Валерий Гуров – Первая тишина. Том 4 (страница 8)

Элина поднялась и вернулась ко мне. Когда мы отошли на несколько шагов, она тихо заметила:

— Странная какая-то.

— Возможно, просто осторожная. Здесь сейчас осторожность неплохо помогает доживать до следующего утра.

Я сказал это прежде всего для Элины, а сам продолжал наблюдать за женщиной. Стоило нам отойти, как она снова спокойно заговорила с девочками и даже улыбнулась одной из них. Андрей Викторович в это время стоял чуть поодаль и разговаривал с охранником, поэтому определить, слышал ли он разговор, я не мог. Впрочем, ещё несколько минут назад мы уже услышали достаточно, чтобы понять, насколько здесь любят вопросы о происходящем за внутренним забором.

Андрей Викторович дал нам ещё несколько минут осмотреться, хотя попытку Ломова подобраться к брезенту и заглянуть за внутренний забор пресёк сразу. Сам я даже пробовать не стал. Если местные намеренно закрыли эту часть территории от посторонних глаз, показывать её трём вооружённым незнакомцам никто не собирался, и на их месте я поступил бы точно так же. После недавнего нападения удивляло скорее другое: нас вообще провели по внешней территории, обработали Ломову рану и собирались спокойно отпустить обратно. Видимо, рассказы о том, что Маяку нужны новые люди, всё-таки были далеко не пустыми словами.

— Ну что, господа хорошие? — позвал нас начальник охраны.

— Пора и честь знать? — усмехнулся Ломов.

— Пора, — Андрей Викторович не стал отрицать.

— Пойдёмте, — сказал я. — Спасибо большое, что провели нас по территории.

Мы дошли до внешних ворот. Андрей Викторович остановился возле маленького помещения охраны и коротко распорядился вернуть наши вещи. Один из его людей ушёл внутрь, а мы остались под навесом. Здесь уже хорошо просматривалась дорога наружу и кусок промзоны за ограждением.

Через пару минут охранник вынес пластиковый ящик и поставил его на стол. Внутри лежало всё, что у нас забрали: автоматы, пистолеты, магазины, ножи и мелочь из карманов. Всё лежало на месте, ничего не пропало, что тоже вызывало небольшое удивление.

Мы забрали свои пожитки и оружие. Закончив, я отдал пустой ящик охраннику. Андрей Викторович тем временем открыл наружную калитку и жестом показал, что дальше мы можем идти самостоятельно.

За воротами я отошёл подальше от поста, вставил магазин и проверил ремень. Элина зарядила оружие рядом. Ломов попытался сделать то же самое одной рукой, второй придерживая себя за ограждение, однако быстро понял, что получается так себе. Я забрал у него автомат, вставил магазин и вернул обратно.

Мы уже собирались уходить, когда Андрей Викторович окликнул меня. Я остановился и повернулся к воротам. Он стоял внутри периметра, придерживая калитку рукой, и выглядел всё так же спокойно.

— Сергей, если всё-таки приведёшь своих, идите сразу через внешний пункт. Охрана получила ваши приметы, поэтому второй поход через В-7 закончится гораздо быстрее сегодняшнего.

— Я понимаю с первого раза, — ответил я.

— Вот и хорошо. Есть ещё один совет, который тоже лучше запомнить. Если вы всё-таки успели увидеть в В-7 что-нибудь лишнее, постарайтесь это забыть. Жить спокойнее будет.

Я задержал на нём взгляд. Андрей Викторович больше ничего не добавил, просто подождал несколько секунд и отпустил калитку. По выражению его лица понять что-то было трудно, да я и не собирался устраивать разговор возле ворот.

— Пошли, — сказал я своим. — До вечера ещё надо добраться домой и объяснить людям, что наш сказочный Маяк оказался вполне настоящим.

Элина быстро догнала меня. Ломов двинулся следом, чуть медленнее из-за ноги. За спиной закрылась калитка, потом лязгнул засов.

Мы прошли вдоль забора и свернули к дороге. Через несколько минут корпуса Маяка начали исчезать за деревьями, и вокруг снова осталась знакомая промзона с брошенными машинами, закрытыми воротами складов и пустыми окнами.

Следовало забрать тележку и опять везти Ломова в ней. Это сейчас, пока действовал укол, он практически не чувствовал дискомфорта, но экспериментировать с больной ногой совсем не входило в мои планы.

У тележки мы были через несколько минут. Она осталась стоять ровно в том месте, где мы её оставили.

— Не угнали, блин, — прокомментировал Ломов. — А я, честно говоря, переживал!

Теперь, когда мы отошли от Маяка на достаточное расстояние, Элина первой вернулась к последней фразе начальника безопасности.

— Как думаешь, он знает, что мы видели, Серёж? — прошептала девчонка.

— Если бы точно знал, разговор мог получиться другим. Сейчас он либо подозревает, либо проверяет каждого, кто забирается в сектор, — высказал я своё предположение.

— На идиота он точно не похож, — высказался Ломов, залезая в тележку.

Тут я был с ним солидарен. Андрей Викторович производил впечатление профессионала, который знал своё дело не понаслышке.

— Про бассейн нашим расскажем? — спросила Элина.

При одном воспоминании о том месте она заметно помрачнела. Понять её было легко. После двора с детьми, развешанного белья и нормального медицинского корпуса бетонный бассейн из В-7 выглядел ещё более дико. Эти две части Маяка пока никак не складывались у меня в одну понятную картину.

— Расскажем всё, что видели, — решил я. — Про бассейн тоже. Смысла скрывать это от своих нет.

Элина несколько секунд шла рядом, затем спросила:

— А сюда их приведём?

Вот с этим вопросом всё было гораздо сложнее. До сегодняшнего дня Маяк существовал для меня главным образом в рассказах Ломова и слухах, которые доходили до гаражей. Теперь я увидел его собственными глазами. Здесь действительно имелись врачи, вода, электричество, охраняемый периметр и несколько сотен людей, которые могли позволить детям сидеть во дворе и играть крышками от бутылок. Для нашего кооператива даже половина этих возможностей означала огромный шаг вперёд.

Одновременно существовал В-7. Белые собирали молчунов, сортировали их, использовали акустическую установку и кормили одну тварь другой. Вдобавок Андрей Викторович слишком внимательно следил за тем, что именно мы успели увидеть.

— Вернёмся, расскажем людям, что нашли, потом спокойно решим, — наконец сказал я. — Если кому-нибудь срочно потребуется врач, это отдельный разговор. После того, что сегодня сделали с ногой Ломова, спорить с местной медициной глупо. Переселять весь кооператив только потому, что здесь есть вода и стены, я пока тоже не готов.

Ломов уже добрался до тележки и осторожно усаживался внутрь, стараясь не задеть раненую ногу.

— То есть опять будешь копать, пока не узнаешь, что у них под каждым сараем лежит?

— Хотя бы до того момента, пока не пойму, зачем им В-7 и почему туда таскают молчунов. Если после этого окажется, что Маяк действительно лучшее место для наших, я первым это признаю.

Ломов устроился поудобнее и задумался. Теперь даже ему было трудно спорить с тем, что у Маяка имелась вторая сторона. Ногу ему здесь действительно привели в порядок, но бассейн в В-7 он видел собственными глазами вместе с нами.

— Ладно, — наконец произнёс он. — Только если завтра Инна Павловна посмотрит на мою ногу и скажет, что мне обратно к этим докторам, геройствовать я не стану.

— Вот это как раз будет разумно. Сегодня тебе уже сделали всё, что могли сделать быстро, а дальше посмотрим по состоянию.

Я взялся за ручки тележки. Укол пока работал, поэтому Ломов выглядел гораздо бодрее, чем несколько часов назад, однако тащить его обратно пешком никто всё равно не собирался. Нам ещё предстояло выбраться из промзоны и добраться до гаражей до темноты.

Ломов вытянул здоровую ногу, проверил, удобно ли лежит раненая, и довольно откинулся назад.

— Ну всё, командир, пациент готов.

Мы двинулись к выходу из промзоны. То ли обратно попалась дорога хуже, то ли за сегодняшний день я всё-таки успел вымотаться, но теперь каждый разбитый участок асфальта ощущался через ручки тележки особенно хорошо. Ломов тоже перестал шутить и сидел молча, стараясь лишний раз не тревожить раненую ногу.

После сегодняшней истории изменилось и моё отношение к нему. Когда нас прижали в В-7, Ломов предложил остаться и прикрыть отход, прекрасно понимая, чем подобное решение могло для него закончиться. Такие вещи в нынешней жизни стоили значительно дороже красивых слов, а я их обычно не забывал.

— Спасибо тебе, — сказал я спустя некоторое время.

Ломов поднял голову и несколько секунд смотрел на меня, словно решая, стоит ли вообще отвечать. Потом только коротко кивнул и снова устроился удобнее.

После этого разговор сам собой закончился. Ломов придерживал автомат между коленями и некоторое время смотрел куда-то вперёд, а когда корпуса Маяка окончательно скрылись за деревьями, всё-таки вернулся к тому, о чём явно думал последние минуты.

— Только давай заранее об одном договоримся, Серёг. Если вы решите собирать плату за вход, я с пацанами среди этого самого «товара» ходить не буду.

Я даже шага не сбавил.

Он больше ничего не сказал, а у меня перед глазами сразу возникли створки гаража, за которыми оставалась сорок одна пойманная тварь. Сколько из них ещё сохраняли нужную Белым реакцию, я понятия не имел, однако теперь эта цифра означала уже кое-что вполне конкретное. Если подойдут все сорок одна, до первого пропуска в Маяк нам не хватало всего девяти молчунов.

К кооперативу подошли ближе к вечеру.