каким-нибудь ледяным топором.

– Может и так. – Мерукан пожал плечами. – Могущество Джаду велико, но даже у самого сильного тела есть предел. Человек не смог бы поднять такой груз – но ты взял силу у ракшаса, хозяина гор!

– Вроде того, – кивнул я. – Когда я коснулся его шкуры, ко мне будто перешла часть его могущества.

Интересно, все Кшатрии так умеют? Или это какая-то особенная разновидность Техники Мертвой Руки? Медведь отдал мне часть жизненной силы – но отдал добровольно и накачал меня так, что я на несколько мгновений стал сильнейшим из смертных. И даже из Кшатриев – если Мерукан не врет.

– Никогда о таком не слышал. – Он поежился и натянул на плечи сбившееся одеяло. – Но лучше бы нам поспешить – еще одна ночь среди скал не сможет навредить тебе, но меня, пожалуй, убьет.

Я и сам уже заметил, что Мерукану стало хуже. Бегство от медведя окончательно подорвало его силы, и теперь, когда опасность миновала, он с трудом держался на ногах. Больше всего мне бы хотелось как следует расспросить его о горных ракшасах, но лучше сделать это после того, как мы доберемся до перевала и спустимся на пару сотен футов. Туда, где хотя бы будет не так холодно.

– Я могу понести тебя, друг мой. – Я обернулся к расселине. – Снег здесь не такой уж и глубокий…

– Замолкни, сын плешивого шакала. – Мерукан подобрал копье. – Если бы богам было угодно, чтобы я ездил на спинах других людей, я бы родился Солнцеликим Императором, а не Безымянным без пряжки на поясе… Идем!

Упрямство вдохнуло в него новые силы, но и их хватило ненадолго. Я снова взвалил на себя всю поклажу, а через полмили отобрал у Мерукана и копье, но все равно мне приходилось то и дело замедлять шаг, чтобы не потерять его.

– Ты не замерз? – поинтересовался я, оборачиваясь.

– Нет. Я даже рад, что вокруг эта холодная белая гадость. – Мерукан сгреб с камня пригоршню снега и приложил ко лбу. – Голова горит.

– У тебя жар. – Я вздохнул и поправил перевязь с мечом. – Мы можем остановиться, и ты немного поешь…

– Хватит болтать, Владыка Рик. – Мерукан толкнул меня плечом, обогнал и, пошатываясь, зашагал дальше по расселине. – Кажется, я уже вижу выход из этой обители ракшасов.

Расселина и не думала заканчиваться, но теперь хотя бы уверенно шла вниз – и именно в ту сторону, куда нам было надо. Мы сделали крюк в несколько миль, но теперь, похоже, все-таки обогнули гору – и понемногу спускались уже за гряду.

Во владения клана Каменного Кулака.

Снег все еще лежал на скалах вокруг, но его стало куда меньше. Я задрал голову, выискивая среди низко висящих туч солнце, но так и не увидел. Полдень наверняка давно миновал.

– Закат еще нескоро, друг мой. – Мерукан облизал пересохшие губы. – Если боги будут милостивы – мы спустимся к лесам до того, как стемнеет.

Деревья и так уже понемногу начинали попадаться на пути. Пока еще маленькие и уродливые – только прижимаясь к земле они могли достаточно крепко вцепиться корнями в скалы, чтобы их не оторвало и не унесло ветром. И все-таки деревья. А еще через полмили появилось что-то вроде травы… или мха. Странная зелень стелилась по камням и с каждым шагом все больше теснила снег.

– Хвала Игни-защитнику. – Мерукан нагнулся и сорвал крохотный стебелек. – Мы уже в его владениях.

– Здесь не так холодно, – отозвался я, поудобнее перехватывая мешок с поклажей.

– И Владыка Алуру не сунется сюда. – Мерукан довольно оскалился. – Если вообще догадается искать нас здесь, а не пойдет дальше на юг.

– Почему ты?..

– Только безумец отважится идти прямо через горы, – ответил Мерукан. – И теперь мы оба знаем, о чем предостерегают легенды. Владыка Алуру скорее повернет обратно в свои владения, чем полезет сюда. Будь я им – решил бы, что горы убьют тебя вернее тальвара или силы Джаду.

– Хотел бы я поверить в это, – вздохнул я.

Но шансов немного. Великий Мастер клана Ледяного Копья наверняка уже догадался, кто я такой – и не успокоится, пока не увидит меня мертвым. Он может решиться отправить по нашим следам своих Владык даже сюда, но Мерукан прав – это не его владения, и люди в синих одеждах не посмеют разгуливать по этим скалам и лесам за ними так же, как по Моту-Саэре.

– Не сомневайся, – усмехнулся Мерукан. – В такое место не пойдет даже сам… Тьма и пекло!

Я метнулся на помощь, но не успел. Мой товарищ потерял равновесие, сделал еще несколько неуклюжих шагов – и рухнул на камни, едва успев подставить руки.

– Что случилось, глиняная твоя голова? – Я уселся рядом с ним. – Боги лишили тебя зрения?

– Нога… – простонал Мерукан. – Ракшас схватил меня, и я…

– Ты просто устал. – Я скосился на распухшую и стремительно синеющую конечность. – И теперь не ступишь и шага.

– Видимо, Агни-защитнику угодно, чтобы мы остановились на ночлег здесь… Прямо в той хижине.

– Что ты несешь? – Я потрогал лоб Мерукана. – Я не вижу здесь никакой…

– Блеск собственного величия ослепил тебя, Владыка Рик. Вот же она, Индра тебя порази!

Я почти полминуты вглядывался в тень под скалой, куда Мерукан указывал рукой. И только потом разглядел крохотный домишко там, где горная тропа заканчивалась и уступала место траве. Такой низенький, что при желании я наверняка смог бы дотянуться до его крыши. Он жался к скалам и чуть ли не сливался с ними – такой же грубоватый, неровный и целиком заросший мхом. Если бы не Мерукан, я, скорее всего, прошел мимо хижины в паре десятков футов – и не заметил бы.

И кто вообще может поселиться в такой глуши?

Глава 9

— Здесь есть кто-нибудь?

Я позвал еще раз, потоптался на месте, а потом просто толкнул дверь. Она оказалась не заперта – я даже не увидел ничего похожего на замок или хотя бы щеколду. Хозяин хижины то ли был настолько беспечен, что ничуть не беспокоился о своем имуществе, то ли решил, что здесь, в горах на самой кромке владений клана Каменного Кулака, обокрасть его попросту некому.

А скорее покинул свое скромное обиталище уже давным-давно.

Внутри оказалось темно. Ни свечей, ни лампы, ни даже очага с углями. Крохотные окна закрывали какие-то тряпки, почти не пропускавшие света.

Едва ли тонкие стены, сложенные из веток и замазанные то ли глиной, то ли грязью, то ли вовсе чьим-то дерьмом – судя по запаху – смогут согреть Мерукана, но если я разведу огонь…

— Кто ты такой? — раздался голос прямо передо мной. — И что тебе нужно в доме старого Чандана?

Пламя свечи вспыхнуло в двух шагах, и я подпрыгнул от неожиданности, едва не пробив головой низенький потолок.

– Демон ты, спустившийся с гор, чтобы забрать мою душу, или человек? Если человек — убирайся прочь! Здесь ты не найдешь ни чжу, ни припасов — Чандан сам питается лишь тем, что дарит ему земля и камни.

Хозяин жилища поднял свечку повыше, и я, наконец, смог как следует его разглядеть. Тот, кто назвал себя Чанданом, действительно оказался стар. Немыслимо, невозможно стар — и Торил, и Дава, и даже проживший больше сотни лет Хариш рядом с ним выглядели бы полными сил юнцами. Редкое в горах солнце за долгие годы сожгло кожу Чандана чуть ли дочерна, а возраст покрыл ее морщинами. Они свисали со щек, с мелко трясущейся шеи, с костлявых рук, торчащих из рукавов грязной дерюги, заменявшей старику одежду — даже со лба. На крохотной голове не осталось даже клочка волос – только вокруг беззубого рта клочками торчала грязно-серая поросль, которая была щетиной целую вечность назад. Разрезом глаз и чертами лица Чандан напоминал скорее азиата из моего мира, чем тех, кого мне приходилось видеть в Ашрее или Моту-Саэре… и все же куда больше он походил не на человека, а на старую уродливую обезьяну.

Слепую на один глаз — второй, похоже, уже много лет назад превратился в неподвижное бельмо — измученную и от этого злобную… но совсем не опасную. Даже в молодые годы Чандан наверняка не достал бы мне макушкой даже до середины груди — а сейчас и вовсе согнулся чуть ли не вдвое, превратившись в горбатого карлика. Мерзкого, сварливого и дурно пахнущего. Я мог бы убить его одним ударом кулака и, пожалуй, не без удовольствия сделал бы это…