Валерий Пылаев – На родной земле (страница 38)
– Только отошли же, – вздохнул Ратибор, – а уже и снекки не видать… Э-э-эй!
Его крик прокатился по верхушкам деревьев и затерялся в тумане. Я замедлил шаг, вслушиваясь. Нет, тихо. Никто не кричал в ответ – только еще громче засопел и загремел кольчугой перепуганный Йорд. Если он и дальше будет так шарахаться, как бы Ошкую не пришлось снова поить его медовухой…
– Худо, боярин – молчат гриди! – Ратибор положил мне руку на плечо. – Может, вернемся?
Я развернулся и включил «Истинное зрение», отыскивая снекку. Она действительно оказалась еще совсем близко – мы не прошагали и трети версты – но я все равно еле разглядел ее, словно туман висел над миром духов точно так же, как и над обычным. Пусть не такой густой и непроницаемый, но мне пришлось потратить чуть ли не минуту, вылавливая в нем алые искорики. Одна, две... Пять. Все на месте.
По крайней мере – пока.
– Идем, Ратибор Тимофеич. – Я указал копьем вперед. – Не боись, живы твои гриди. Просто не слышат, видать.
Воевода не стал спорить – видимо, сказался авторитет ведуна, ученика самого Молчана. Того, кто может совладать с силами, от которых не спасет даже самый острый меч. Не то, чтобы это сильно прибавило уверенности мне самому – но я зашагал чуть бодрее. Что бы ни пряталось в тумане, оно вряд ли сменит гнев на милость, если мы будем плестись, как улитки.
– Боярин… – Кто то вдруг потянул меня за локоть. – Помоги, боярин…
– Чего тебе? – буркнул я.
Схватившийся за меня гридень встал, как вкопанный – и мне тоже пришлось остановиться, чтобы не волочь его за собой. Недавно отрастившее первые в жизни усы молодого парня побледнело и искривилось так, будто бы его свело судорогой.
– Помоги… – повторил он жалобным голосом.
И вдруг тихо захрипел. Но его губах надувались и тут же лопались розовые пузыри. Я протянул руку, но не успел – парень уже заваливался набок, сгибая колени и прижимая к животу окровавленные пальцы… Будто бы пытался перед смертью успеть свернуться в бронированный клубок.
Твою ж…
– К бою! – заорал я, зажигая копье. – Встать в круг! Щиты!
Глава 43
Каплевидные алые щиты с грохотом сомкнулись, прикрывая меня с упавшим гриднем. Я рассадил палец об острою железку и намалевал на его щеке Беркану, уже понимая, что не успею. Парень истекал кровью быстрее, чем мое простенькое колдовство успевало его подлечивать. Была бы здесь Вигдис с кольцом Эйр… или Катя. Но мои силы годились лишь для сражения. Через несколько мгновений все закончилось, и я смог кое-как отлепить руки умершего от живота, чтобы разглядеть пробившую латы стрелу.
Но так и не нашел — ни ее, ни дротика, ни даже какого-нибудь метательного кинжала. И стальные пластины, и толстый стеганый поддоспешник оказались неповрежденными — и все же что-то убило гридня так, что с него натекла целая лужа крови. Я как-как задрал доспех и обнаружил разрез, проходивший от пупка до самого бока. Аккуратный и ровный, будто бы нанесенной бритвой или медицинским скальпелем. Но как?! Я еще почти полминуты ковырялся в абсолютно целых латах, пока не отыскал дырку в окровавленном поддоспешнике. Мой палец с трудом протиснулся в крохотное отверстие и вылез наружу прямо там, где пластинчатая броня застегивалась ремешком на боку.
Йотуновы кости, что же это получается?! Кто-то или что-то подбирается к нам в тумане, прицельно бьет в щель лат длинным узким лезвием, вспарывает гридню живот — и так же неслышно исчезает. Все это происходит на глазах у остальных и в паре шагов за моей спиной, и никто ничего не видит!
– Хис! – прошипел я себе под нос. – Здесь кто-то есть. Смотри!
— Как это – не чуешь? – Я поднялся на ноги и выглянул из-за могучего плеча Ратибора. – Кто-то прошел рядом.
Глубоко? В мире духов?
— Гляди, боярин. – Ратибор попятился, указывая булавой куда-то на деревья перед собой. – Никак, навьи пожаловали!
-- Кто там, Хис?! – мысленно заорал я.
В гремевшем у меня в голове голосе фамилиара послышались панические нотки. Хис, почти неуязвимый для стрел в форме Волка и способный удрать в родной мир духов и залечить там любую рану, боялся. Но кого?!
– Что за лешаки, раз так их?.. – прорычал я, поудобнее перехватывая копье.
Раздался короткий вскрик, и строй щитов справа от Ратибора всколыхнулся. Один из гридей выронил меч и схватился за шею – но фонтан из перерезанной глотки все равно хлестнул на несколько шагов. Кровь полыхнула в серой дымке алым фейерверком и тут же угасла вместе с аурой убитого. Больше я не увидел ничего. Убившая гридня тварь не «просвечивалась» даже «Истинным зрением».
– Навьи! – завопил кто-то. – До снекки бежать надобно братцы – тогда не тронут!
Запаниковавший гридень первым сорвался с места и растворился в тумане. За ним метнулись еще двое. Я видел, как их ауры удаляются в чащу на три-четыре десятка шагов. Как взлетают в воздух на высоту собственного роста, распускаются в серой дымке алыми цветками, переламываются в поясе, разваливаясь надвое… и гаснут.
– Стоять! – заревел я. – Держать строй! Иначе все поляжем!
– Назад, щеня! – Ратибор отшвырнул щит и поймал за шиворот еще одного гридня. – Слышали, что боярин сказал! А кто ослушается – того сам так булавой угощу, враз до Вышеграда долетит!
Подействовало. Гридень тихонько всхлипнул, но тут же метнулся обратно в строй. Может, Ратибор и сам был не прочь рвануть обратно к снекке, но то ли уже успел понять, что в тумане неведомые бестелесные твари вырежут нас всех за считаные минуты, то ли привык за десятилетия сражений слушаться «старшего по званию» без раздумий.
А я все так же пытался выцелить мелькавшие в белесой пелене силуэты. Тени рябили, сливались, разделялись, липли к деревьям, то взлетая к верхушкам, то падая обратно на землю с немыслимой скоростью – но неуклонно приближались. И, что самое паршивое, выглядели совершенно одинаково и в мире духов, и в обычном, человеческом. Острие непобедимого копья, принадлежавшего самому Всеотцу, беспомощно рыскало, но никак не желало сорваться в смертоносный полет, чтобы настичь хотя бы одного из врагов.
Йотуновы кости, я не мог даже понять, с кем мы сражаемся! Кто это? Какие-нибудь болотные твари, выползшие из живой плотины? Ожившие мертвецы? Или… все-таки люди?
– Выше щиты! – Я поудобнее перехватил древко Гунгнира. – Шею закрывайте! И не высовывайтесь!
Похоже, тактика глухой обороны кое-как работала. Дружина сбилась в плотный строй, закрывшись щитами в два ряда и выставив за алую стену мечи и копья. Тени вились вокруг, дергались, пытаясь подобраться к человеческой плоти, не защищенной металлом и деревом, но снова и снова натыкались на острия оружия – и снова отступали. Несколько раз кто-то из гридей вскрикивал – невидимые лезвия все-таки доставали их, оставляя глубокие порезы – но больше не погиб никто. Тени-убийцы кружили рядом, и все же пробиваться сквозь бронированную «черепаху» не могли никак.
– Да что ж это за нелюди, боярин? – прошептал Ратибор. – Их ни меч, ни копье не берет. Не поймешь даже, куда бить…
Я не ответил. Раз уж даже самое продвинутое артефактное оружие здесь бесполезно – почему бы не попробовать магию. Ту, которую я не использовал еще с Барекстада. Защитный Круг получился не сразу – местные духи-покровители никак не хотели отвечать на мой зов… если, конечно, это не они сами кромсали мою перепуганную дружину стальными когтями. Мне пришлось опуститься на корточки и приложить ладонь к земле – и только тогда заклинание кое-как заработало. Полупрозрачный желтоватый купол рос урывками, чуть сжимаясь обратно после каждого секундного импульса. Я будто бы пытался надуть воздушный шарик под водой – с усилием, преодолевая сопротивление самой стихии. Кто-то или что-то в этом месте отчаянно противилось защитной магии, но я упрямо давил, наращивая Круг, пока он не накрыл всю дружину целиком.
Но без особого результата. Тени чуть дергались, касаясь невидимой стены, и все же без труда проходили сквозь нее. Им было неприятно – не более. Круг лишь чуть замедлял их, но не задерживал. Не сработало.
– Сучьи дети, – прорычал я сквозь зубы. – Выкусите!
И разом вдохнул полный заряд синей шкалы из подаренного Молчаном кольца.
На холодную голову я точно не додумался бы до столь абсурдного решения. Раз уж неведомые твари без особого труда проходили за Круг, порождениями Тьмы они уж точно не были, и лупить их огнем Сварога стал бы только самый бестолковый Видящий… К примеру, я.
Внутреннее пламя мгновенно выжгло меня в ноль и шарахнуло во все стороны с такой силой, что покачнулись даже гриди. Туман на несколько десятков шагов будто сдуло ветром – и среди обнажившихся черных стволов деревьев показались тени. Все такие же бестелесные и расплывчатые – но теперь настолько медлительные, будто сам воздух вокруг них превратился в густое желе. Я оттолкнул Ратибора и швырнул Гунгнир. Почти наугад, без дополнительного заряда магией, вложив только собственную Силу. Но и ее оказалось достаточно.
(23 уровень) убит!
Вы получаете 2300 очков опыта.
Глава 44
Я на всякий случай еще дважды перечитал системное сообщение, выискивая хотя бы крохотный символ, заменявший убитому созданию название… Но так и не нашел. Ноль, пустышка. Строчка начиналась с заключенного в скобочки уровня. Я прикончил безымянную тварь.