Валерий Пылаев – Молот Пограничья. Книга VI (страница 7)

Последний даже не улыбнулся. Видимо, уже знал, на что способен Разлучник в моих руках.

Пока я разглядывал егерей, из леса показались еще двое вояк — офицеры. Штабс-капитан лет тридцати-тридцати пяти с орлиным носом и поручик. Совсем молодой — наверное, только из юнкерского. Оба со штуцерами, в шинелях и фуражках — как положено.

— Вольно. — Урусов махнул рукой, не дожидаясь, пока господа офицеры начнут козырять. — Что там у нас?

— Упыри, ваше благородие. — Штабс-капитан сделал шаг вперед. — Трое. Горелые… в смысле — до костей. Сегодня утром нашли.

Лично я бы не удивился, обнаружив сожженных огнем тварей так близко от берега. После того, что устроили Одаренные с дирижабля неделю назад, обугленные тела наверняка валялись повсюда километра этак на полтора вокруг.

Однако эти чем-то заинтересовали егерей — и вряд ли просто так.

— Показывайте. — Урусов поправил ружье на ремне. — Идем, судари.

Штабс-капитан молча кивнул, развернулся, и мы двинулись вверх по склону. Тайга здесь была еще не настоящая — с просветами, с березами среди елей, — но фон рос с каждым шагом, и через пару сотен метров я чувствовал его уже отчетливо: легкий зуд на не прикрытой одеждой коже.

Тропа — утоптанная, егеря явно ходили тут не первый день — вела между двух огромных елей. За ними открылась прогалина: метров двадцать в поперечнике, с поваленной березой посередине.

Упыри лежали у березы. Трое… Точнее, то, что от них осталось.

Я уже насмотрелся на горелых тварей. Благо, и на среди развалин башни, и на берегу вокруг крепости, и даже на льду Ладоги их валялось достаточно. Если не две тысячи, то полторы уж точно — не считая медведей и прочих тварей покрупнее. Столько, что не стали даже убирать — просто оттащили грузовиками подальше. Или сгребли вилами, чтобы не весной не дышать трупным смрадом.

Тайга умела избавляться от лишнего, но еще несколько дней назад обугленные туши всех калибров и мастей наверняка лежали вдоль берега чуть ли не в три слоя. Могли оказаться и здесь, но эти…

Эти были другими. И чем дольше я разглядывал уродливые черные силуэты, тем больше убеждался, что тварей упокоили не с дирижабля, а уже позже. И не боевой магией, а чем-то другим.

Упырей буквально спекло друг с другом. Скрюченные черные тела застыли в движении: одно — на бегу, с вытянутыми вперед когтистыми лапами, второе — будто обнимая ногу товарища, с оплавленной дырой вместо морды. Третья тварь касалась остальных тем, что когда-то было бедром. Сидела, привалившись к березе, словно нарочно устроилась отдохнуть — а потом сгорела. От нее осталась только левая половина: правую выжгло до золы, и на земле темнело до сих пор чуть влажное пятно.

Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как упырей превратили в угольки, но эфир еще легонько пульсировал от сгоревшей маны — так ее было много. Аспект Огня я почувствовал сразу, но все же потянулся Даром, и Основа шевельнулась внутри, откликаясь на чужой след. Знакомо и незнакомо одновременно: та же стихия, но иной природы — не человеческой.

Совсем не человеческой.

— А здесь не могли побывать ваши люди, полковник? — на всякий случай уточнил я. Ни на что особо, впрочем, не надеясь. — Кто-нибудь из офицеров?..

— Исключено. — Урусов покачал головой. — Мы пока от крепости далеко не уходим. Холодно сейчас, да и мало ли чего… Только разведка — и те не дальше версты. Ну, может, на полторы…

— Это я обнаружил, — подал голос один из егерей — тот самый, которого нисколько не веселило отсутствие у меня ружья или штуцера. — Позавчера, с утра. Они уже остыли.

— Значит, тварь с аспектом Огня.

Я опустился на корточки рядом с упырями. Снег вокруг подтаял и снова замерз, образовав снизу ледяную корку, будто они решили втроем принять ванну из мутного стекла.

Сильный огонь. Горячий, направленный — точно не случайное попадание с воздуха боевым заклинанием — пусть даже и самым мощным, первого ранга. Кто или что бы ни устроил упырям погребальный костер, ему явно оказалось не лень постараться. И прожарить зубастых уродцев сначала до хрустящей корочки, а потом и дальше — вот до такого состояния.

Поручик стоял поодаль с чуть зеленоватой физиономией. На которой интерес отчаянно боролся с отвращением и, похоже, пока проигрывал.

— Мы тут все уже просмотрели. Кое-что нашли. — Штабс-капитан вытянул руку, указывая куда-то мне за спину. — Следы уходят дальше в Тайгу. Крупные, но точно не медведь. Говорят, ничего похожего раньше не попадалось.

— Я точно не видел, — кивнул егерь. И принялся задумчиво скрести пальцами седую бороду. — Тридцать лет по Тайге хожу, а такого не встречал. Лапа здоровая, но чья — черт его разберет.

— Покажете? — поинтересовался я.

Выглядело так, будто здесь поработал то ли огневолк, то ли ящер — вроде тех, на которых ездили бывшие товарищи Галки. Только не обычный, а разряда этак… Матерь знает какого разряда, если честно. Но аспект мощный: не просто огнем плюется — жарит, как плазменная пушка.

Автоматон?.. Хотя — вряд ли, уж их-то следы точно ни с чем не спутаешь.

— Вон туда. — Егерь шевельнул стволом штуцера в сторону ельника, где деревья стояли плотнее. — Только далеко бы я не ходил, ваше сиятельство. А то мало ли…

— Я тоже, — подал голос подпоручик. И нервно усмехнулся: — Что-то не очень мне все это нравится… Может, лучше к дому?

— Оставайтесь здесь, если хотите. — Я поднялся и поправил ножны за спиной. — Только покажите мне след.

Я, кажется, понемногу начинал соображать, зачем Урусов решил позвать меня охоту. В гарнизоне желающих гоняться по Тайге за могучей тварью с аспектом явно не хватало.

Седой егерь тоскливо вздохнул, но спорить, конечно же, не осмелился. И неторопливо двинулся к ельнику со штуцером наперевес. Шли мы всего ничего — от силы полсотни шагов — но времени это заняло изрядно. Снега под ногами оказалось немного, меньше, чем на прогалине — видимо, оттого, что деревья здесь росли так густо, что будто нарочно цеплялись за одежду ветками…

И вдруг расступились, выпуская нас к небольшому обрыву.

— Вот там он и прошел, ваше сиятельство. — Егерь указал стволом штуцера вниз. — Видите?

Глава 5

Я видел.

Здесь, под обрывом, намело куда больше, чем наверху, и первый же шаг по склону подтвердил: идти будет скверно. Наст не держал, ноги проваливались по колено, а кое-где и глубже. Один из егерей — тот самый молодой скуластый — ухнул по пояс и кое-как выбрался, чертыхаясь сквозь зубы.

За мной шли все — наверху не остался даже поручик, которому не терпелось вернуться в крепость. Торчать одному в Тайге ему, видимо, хотелось еще меньше, чем тащиться по ней в поисках неведомой твари.

До следов мы добрались не сразу — пришлось пройти еще с полсотни шагов вдоль склона, прежде чем я сумел нормально разглядеть отпечатки. Они тянулись по ложбине, и солнце услужливо высвечивало каждый — будто кто-то вдавил в сугроб гигантскую птичью лапу… Только с лишним пальцем.

Я присел у ближайшего следа.

Глубокий. И, кажется, даже сравнительно свежий, хоть дно уже успело промерзнуть и схватилось ледяной коркой. Огромный: самый рослый из егерей запросто поставил бы туда валенок, и еще по краям осталось бы место для второго. Четыре пальца, растопыренные веером, с длинными бороздами от когтей — и один, отставленный назад.

Знакомая форма. Даже очень.

Я уже видел такой след — осенью, ночью, у сожженной землянки, когда Сокол высветил фонарем отпечаток. Тогда мы еще гадали, что за чудище ходит на двух лапах — а потом увидели вживую и гадать перестали.

Только тот след был с человеческую ступню. А этот…

Я вполне мог рассказать, где уже встречал таких тварей — точнее, их младших сородичей. Двуногие ящеры с огненным дыханием, на которых ездили верхом Галка и остальные бойцы Черного Ефима. Но младшие были размером с лошадь, а эта, судя по следу, могла бы сожрать лошадь на завтрак и не заметить.

Пожалуй, господам егерям и офицерам пока лучше об этом не знать — чтобы не нервничали раньше времени.

— С медведя будет, ваше сиятельство, — негромко сказал седобородый егерь, проследив за моим взглядом. — А то и поболе.

— Поболе.

С медведя — это если считать только вес. А если прикинуть, что с размером туши растет и аспект, и что огненное дыхание такой твари не просто плюется искрами, а жарит всерьез — неудивительно, что трех упырей превратили в угольки одним плевком.

— Ваше сиятельство, — штабс-капитан шагнул ближе, понизив голос, — чего делать-то будем? Дальше пойдем или к дому?

Я поднял взгляд. Урусов стоял чуть поодаль, сжимая ремень ружья. Молчал — и явно пребывал в сомнениях. Которые несложно было понять: одно дело прогуляться на разведку за реку в хорошей компании. А лезть вглубь Тайги по следу огромной огнедышащей твари, которая жжет мертвецов до костей — совсем другое.

Но решать кому-то надо. И этот кто-то, судя по взглядам — я.

— Нужно проверить. — Я поднялся и стряхнул снег с колена. — Если эта тварь бродит где-то поблизости, она вполне может выйти к мосту. А то и в город, и караульные со штуцерами ее не остановят. Представьте себе такую громадину на улицах Орешка.

Урусов молчал. Штабс-капитан тоже — смотрел на полковника, ожидая приказа, который тот никак не мог из себя выдавить.

— Жрать-то ей что-то надо.

Все обернулись. Аскольд стоял чуть позади. Хмурый, сосредоточенный, раскрасневшийся от мороза, но явно готовый идти по следам хоть до самого Котлина озера.