Валерий Иванов – Вьетнамский Сталинград: сражение за Дьенбьенфу. Малоизвестные страницы войны в Индокитае. 1953— 1954 (страница 13)

Серьезной проблемой для частей гарнизона стал вопрос маскировки. Кустарники в окрестностях Дьенбьенфу были вырублены колониальными солдатами на дрова для полевых кухонь еще в ноябре 1953 г. Растительный покров местности был очень редким, а на некоторых участках его просто уничтожила французская боевая и строительная техника. Заготовка дерева на склонах гор осложнялась опасностью нападения партизан.

Серьезным демаскирующим фактором французских наблюдательных, командных пунктов, позиций артиллерийских батарей стали высокие радиомачты. В Дьенбьенфу из 1400 радиостанций по меньшей мере 300 требовали высоких радиомачт, которые на некоторых участках напоминали бамбуковые изгороди". Кроме того, в подразделениях Иностранного легиона считалось особым шиком обозначать свое расположение серым порохом. В действительности это серьезно демаскировало позиции. Вражеские корректировщики артиллерийского огня получали прекрасные ориентиры.

Французы для маскировки своих позиций предпочитали зажигать ложные сигнальные огни и строить фальшивые оборонительные рубежи, но этого было явно недостаточно. До сих пор остается непонятным, почему колонизаторы не использовали обычные маскировочные сети.

В итоге французские оборонительные рубежи отлично просматривались с господствующих высот, которые были заняты частями ВНА. Благодаря этому командование коммунистических формирований могло точно воспроизвести схему обороны, систему ведения огня противника и, следовательно, тщательно планировать свои действия.

Строительство моста через Нам Юм оказалось бесполезной и дорогостоящей затеей. В период муссонных дождей, когда река разливалась, переправа элементарно исчезала под водой. Во время боев мост постоянно находился под столь интенсивным обстрелом артиллерии ВНА, что реку было безопаснее форсировать вплавь.

Французы расположили свои силы в Дьенбьенфу в виде 49 взаимосвязанных опорных пунктов. В зависимости от развития боевой ситуации они поддерживали друг друга огнем и отправкой подкреплений. Дислокация главных узлов обороны базы выглядела следующим образом.

Опорный пункт «Югетт», обороняемый 1-м батальоном 2-го пехотного полка Иностранного легиона и несколькими ротами тайцев. В километре к западу от него располагался опорный пункт «Франсуаз», который защищали две роты тайцев. «Доминик», расположенный в 2 км к востоку от «Югетт», занимали 3-й батальон 3-го полка алжирских стрелков, 425-я легкая вспомогательная тайская рота, 5-я рота 2-го тайского батальона и две батареи 105-мм гаубиц из 2-го дивизиона 4-го колониального артиллерийского полка.

К югу от «Югетт» находился опорный пункт «Клодин», основной гарнизон которого составлял 1-й батальон 13-й полубригады Иностранного легиона, усиленный тяжелыми минометами. Там же располагались батареи 105-мм гаубиц 4-го дивизиона 4-го колониального артиллерийского полка и оперативный резерв всего гарнизона Дьенбьенфу – 8-й ударный, 1-й парашютные колониальные батальоны и эскадрон легких танков 1-го конно-егерского полка (без одного взвода).

К северо-востоку от «Клодин» размещались командные пункты полковника Д’Кастри, полковника П. Лангле, возглавлявшего оборону центральной боевой позиции, и начальника артиллерии Дьенбьенфу полковника Ш. Пиро; госпиталь, подразделения материально-технического обеспечения обслуживания и связи.

Опорный пункт «Элен», прикрывавший базу с юго-запада, обороняли 1-й батальон 4-го полка марокканских стрелков (неполного состава), 1-я рота 8-го ударного парашютного батальона, две роты тайцев и рота 31-го инженерного батальона.

Опорный пункт «Лили», расположенный между «Югетт» и «Клодин», занимали подразделения из состава 1-го батальона 4-го марокканского стрелкового полка. Опорный пункт «Марсель» обороняла группа 3-го батальона 3-го пехотного полка Иностранного полка и 434-я тайская вспомогательная рота. Опорный пункт «Юнон», расположенный между «Клодин» и «Элен», обороняла рота белых тайцев и отряды военнослужащих французских ВВС¹⁰⁰.

В 2–3 км к северу, северо-западу и северо-востоку от основной позиции французы расположили вспомогательные пункты: «Анна-Мари», «Габриэль» и «Беатрис». Каждый из них защищал один батальон и артиллерийское прикрытие. Они предназначались для поддержки центра обороны и противодействия силам противника, наступающим с севера.

В 7 км к югу от Дьенбьенфу французы расположили узел сопротивления «Изабель», который обороняли два пехотных батальона, три батареи 105-мм гаубиц и три танка. Главной задачей этого опорного пункта являлась артиллерийская поддержка основных позиций. Помимо этого, дислоцировавшиеся там подразделения служили дополнительным резервом для осуществления контратак.

По мнению некоторых французских военных, расположение «Изабель» было крайне неудачно. Этот опорный пункт находился на значительном удалении от основных позиций. Данное обстоятельство осложняло переброску подкреплений. Кроме того, это создавало угрозу быстрого окружения «Изабель» противником. Удаленность узла сопротивления создавала дополнительные трудности по его снабжению. В случае блокады доставка всех необходимых материалов могла осуществляться исключительно воздушным путем.

Когда сражение за Дьенбьенфу было в полном разгаре, генерал Катру в своем докладе признавал: «Можно предположить, что, если бы место, выбранное для строительства „Изабель“, было ближе к центральной позиции, его артиллерия была бы способна поддержать огнем опорные пункты, а также можно было сократить его личный состав за счет батальона [пехоты], который мог бы усилить резервы»¹⁰¹.

Некоторые укрепленные пункты представляли собой систему различных по значению боевых позиций, каждая из которых имела то же название, что и основная, но свою собственную нумерацию. Например, «Элен-3», «Доминик-2» или «Югетт-5».

Злые языки поговаривали, что все опорные пункты были названы именами любовниц полковника Д’Кастри. Позже эта информация попала в некоторые исторические исследования¹⁰². Однако указанные слухи не имели ничего общего с реальностью по следующим причинам.

Во-первых, Д’Кастри, несмотря на все его пороки, был, прежде всего, старшим офицером, потомственным дворянином. Рекламировать количество любовников и любовниц, скандалы – удел праздных и глупых людей. Полковник Д’Кастри – солидный боевой офицер, имевший много наград и отличий, прошедший суровую армейскую школу, таковым не являлся.

Во-вторых, некоторые укрепления в Дьенбьенфу не имели женских имен. Например, высота «Габриэль» первоначально называлась «Ге ТогрШепг» («Торпедный катер»), так как внешними очертаниями напоминала корабль. Участок обороны центральной позиции французы назвали «Елисейские поля». Еще один второстепенный опорный пункт был известен как «Opera», по названию станции парижского метро, другой именовался «Epervier» («Ястреб-перепелятник»)¹⁰³.

В-третьих, традиция именовать женскими именами различные объекты отмечалась во французской армии и до сражения за Дьенбьенфу. Следует также обратить внимание и на то, что названия опорных пунктов женскими именами построены в алфавитном порядке.

Большое значение имело техническое оснащение Дьенбьенфу. Кроме бронетехники, на базе находилось 127 автомобилей различных типов. Для усиления оборонительного потенциала были доставлены огнеметы, различные виды мин, включая напалмовые. Кроме того, гарнизон получил 15 тыс. противогазов¹⁰⁴. Остается догадываться, как собирались их использовать колонизаторы в удаленном селении северо-запада Вьетнама.

В долине Дьенбьенфу колонизаторы оборудовали два небольших аэродрома. Основная ВПП располагалась внутри главного рубежа обороны. На ней постоянно находились шесть истребителей «Хэллкэт» и шесть самолетов-разведчиков. Аэродром мог регулярно принимать транспортные самолеты С-47 и С-119.

В течение декабря 1953 – января 1954 г. колонизаторами предпринимались беспрецедентные меры по накапливанию в Дьенбьенфу всех необходимых запасов для полноценного функционирования базы. По данным разведки ВНА, для достижения этой цели штаб Наварра мобилизовал не менее 80 % всей транспортной авиации, базировавшейся в Индокитае¹⁰⁵.

Для обеспечения всех объектов базы электричеством и пресной водой колонизаторы перебросили в Дьенбьенфу 15 электрогенераторов, 5 зарядных устройств, 4 опреснителя. Опреснители давали в сутки 16 тонн воды¹⁰⁶. В условиях жары и высокой влажности это было весьма актуально.

Первые подразделения французов и колониальных солдат жили в палатках. Постепенно они улучшили жилищные условия и даже стали создавать некоторое подобие комфорта. Из палаток колонизаторы переселились в блиндажи и бункеры в опорных пунктах, обеспечиваемые электроэнергией. Для еще большего комфорта были оборудованы кухни, походные душевые. Каждый день солдаты и офицеры гарнизона получали горячую пищу.

На территории базы проходили церковные службы, отмечались традиционные праздники. Госпиталь Дьенбьенфу был хорошо оснащен. В нем оборудовали даже рентген-кабинет. Тем не менее несколько удивляет малое количество кроватей для больных и раненых – только 42. Для гарнизона, численность которого превышала 15–16 тыс., этого было явно недостаточно. Тем более что Дьенбьенфу рассматривался не как тыловая база, а как передовой плацдарм для мобильных подразделений.