Валерий Филатов – Своё предназначение (страница 8)
– Михаил Михайлович, мне нужен красный диплом и распределение в КБ Камова, – сказал он.
Историк заметно расслабился. Спросил:
– А что я буду с этого иметь?
Володька поднялся.
– Деньги. Много денег. Но не сейчас. Лет через пять. И брату посоветуйте пробить контакты с «АйБиэМ» и «Майкрософт».
Прошла неделя. Володька постепенно привыкал к своему новому прошлому, образовав в своей жизни этакую круговерть людей и событий. Ему понравилась способность видеть жизнь людей изнутри, всматриваясь в их лица. Он учился контролировать свое умение и применять его только тогда, когда это было необходимо. Тренировался он в основном по пути в техникум и домой, и это доставляло ему даже некоторое наслаждение – чувствовать тайное превосходство.
Вот и сейчас в электричке, он рассматривал окружающих его людей, легко влезая в их сознание, и выскакивая из него. Тут же стирая в своей памяти ненужную информацию.
Мужчина. Лет пятидесяти. Взгляд мутный от сотрясающей его голову боли. Вчера изрядно набрался водки с друзьями, закусывая краюшкой хлеба и килькой в томате. Мысль только одна – проглотить стакан с любой бормотухой, лишь бы ноющая боль ушла, оставила его в покое.
Молодая женщина. Этак лет тридцать с небольшим. Муж у нее законченный подонок. Вечерами, всегда пьяный, лупит ее по животу, а потом насилует. Как садист. Потом говорит, что мстит ей, не объясняя за что.
Парочка у окошка. Ему двадцать один год. Недавно пришел из армии. Служил где-то в Казахстане, в забытой богом степи. Возил свиньям на хоздворе помои из солдатской столовой. Чмошник, а расписывает себя, будто герой Советского Союза. Девчушка верит. Наивная и тупая, как пробка. Ей лет девятнадцать. Он ей нравится. Но она вчера поругалась со своей родительницей из-за какой-то губной помады. Сладкого наелась после этого и сейчас у нее на подбородке зреет прыщик, который портит и без того некрасивое лицо.
А вот мужик с портфелем. Боится страшно. Он не сделал отчет, потому что полночи ублажал толстую и грудастую секретаршу начальника. Секретаршу он ненавидит, но постоянно шастает к ней. Она позволяет ему вытворять с собой такое, от чего его жена падает в обморок.
Оп! А вот это интересный экземпляр. Заместитель директора продуктового магазина. Вчера завезли финский сервелат, копченую горбушу, осетровый балык и импортных охлажденных кур. Директриса «выбила» на базе. Кур они выбросят на продажу, а за остальным приедет перекупщик. Ей обломится три сотни навара с продажи, а по чекам товар потом проведут. На полсотни она собирается купить импортное белье. Тьфу! Опять о сексе.
О! Вроде студентка. Чистая такая. Глазки блестят, улыбается про себя чему-то. Приехала из Волгограда. Третий курс института Управления. Час назад она с двумя сокурсниками валялась в кровати… Да что же такое! Ну и нравы!
Все, хватит пока.
Сойдя с электрички, Володька двинулся к техникуму через небольшой парк, разбитый рядом с каким-то домом культуры. Внезапно почувствовал знакомое присутствие. Огляделся. На скамеечке при выходе из парка сидел Илья Николаевич, прикрывшись развернутой газетой. Володька свернул с аллеи, осторожно подкрался к нему сзади.
– Не меня ждете? – тихо спросил.
Илья Николаевич от неожиданности дернулся.
– Да, вас Воронов, – справившись с испугом, ответил подполковник. – Давайте прогуляемся по парку.
Они вместе зашагали вдоль здания дома культуры, спрятались в тени раскидистых яблонь.
– Генерал сделал мне представление на полковника, – негромко сказал Илья Николаевич. – Воронов, а вы кто?
– Я? – переспросил Володька, – пока простой студент. А что?
– Давайте начистоту, – предложил подполковник. – Откуда вы все знаете? Тогда – в кабинете, вы видели меня в первый раз. Также как и я вас. Вы просто не могли обо мне столько знать!
– Ну, ну, Илья Николаевич, – успокоил Володька гэбиста. – Примите это как данность. Зачем вам знать то, что не поддается вашему пониманию. Давайте просто работать вместе. Я не сотрудник западных спецслужб – вы уже это проверили тысячу раз. По различным каналам. О, даже секретную папочку на меня завели. Ну, зачем? Уничтожьте немедленно. Если кто-то ее увидит, а не дай бог прочитают, то вас отправят в психушку, а мной займется какой-нибудь рьяный бестолочь. Вам это надо? С агентом вы хорошо сработали, а вот со своей семьей не разобрались. Это плохо.
– Воронов! – подполковник засверкал глазами. – Не лезьте в мою семью, а то я вас уничтожу.
– Зря вы так, Илья Николаевич, – спокойно ответил Володька, не обращая внимания на ярость своего собеседника. – Хотя, понимаю. У вас просто нет денег. Это поправимо.
– И как? – скривился подполковник. – Позвольте узнать.
– Нет ничего проще. У одной из ваших агентов есть знакомый немец. Немец из ФРГ. Он ее обожает. Поверьте, любит до безумия, и выполнит любой ее каприз. Пусть он привезет в ближайшие выходные из своего ФРГ двести пластинок. Список я вам дам. А вы пробьете по своим связям, кто курирует из вашего ведомства магазин «Мелодия» на Ленинском проспекте. И сходите с этим товарищем в кафешку. О, простите, там пельменная. Это на «Кузнецком мосту» возле метро. Угостите его чебуречком или пельмешками после работы, желательно сегодня – чего тянуть.
Этот «фрукт» из ФРГ оставит пластинки вашему агенту. А я их заберу. Через день у вас будет восемь тысяч рублей. Жене на отдых и на лечение дочери. Не затягивайте с этим.
– Воронов, что вы несете? Какие пластинки?
– Обыкновенные. Виниловые, – повысил голос Володька, – с записями различных музыкальных групп. Да не дергайтесь. Просто поверьте мне. Я и так знаю вашего агента, но вас она послушает сразу. Поскольку вам обязана. Кстати, зацепите ее на крючок посильнее. Она хранит доллары. На решетке холодильника, сзади. Хотите прямо сейчас к ней нагрянем? Вы же на машине.
Подполковник остановился.
– Вы дьявол, Воронов! – прошипел он.
Володька махнул рукой.
– Это мифология. Все гораздо хуже.
Через час они стояли возле квартиры в подъезде обыкновенной пятиэтажки. Дверь им открыла заспанная девушка лет двадцати пяти с длинными пепельными волосами и высокой грудью этак третьего размера.
– Вы? – спросила она, уставившись на Илью Николаевича.
Подполковник отстранил ее и резко прошел на кухню. Загремел отодвигаемый холодильник.
– А-а-а, – метнулась на кухню девушка, забыв про Володьку.
Он неторопливо закрыл дверь, тоже прошел к месту разворачивающейся потасовки.
– Дрянь! – крикнул Илья Николаевич, хлестнув ладонью своего агента по щеке. – Ты что же вытворяешь?
Он тыкал ей в лицо хилой пачкой стодолларовых купюр.
– Ты зачем с валютой связалась?! Отвечай!
Девушка всхлипнула.
Володька отнял у подполковника доллары, чиркнул зажигалкой. Маленький костерчик занялся в раковине на кухне. В огне исчезало изображение президента Франклина, сморщившись от жара огня.
– Сволочь, – с ненавистью сказала девушка, глядя на Володьку.
И тут же получила резкий удар в живот. Согнулась, глотая воздух открытым ртом.
– Эй, – Володька повис на руке подполковника. – Да уймитесь же!
Она отлетела к стене от мощного удара ногой в грудь, заплакала, застонала.
Подполковник отбросил Володьку, схватил за волосы девушку и приподнял ее голову.
– Сейчас получишь список, – жестко сказал Илья Николаевич. – Твой немецкий хахаль привезет в субботу тебе все, что там написано. Не привезет – сгною в подвале. Вся охрана будет тебя иметь двадцать четыре часа в сутки, пока не сдохнешь, поняла?!
– В субботу, в восемь вечера, вот он, – палец гэбешника указал на Володьку, – придет сюда и заберет посылку, понятно? А с тобой я разберусь позже, – он отбросил ее голову к стене.
Володька присел рядом с лежащей девушкой. В ее голове бился страх и отчаяние. И еще стыд. Она умоляла всех святых, чтоб этот старый кретин быстрее ушел из ее дома, и прихватил с собой молодого гада, который сжег ее доллары.
– Света, – ласково сказал Володька. – Ну, какой же я гад? Это только ради вашей безопасности. Зачем вам лишние неприятности?
Он протянул руку, вытер слезы на ее глазах. Она в ужасе отшатнулась, сидя на полу.
– А если вы любите этого Дитриха, так и скажите ему. Зачем хвостом вертеть? Он и маме своей про вас рассказал. Жениться предложил. А вы у него доллары с марками таскаете по ночам, зачем? Он знает об этом, но молчит. Не хочет вас обидеть. Вот список.
Володька протянул ей бумажку, которую исписал еще в машине Ильи Николаевича.
– Пусть привезет. Ему это нетрудно. Хорошо?
Девушка, широко открыв глаза, заглянула в список.
– Свит, Слейд, Пинк Флойд, БиДжис, Рейнбоу, ДипПерпл. Что это? – спросила она.
– Это названия музыкальных групп, – ответил Володька. – Список пластинок. Двести штук. Нет, не волнуйтесь. Не оружие и не наркотики. Дитрих будет несколько удивлен. Просто скажите, что вам нужно, и все. Договорились?
Она молча кивнула.
– В субботу я зайду, – сказал Володька и улыбнулся.
Но, улыбка не вышла. Вернее она была такой, что девушка от ужаса чуть не лишилась сознания.
Вечером, Володька стоял за столиком пельменной на «Кузнецком мосту» и наблюдал за встречей Ильи Николаевича с коллегой по ведомству. Коллега очень сильно желал понять, зачем подполковник пригласил его выпить рюмочку. Но, так и не нашел объяснения. Зато Володька знал все, что было нужно.