Валерий Гуминский – Вик Разрушитель 11 (страница 9)

— Расслабься, Митяй, — сказал он. — Помоги шубу накинуть.

— А вы куда, Яков Сидорович? — с подозрением спросил он и мазнул взглядом по мне, оценивая степень нашего безумия. Показалось, он даже носом поводил, будто принюхиваясь, не пьяны ли мы.

— В сортир уличный! — шёпотом рявкнул дед. — Жопу захотел поморозить! Долго ждать буду?

Митяй чуточку суетливо снял с вешалки тяжёлую шубу и надел на старого хозяина. Старик Мамонов приставил трость к стене и стал застёгивать пуговицы. Потом забрал у охранника малахай, натянул на голову. Трость снова оказалась в его руке. Я к тому времени уже был готов нырнуть в ночную стужу и топтался возле двери.

— Ладно, закрывайся, — буркнул Яков Сидорович. — Мы с полчаса прогуляемся, не засыпай.

— Как можно… — пытался возмутиться Митяй, но осёкся, увидев мой насмешливый взгляд. Я же знаю, как расслабляет дежурство в тёплом помещении. Особенно когда внешнее кольцо охраны тщательно оберегает объект.

Он открыл дверь, и мы вышли на крытую веранду, пустую и гулкую. На зиму вся лёгкая мебель перекочёвывала в основное помещение, оставались только шкафы, в которых хранилось мясо и замороженное кругами молоко. Здесь всё было кондово и основательно, как у богатого крестьянина. Никак не привыкну к образу жизни моей родни, живущей в такой глуши. И ведь никто не ропщет, что хочет в город, в суету и блеск витрин. Нравится им тут!

Мы оказались на улице, и я едва не задохнулся от морозного воздуха, неосторожно глотнув его полной грудью. Зажал рот тёплой варежкой, чтобы не раскашляться. Дед неожиданно обрёл упругий шаг и, не опираясь на трость, лихо двинулся по глубокой траншее, оказавшейся расчищенной дорожкой, к темнеющему вдали сараю. Хотелось слепить снежок и влепить его в спину идущего впереди старейшины. Но сдержался. Будет потом ворчать и жаловаться на дурного внука. А то и магией шарахнет для профилактики, не разобравшись, что это шутка. Портить отношения с дедом почему-то не хотелось, несмотря на его вредность.

Я улыбнулся. Ночная прогулка будоражила, поднимала настроение. Наконец-то встречусь со «своим» Источником, чистым и новеньким, а не как у Ушатых. С родовым Алтарём в Сокольниках предстоит ещё повозиться, чтобы идеально его настроить для своих потребностей.

Мы дошли до деревянного сарая с закрытой наглухо дверью. Дед поднял руку — я обратил внимание, что он не надел перчатки или варежки — и прислонил к полотну. В ушах коротко тренькнуло. Значит, замок магический.

— Не боишься, что я сейчас его немного сломаю? — улыбаюсь в спину Якову Сидоровичу.

— Сломаешь — новый настроим, — через плечо бросил дед и толкнул дверь внутрь. — Заходи, не стесняйся. Только дверь за собой закрой.

Я на всякий случай пригасил ядро, потому что не знал, как отреагирует Камень. Может, уже забыл меня? Пока закрывал дверь, старейшина включил освещение. Меня распирало любопытство, что здесь родственники наворотили, и где сейчас находится Источник. Сарай был небольшим по размеру, как раз такой, чтобы скрыть от любопытных глаз работы, которые проводились здесь до наступления холодов. Кроме ямы, зияющей посредине, я больше ничего не увидел. А, нет, была металлическая лестница, уходящая вниз. Подойдя к краю, посмотрел на испещрённый кавернами камень, лежащий на дне. Показалось, он стал больше.

— И как вы собираетесь делать Алтарь? — почесал я затылок. — Надо же сначала выкопать подвал, залить опалубку под Источник, облицевать его.

— Да ничего сложного, — фыркнул дед, стоя рядом. Он тяжело опирался на трость обеими руками и посматривал на меня, как будто ожидая, что я сейчас буду делать. — Котлован будем копать летом, и сразу же начнём формировать Алтарь. Гранит уже заказали. Весной привезут. «Шанси Блэк», идеально чёрный, без всяких вкраплений.

— Китайский, что ли? — удивился я.

— Ну да, его в Китае добывают, — подтвердил Яков Сидорович. — Там же вырежут плиты по размеру, что мы им дали.

— Глубина котлована такой же останется?

— Ещё чуток углубим… Ты мне зубы не заговаривай! Давай, показывай свои фокусы!

— И ничего не фокусы, — я не обиделся на ворчание старика и начал спускаться по лестнице вниз, хватаясь за ледяные поручни. Перчатки тонковаты, ощущения не самые приятные.

Оказавшись внизу, стянул их и положил в карман, чтобы не мешали. Подышал на ладони, осторожно прикоснулся к Камню. Закрыл глаза, пытаясь настроиться на его энергию и вибрации Стихийных аур. Сначала ничего не чувствовал. Ленивый космический гость решил перейти в режим глубокого сна? Значит, опять придётся воздействовать на него шоковым методом.

Пальцы стало покалывать. Так бывает, когда с сильно окоченевшими руками и ногами попадаешь в тёплое помещение. Они начинают отходить, вызывая весьма неприятные ощущения. Но я же не настолько замёрз, чтобы пошла такая реакция! Открыв глаза, с удовлетворением заметил, как вокруг Камня водят хоровод элементали. Синеватые искорки в какой-то момент невыносимо ярко вспыхнули, освещая поверхность своего убежища. Я выставил ладонь, и элементали, подобно шаловливым котятам, гроздьями ссыпались в неё. Начинаю постепенно разгонять ядро, чтобы проверить, насколько подвержен внешним атакам Источник. Иначе придётся провернуть такой же фокус, как и с Ариной. Честно говоря, не хотелось. У меня нет санкции отца на подобное действие.

— Смотри-ка, ожил, — раздался удивлённый голос деда. — Это что такое летает?

— Элементали Воды, — ответил я, задрав голову. — Как и предполагал ранее, этот Камень генерирует Водную Стихию.

— Как такое возможно, если изначально он падал цельным?

— Не знаю. Я ещё на Аляске заподозрил, что в Небесном Камне соседствуют две Стихии, — положив руки на шершавую поверхность, начал потихоньку заливать энергию своего ядра. Но был готов в любой момент выскочить из ямы. — Вода оказалась сильнее, что позволило ей подавить энергию Огня.

Дед молча созерцал танцующие искорки на поверхности Источника. Мне показалось, старейшина погрузился в глубокую задумчивость, а я ведь ждал от него какого-нибудь решения. Как он сейчас поступит? Вдруг захочет уничтожить второй Камень моими руками, чтобы Мамоновы не портили пестуемую Стихию какой-то там «Водой»? Не хотелось верить в такое коварство.

— Так что, дед, активирую Стихию? — громко спросил я, не убирая руки с поверхности Камня.

— Цыц, щенок! — ожил Яков Сидорович. — Не вздумай без батьки самовольничать! Всё прощупал?

— Подожди ещё немного, — попросил я, улыбаясь про себя. Каким бы тяжёлым и неприятным человеком не был старик Мамонов, но подличать против Рода он не посмел. Может быть, иногда полезно упрямых и закоснелых Глав отстранять от управления кланом? Посидел человек в одиночестве, мысли привёл в порядок, и теперь приятно с ним общаться. Или старейшина только со мной такой покладистый?

Пока я оглаживал шершавые бока Камня, в голову пришла дерзкая мысль. А что, если «познакомить» его элементалей с моими, живущими в энергоканалах? Ядро охотно отозвалось на такое решение и разогрелось до состояния расплавленного золота. Из ладоней выпорхнули серебристо-голубые искорки и толпой ринулись к местным элементалям. Сначала те возмущённо сбились в плотное светящееся облачко, словно решили обороняться от чужаков. Мои тоже слегка притормозили. Потом произошло интересное. С обеих сторон отделились по нескольку искорок и осторожно потянулись навстречу, словно щенки или котята, обнюхивающие друг друга. Отпрянули, закружились в хороводе, то исчезая в Камне, то снова появляясь в воздухе.

— Ты ещё долго? — Голос деда вывел меня из восторженного созерцания забавного ритуала знакомства.

Ничего не говоря, я поднял руку с растопыренной пятернёй, дескать, дай ещё пять минут. А сам затаил дыхание, потому что именно сейчас наступил важный момент. Элементали из обоих облачков рассыпались яркими гроздьями по поверхности Камня и растворились в нём. Источник ожил, его холодные бока стали наливаться синевой с алыми прожилками Огня. Он признал меня даже без капли крови! Элементали, которые «проживали» в моём ядре, каким-то образом стали идентификатором родства. Хм, а вот это интересно!

— Дед, ты не знаешь — отец делился кровью с Камнем? — спросил я, задрав голову.

— Почему я не должен знать, что происходит в нашем доме? Щедро поделился, одним из первых. Потом я кровушкой своей окропил, пока Камень не опустили вниз, — покряхтел старейшина, переминаясь с ноги на ногу. Пожалуй, надо подниматься. Тяжело Якову Сидоровичу, пусть и хорохорится.

— И кроме вас больше никто не привязывался?

— Запретили до твоего приезда, — хмыкнул дед.

Я похлопал сияющий бледно-голубыми и алыми всполохами будущий Источник, вызывая своих элементалей, будучи уверенный в том, что к ним присоединится и часть малышей из Небесного Камня. Только не заскучают ли они потом? Или у них есть какой способ взаимодействия между собой? Что-то вроде портала или астрального коридора, по которому они передвигаются между родственными Алтарями.

Дождавшись, когда расшалившиеся элементали займут место в энергоканалах, я попрощался с Источником и быстро поднялся наверх. Мне было жарко, хотелось расстегнуть куртку, но дед ворчливо погрозил пальцем:

— Застудишься. Лечи тебя потом таблетками и микстурами.

Мы вернулись домой. Митяй облегчённо вздохнул при нашем появлении, и помог Якову Сидоровичу раздеться, я же сам быстро скинул куртку и шапку, после чего мы поднялись на второй этаж.