Валерий Новоселов – Хочу жить дольше! Записки геронтолога (страница 20)

Врач отвечает:

— А Вы, уважаемый, да-да, Вы… а Вы всегда используете профессиональные медицинские термины? И даже не понимая их смысла? Или думаете, что всё тут так просто?

Молодой человек не унимается:

— А что тут такого сложного? Не вижу проблем! Мне, например, даже не нужно образования, я хакер и поэтому могу сам обучаться тому, чему хочу.

Другой доктор:

— Коллега, это тот самый забавный случай, о котором я вам говорил. Эти люди ничему не учились, поэтому всё путают.

Пошли крики из разных мест аудитории.

— Для одних он гений, для других — идиот.

— Запросто! Да, не мучайтесь. Чтобы быть гением, надо непременно быть идиотом.

— Человек в имеющихся талантах и развитии своих способностей не всегда линеен. Что-то ушло вперёд, а что-то отстаёт. Иногда очень заметно. Вот и получается, что мы не всегда видим перед собой гармоничную личность.

— Если в основе гениальности лежит высоко развитый интеллект, тогда надо дать и ему определение. Так как от этого много зависит. И хотя глоссарий психиатрических терминов определяет его как степень развития когнитивных способностей или функций, очень вероятно, что это не так.

— А что на эту тему википедия говорит?

— Ну вот, не хватало нам еще читать то, что может править каждый желающий!

— А мне интересно, разве нормальный человек будет ставить такой вопрос на обсуждение? — спрашивает человек в возрасте, который всю дискуссию молчал.

Модератор:

— Да, я ждал именно этого вопроса. Это показывает, что наше время подошло к концу. Время несмотря не то, что оно бесконечно, всегда имеет конец. Как время и его временные границы, это связанные темы, так и различные стороны гениальности и идиотии, это тоже близнецы братья. Спасибо всем за участие! Протокол данного заседания будет опубликован в книге «Хочу жить дольше!».

Русская сказка на ночь «Не робей и не зевай» о французском демографе и бабе Яге

Поймала баба Яга как-то французского демографа Жан-Жака и говорит ему:

— Слушай милок, а дай-ка мне для памятника справку, что я самая долгоживущая Яга на планете Земля.

Возмутился тут молодой демограф:

— Да зачем мне это надо?

— Не кипятись ты, сынок. Ты же не кипятильник! Послушай меня. Тебе от этого большой прок будет. Да и мороки тут почти никакой, — отвечает баба Яга. — Построишь ты судьбу свою, книжки обо мне писать будешь, все тебя любить будут.

— А за что меня любить будут?

— Да за то, что ты покажешь, что можно курить, есть много сладкого, попивать винцо и проскочить в долголетие! Да не просто долголетие, а сверхдолголетие!

— Да что мне с того?

— Не спеши, торопыга. Прикупи-ка ты акций шоколадной фабрики, да табачной промышленности и винодельни своего дяди… они через два года будут стоить на 40 % выше. А если ты сможешь организовать праздник шоколада во Франции, то и в два раза. Так что не зевай!

— Хорошо, тут мне явная выгода есть, — согласился прагматичный Жан-Жак.

— Но тебе придется закрыть глаза, что про меня в газетах писали, что я — это моя дочка и то, что у меня поддельное удостоверение личности.

— Хорошо. А если кто-то обнаружит?

— Что обнаружит?

— Что у тебя с дочерью разный цвет глаз, волос, форма лица и даже рост!

— Не робей. Ты скажешь, что ты великий учёный и ошибаться никак не можешь, так как печатаешься ты только в приличных журналах. Это слово будет тебе хорошей защитой. И ты сможешь его использовать как доказательство твоей правоты. Только настойчивее так, и почаще повторяй!

Оба думают.

— А если укажут, что ты со своим зятем-мужем в одной комнате-квартире жила всю жизнь?

— Не робей же, говорю. Ты говори — я приличный, а вы, если сомневаетесь, то неприличные, — после паузы, добавила старушка.

Так и порешили. Бабаня наша скоро померла, но оставила в наследство парню своего внучонка по имени Хирш, которому теперь и служит тот демограф.

Вот фактически обмен со вторым дном. А демограф Жан-Жак сейчас бегает по всем каналам ТВ Франции и доказывает, что он не наследник Павла Ивановича Чичикова. Так и говорит:

— Мне моя дорогая баба Яга оставила два правила: Не робей! И не зевай!

Сказка ложь, да в ней намек — как мы знаем, слово «приличный» в великом и могучем русском языке имеет и значение «большой». Так что, добавляй или не добавляй его к любому существительному, например, к слову шельма, смысл то не поменяется!

Пасьянс мессира на рекордсменов долголетия

— Бегемот, разложи как мне пасьянс на самого долгоживущего человека на этой веселой планете.

— Мессир! Да для Вас всё что угодно! Айнц момент, крибле-крабле-ваучер. Получилось 122 года и 164 дня, мадам Кальман. Подойдет? Мало?

— Немного.

— Хорошо, дама треф ложится на короля бубей. Вот — Меджид Агаев, 143 года. И паспорт есть.

— Не серьезно, отодвинься, изверг. Дай-ка я сам теперь кину кости:

— Махмуд Эйвазов — 151 год.

— А еще больше?

— Ширали Муслимов — 168 лет. Учись, Бегемот.

— Мессир, а больше получится?

— Больше нет! Так как все-таки и совесть надо знать!

— Мессир, а ведь Вам ничто не мешает признать за лимит продолжительности жизни рода человеческого паспортные данные одного из этих кавказских рекордсменов СССР?

— Да, без сомнения ты прав. Тем более, как я понял, ты в случае с французской мадам схитрил? И её возраст состоит из двух половинок?

— Мессир, а может запишем её в книгу Гинесса? Тем более что это Ваша книга.

— Да, но у нас с тобой есть совесть. А у некоторых ученых её давно нет.

— Да, мессир, нет у них совести. Но Вы, очевидно, еще не видели, какая совесть у ученых из NORC Чикаго… там нет даже её признаков. Прохиндеи от геронтологии, узнав, что на глазах у всего мира математик Н. Зак вывесил огромное количество данных по рекорду Кальман в открытый доступ, просто потеряли разум.

— Да, я видел, как просто горел их мозг. Они решили приклепаться к чужой идее любыми методами и средствами. Тем более они давно, живя в Америке, не могли ничего свинтить у американцев. Американцы этого не любят. Поэтому у них один выход — брать у русских.

— Да, и они всегда видели заранее, что можно утянуть по свои знамена. А тут их «не зевай» не учуяла. Тогда они начали умолять блоггера, который взял интервью у Н. Зака, срочно опубликовать содержание своего блога про Кальман, чтобы они смогли на него сослаться в своей статье в уважаемом журнале. В научном журнале на блог с чужими данными без согласия автора работы!

— Бегемот, а что этот прохиндей из Чикаго предлагал французским страховщикам написать совместную статью о Кальман, обещая взамен всяческие блага?

— Да, мистер Воланд. Я стоял за его плечом, когда он просто «в ногах валялся», упрашивая их об этом. Он, на мой скромный взгляд, совсем помешался на своем Хирше.

Воланд твердо:

— Обманет, шельма, как обманул всех вокруг, что он ученый. Посмотрим, что будет дальше.

Бегемот:

— Мессир, затем наш химик от демографии попытался сделать кульбит в воздухе, рассылая всему миру миллионы писем, что именно вот он, он, именно он усомнился в Кальман первый. Одновременно он восхитился работой валидаторов Кальман.

Воланд:

— А разве так бывает, напомню тебе про осетрину второй свежести. Да тут вопрос и не в сомнениях, а в знаниях, которые позволили уверенно утверждать, что Кальман не достоверна. Тем более высказанных сомнений за эти 20 лет было более чем предостаточно. Но именно профессиональные и клинические знания врача привели его к заключению, что этот рекордсмен моложе на 20–25 лет.