Валерий Листратов – Миротворец (страница 11)

Гостей провожают в соседний зал, с легкими закусками и дижестивами.

К нам с моими магами почти сразу же подходит все тот же слуга и жестом предлагает пройти за ним. Я даже не успеваю обменяться парой слов с Прозоровской опять. И на ее взгляд могу только пожать плечами.

Ольга картинно недовольна. Но в разуме-то как раз вижу, что ее все забавляет, вот и славно.

Слуга проводит по длинным коридорам. Нас запускают в рабочий кабинет, где, кроме Михаила Александровича и Матвея, никого нет.

Аскетично. Диван у стены, пара заполненных книгами шкафов, тяжелый стол, и три кресла вокруг небольшого столика. Мягкий ковер на полу и огромные окна. Вот и весь кабинет. Уютно, даже камерно, но все же создает именно рабочую атмосферу.

— Давай сначала по официальной части быстро пройдемся? Садись давай. — император показывает на кресло напротив себя. Моих магов Матвей устраивает на диване. И господа маги просто счастливы.

Царь вблизи производит впечатление сильно уставшего человека.

— Времени немного, а дела пригляда требуют. Но про Самойлова я не забыл, Максим.

— Как скажете, Ваше Величество! — соглашаюсь с царем.

— Итак, что у нас по деблокированию замка Огинских? — интересуется император. — Матвей уже принёс рапорт от армейцев. Он, к сожалению, не очень информативный. Кроме того, что уничтожены несколько тысяч человек внутри форта, ничего особо внятного они сказать не могут. Твоя версия в пару слов.

— Собственно, так и есть, Ваше Величество. Именно это мы и сделали силами моего подразделения. — подтверждаю слова императора.

— Силами твоего подразделения? Аж двенадцатью человек? — хмыкает Михаил Александрович. — А что использовал — расскажешь? Или как?

— Двадцатью, с вашего позволения. Команда дирижабля тоже участвовала. — уточняю царю.

— Да, это, конечно, в корне меняет дело. Сколько там, Матвей, Турок было?

— Полторы тысячи. И двадцать четыре мага. — мгновенно отвечает безопасник.

— Итак? — с интересом улыбается царь.

— Экспериментальная разработка, — пожимаю плечами. — К сожалению, много таких вещей из-за ограниченности материалов я создать не могу. Использовался, в частности, кристалл накопителя для крепостей, а их ограниченное количество. Накопитель — цел. Магию использовал всю.

— А! Ну да. Матвей докладывал, что после твоего налета на склад в Минске, его проверяющим стало намного проще работать — ты полсклада вынес, используя мое имя! — смеется император.

— Почти полностью вынесенные накопители были оставлены Огинским. — пожимаю плечами. Отчет предоставлю.

— Но некоторые ты использовал на свою разработку… — констатирует царь.

— Иначе я не видел возможности выполнить мне порученное. — пожимаю плечами. — Как точно заметил Матвей, в форте было слишком много бойцов. Так что счел возможным использовать непроверенные, только теоретически созданные методы.

— Ладно, пока оставим это. Имел право, что уж, и воспользовался этим правом адекватно. — усмехается император. — Результат отличный. Давай, теперь перейдем к вопросу Балкан.

Глава 10

— Итак, давайте теперь перейдём к вопросу Балкан, — император откладывает документы и поворачивается ко мне. — Матвей уже доложил, что ты выполнил моё поручение, и к нам сюда приехали их представители. Можешь что-нибудь более-менее определённое про них сказать?

— В каком-то смысле, да, Ваше Величество, — киваю. — Исполняя Ваше поручение, я разговаривал со всеми тремя воеводами. Собственно говоря, один из них, тот, который мне показался самым неподходящим для нас — Йован…

— Наиболее протурецки настроенным? — уточняет император.

— К сожалению, да. — соглашаюсь. — Но к счастью он уже умер, причём от руки собственного мольфара. Двое других остались в живых и к нам относятся крайне уважительно. С пиететом. Старикан, который приехал вместе со мной… Тут без истории, наверное, не обойтись.

— Хорошо, — прерывает меня император. Кидает взгляд на Матвея, тот быстро кивает головой.

Буквально через полминуты в кабинет заходит знакомый мне уже личный дворецкий императора, с приготовленным чайником и чашками на всех.

— Давай, у меня ещё есть какое-то время, — приглашает к чаю Михаил Александрович.

Рассказываю про чай и вкратце — историю с нападением на нас сбрендившего мага на Балканах.

— Ты, благодаря своему таланту, с этим справился. Я правильно понимаю? — уточняет император. — Тот самый, про который ты мне рассказывал какое-то время назад?

— Да, — соглашаюсь. — И что характерно, магия в этой долине почти не работает.

Император поворачивается к моим магам.

Те сначала бросают взгляд на меня, а получив кивок, сразу же отвечают.

— Да, конечно, Ваше Величество, мы это ощутили на себе, — говорит Виталий.

Алекс добавляет:

— Да, я там был как беспомощный младенец. Даже разведку выслать не мог. Совершенно нестабильная. Исчезала за несколько метров от группы.

Виталий согласно кивает. Алекс продолжает:

— В том месте любые, вообще все, даже самые простейшие конструкты теряют свою устойчивость. Вроде магия есть. Ты её чувствуешь. Ты можешь, наверное, даже себя усиливать в каком-то смысле. Но при этом внешние техники не работают вообще.

— И там так везде? — с интересом спрашивает император.

— Нет, только в самой долине и по пути в пещерах.

— И как вы выкрутились?

Мои маги опять смотрят на меня. Император спрашивает именно их, чтобы получить хоть насколько-то чёткий ответ со стороны. Самое приятное, что ни тонкими, ни толстыми щупами император к моим магам в голову не лезет. С другой стороны, при его мощи он и так знает, что здесь и как примерно думает каждый, наверное. Как он сказал — фон-то он чувствует. Я тоже этот фон чувствую. Киваю своим умникам.

— Рядом с Максимом была зона около двадцати метров, — отвечает Виталий. — Мы сначала её не определили, а потом поняли расстояние, на котором магия как раз работала. Это нам позволило перемолоть огромный отряд турок.

— Там тоже были турки? — уточняет император.

— Да, Йован их привёл, — подтверждаю я. — Это как раз третий воевода. Предал своих и привёл полторы тысячи горных егерей в долину.

— Горных? Не ошибаешься? — С пониманием дела спрашивает император.

— Нет, так их местные назвали, я-то не понимаю. — качаю головой. — Ну, еще сбрендивший мольфар, превратившийся в монстра, нам «помог» с утилизацией. В общем, эти полторы тысячи егерей мы группой человек сто пятьдесят вместе с балканцами и перемололи. Мои маги тоже поучаствовали. Но вы сами понимаете, если магия у нас работает, а у наших оппонентов нет, да ещё с учётом того, что оба моих мага: и Алекс, и Виталий — бывшие армейские маги со всей выслугой и боевыми выходами. И они далеко не слабосильные, то получается, в общем-то, результат ожидаемый, и так противостояние не выглядит сильно неравным. Точнее, выглядит, но уже в нашу пользу.

Пожимаю плечами:

— Вот если бы у нас не работала магия, тогда нас бы там просто числом взяли.

— То есть турки оттуда не ушли?

— Максимум один человек. Но даже он, скорее всего, не ушёл. Там, я же говорю, монстр резвился — у него были что-то вроде черных теней. Только защититься от них в долине нечем.

Моих магов передёргивает, потому что прекрасно понимают, рядом с какой опасностью, прошли краем.

— Теней? — переспрашивает император.

— У мольфаров есть странная техника — некие тени, — слегка морщусь я. — Это что-то вроде шаманских духов, только это не духи.

— Максим?

— Точнее, совсем не духи. Это что-то вроде масок самих шаманов. Только они сами об этом не знают. Они, наоборот, считают, что это младшие боги, с которыми общаются. Но это не так. Это их собственные желания, оформленные, сложные… но это неважно. Я это знаю, но доказать не могу. Да мне и неинтересно.

— Хорошо, принимаю твою точку зрения. Продолжайте.

— Так что мы приняли бой сначала с турками, ну а потом с самим сумасшедшим магом сразился Максим. — Алекс поворачивается ко мне.

Император с удовольствием смотрит на меня.

— Сразился. Да, именно определённые навыки пришлось применить, — подтверждаю я императору.

— Замечательно, — улыбается император.

И я на мгновение, случайно чувствую его сигнатуру. Император ничего не замечает, а я вот замечаю сытое удовлетворение — то есть некое подтверждение, видимо, каким-то своим мыслям.

Михаил Александрович перебрасывается взглядами с Матвеем, и тот тоже кивает в ответ. Видимо, чего-то я пока не понимаю.