Валерий Филатов – Своё предназначение (страница 39)
Она отошла на зов пары, решившей поужинать.
– Пожалуй, стоит умыться, – Кошелев, прикрыв глаза, энергично потёр щеки.
– Не спеши, Алексей…
Кошелев вздрогнул… открыв глаза, увидел Воронова – небритого и злого, в мятой рубашке.
– Шеф?! Я…
– Не надо. Я всё знаю. Иди умойся… Я жду тебя в машине, – Воронов протянул ладонь и резко попросил: – Ключи…
Эта резкость напугала Алексея, и он нерешительно поднялся, нашарил в кармане брелок с ключами от машины.
– Вообще-то я соврал, – Владимир смотрел ему в глаза. – Времени нет совсем. Потом умоешься.
Они вышли из кафе и сели в машину, причём Воронов сел сзади. Алексей вынул из-под водительского сиденья спрятанные конверты, протянул назад:
– Это Илья Николаевич передал вам.
Владимир молча заглянул в конверты, что-то прочитал на вынутых бумагах, потом посмотрел в окно.
– Лёша, ты со мной?
– В каком смысле?
– В смысле ты ещё на что-то готов ради меня?
Кошелев помолчал немного.
– Я устал, Владимир Егорович…
– Понятно. Тогда вылезай из машины.
Алексей вышел, оставив ключ в замке зажигания, встал у открытой двери. Воронов подошёл, задумался, глядя в землю. Потом достал из кармана банковскую карту.
– Здесь порядка полумиллиона долларов. Счёт на твоё имя.
Он протянул карту Алексею. Тот взял её, не глядя на Воронова. Владимир сел в машину, завёл.
– Прощай, Лёша. Я знаю – ты сделал то, что было в твоих силах, но… думаю, что ты мог сделать больше. Кстати, не надо тебе в кемпинг, что предложила официантка…
Машина скрылась, мигнув стоп-огнями.
Алексею стало больно. Нет, не физически, а просто… больно. Он стал ругать себя за то, что не остановил Воронова, не сказал ему то, что хотел сказать. Впрочем, какое это уже имеет значение?
Кошелев нащупал в кармане банковскую карту. С одной стороны карты, на ощупь, было что-то приклеено. Вынув, Алексей увидел маленький прямоугольник бумаги. На нём был написан адрес.
Илья Николаевич ждал ответы на свои вопросы почти сутки. Клаус часто куда-то уходил, кому-то звонил, прося полковника подождать «ещё немного». Наконец, эта суета улеглась, и немецкий друг положил на стол несколько листов.
– Вот, Илья, предварительный аналитический отчёт. Я не буду говорить, во что мне это встало, но некоторые выдержки из отчёта под грифом секретности. Будешь читать?
– Нет. Я не очень верю вашим аналитикам. Расскажи, что ты сам думаешь по этому поводу.
Клаус надолго замолчал. Илья Николаевич всё так же терпеливо ждал.
– Знаешь, Илья, – немец потер лоб. – Во всей этой истории слишком много неизвестных, причём, явно мистического характера.
– Например.
– Например – личность Воронова…
– Опустим, продолжай.
Клаус подумал.
– Видишь ли, там, где он появляется начинают происходить вещи недоступные обычному пониманию. И это сильно раздражает определенный круг людей – они банально пугаются, а бояться не привыкли.
– То есть? – удивился полковник.
– То есть, они увидели вероятность изменения существующей системы под структуру Воронова.
– Да, ладно! – ещё больше удивился Илья Николаевич. – А факты?
Клаус вздохнул.
– В том то и дело, что фактов много. Люди, побеседовавшие с Вороновым, часто меняли свою точку зрения на прямо противоположную. Кстати, ты один из них. Уж как-то ловко этот молодой человек научился манипулировать людьми, и замечу – многие из них достаточно влиятельны. Тебе известны такие, как Партнёр и Функционер?
– Допустим…
Теперь удивился Клаус.
– Откуда?
– Воронов с ними сотрудничал, – полковник пожал плечами. – И не делал из этого тайны.
– Так вот, – кивнул Клаус, – эти люди не рассматривались западной коалицией, как возможное руководство вашей страны. И даже не шли в «эшелоне». Но после встреч с Вороновым Партнёр получил контроль над военно-промышленным комплексом, причём над самыми передовыми разработками, которые даже не были в стадии научного проектирования в странах НАТО. А Функционер «прыгнул» во второй «эшелон» власти. Это сильно спутало карты мировых геополитических игроков. И они сделали чрезвычайно привлекательное предложение Партнёру, от которого тот не смог отказаться, противопоставив его Функционеру. Так как, Функционер твердо стоял на позиции тесного сотрудничества со структурой Воронова.
– И? – напрягся Илья Николаевич.
– Нет данных по тому, кто отдавал приказ на уничтожение…
– Как так? – недоумевал полковник.
– А вот так – Партнёр лишь выставочная пешка, Функционер затаился, а Воронова и след простыл. И было бы лучше, если бы совсем остыл.
– И чем это лучше?
– Всем, – Клаус махнул рукой, будто бросал что-то. – Потому что всё останется так, как есть. А это для многих очень удобно.
– Получается, – Илья Николаевич попытался подвести итог, – что структуру Воронова уничтожили, чтобы ослабить его самого?
Немец опять кивнул.
– И не только. Это сильно сказалось на его репутации в деловых кругах – вряд ли после всего этого с ним кто-то захочет иметь дело. Все его труды пойдут «в стол». Он же не политик, для которого покушение, наоборот, повышение рейтинга. Как говорят – теперь Воронов – «сбитый лётчик»…
– И почему так произошло? – недоумевал полковник. – Владимир никому не хотел переходить дорогу, а напротив, сторонился видов деятельности ему неподконтрольных.
– Потому что, Илья, твой Воронов не выполнил своё предназначение. Он просто «кинул» тех, кто вложил в него, например, огромные деньги. Или была некая договоренность, а он передумал её соблюдать. Он стал устанавливать свои правила, понимаешь? Но силёнок не хватило, или же, рядом не оказалось нужных людей. Или, как с Партнёром – нужных Воронову людей банально перекупили. Я, честно, не вижу иных объяснений случившемуся.
– И что теперь делать?
– Ждать, Илья.
– Чего?!
– Пока Воронов не договориться со своими покровителями. А там уж они решат, что с ним делать – снова поднимать, или… пустить в расход.
Полковник призадумался. Он вспомнил, что когда первый раз разговаривал с Владимиром, то ему и в голову не пришло, что у Воронова могут быть «покровители». Так… случайное стечение обстоятельств, приведших молодого парня на ступень выше остальных и наградивших сверхспособностями. Он, правда, потом рассказывал о каких-то голосах, но Илья Николаевич не придал этому значения.
– Как думаешь, Клаус, а где найти покровителей Воронова?
Немец чуть не уронил стакан с водой, который налил, чтобы попить.
– Илья, – закашлялся Клаус, – мне думается, что на земле ты их не найдешь…
Володька приехал в Рим. Зачем он это сделал, ему и самому было непонятно, поскольку знал, что в гостинице ему делать нечего – тело Германа Давыдовича увезли в морг, а полиция ищет Воронова, чтобы предъявить обвинение в убийстве. Да ещё вдобавок его данные передали в Интерпол.
Луиджи звонить не было смысла, поскольку тот бы сказал: