Валерий Филатов – Своё предназначение (страница 30)
– Как то не смог, – ответил тот.
– А зря. Этот тридцати тонный красавец может нести двадцать четыре ракеты. Хотя русские утверждают что десять, максимум двенадцать.
– И что?
– Посчитайте количество целей для одновременного захвата, если по цели выпускается пара ракет.
Крепыш задумался ненадолго, потом изумленно обронил.
– Получается, десять!
Высокий кивнул, и добавил.
– И это их разработка. На основе их собственных технологий. А мы даже не знаем разработчиков. И что еще они придумают?
Он посмотрел на самолет, который грациозно заходил на посадку.
– Партнер, нет! – орал Володька. – Я не дам столько денег на командировочные расходы. На кой черт везти такую делегацию в Рыбинск? Да еще и на три недели! Что они там будут делать, эти люди? Баб трахать, да водку жрать? И за мой счет?
– За наш счет, – осторожно поправил Партнер.
Воронов только отмахнулся.
– Владимир Егорович, мне не дозволено открывать вам всей необходимости финансирования данной поездки, – легкий стук кулака начинал раздражать Володьку. – Вы просто поверьте мне. И когда я пренебрегал нашими договоренностями?
– Вот я и думаю, – тихо ответил Воронов.
– Вы меня в чем-то подозреваете?
Снова усталый взмах рукой. Нет, Володька, конечно, все понимал. И доверял Партнеру. За те годы, что они работают вместе, вопросов не возникало. Просто в последнее время Воронов сильно размахнулся, и отток денег превысил доходы.
– Простите, Партнер, – виновато сказал он. – Я устал сильно. Множество новых проектов несколько истощили наш кошелек.
– Может быть, стоит обратиться за помощью? Думаю, вам вряд ли откажут банкиры.
– А, у них слишком высокие ставки! И потом, криминал очень сильно связан с ними. Не хочу на себя внимание обращать. Мне сейчас и так нелегко. Пришлось службу безопасности увеличивать чуть ли не втрое. И снабжать ее всякими техсредствами.
Ладно, пусть едут. Надеюсь, это не зря.
И Воронов протянул Партнеру банковскую карту.
– Здесь вся необходимая сумма.
Партнер улыбнулся, правда, улыбка вышла немного кривая, недовольная.
– Отдохнуть вам надо, Владимир. Слетали бы в Италию, например. Возьмите женщину с собой, погрейтесь на солнышке, побродите по городам. Неделя никого не устроит, а перемена мест улучшит восприятие.
Володька задумался. И у него возникла небольшая идея.
– Пожалуй, я воспользуюсь вашим советом, – сказал он.
И Партнер улыбнулся еще раз, но по-другому – добрее, искреннее. А еще Воронов уловил, что не просто так его отсылают. В последнее время слишком много нездоровой возни возле предприятий их, так называемого объединения, и многие люди, приближенные к Президенту, заинтересовались Володькой. Да и не только. Кошелев стал часто упоминать слово «охрана», а Партнер намекать на «забугорный» интерес. И странно. Никому не было дела до Рыбинска, а тут… и президентская комиссия, и всякие предприниматели, вооружившись поддержкой «высоких» людей, зачастили на предприятие, выпускающее авиационные двигатели.
Хорошо еще, что Володькин «Электроприбор» в Москве не трогают. Завод и не видно, так, пару корпусов в нежилой зоне. Ребята Кошелева постарались – охрана там серьезная, и разработка новейшей операционной системы идет полным ходом. Уже в следующем году Володька намеревался ее выставить на рынок, также и мощный миниатюрный компьютер на ее базе.
На салоне в Ле-Бурже он познакомился с одним итальянцем, который искал новые технологии для своих производств. И Володька вдруг подумал, что через него сможет протестировать новые разработки. Да и реклама не помешает.
Когда Партнер вышел из кабинета, Воронов нажал клавишу своего компьютера. На экране появилось лицо Эллы, снимаемое из приемной внутренней камерой.
– Слушаю, Владимир Егорович.
– Элла Сергеевна, забронируйте мне два билета в Рим на послезавтра. Фамилию второго человека я сообщу позднее. Пока не решил. И номер в отеле на неделю. Простенький, без изысков. И… не говорите никому о моих планах.
– Хорошо, – ответила она и отключилась.
Они расстались. Она увезла свои вещи из их комнаты в кафе. Но, Элла не хотела уходить со своей работы. Ей нравилось. И Володька не стал воспрепятствовать этому. Хочет – пусть работает. А работу свою она знала.
Неожиданно в кабинет ворвался Кошелев. Только ему и Партнеру разрешалось заходить без разрешения.
– Владимир Егорович, – начал он, подходя к столу Воронова. – Мастерской Георгия Ивановича интересуется криминальный авторитет по кличке «Серго». Десять минут назад туда заглянули братки из его бригады. Вели себя нагло. Охранник культурно их выпроводил, но они обещали вернуться. Мы можем нейтрализовать авторитета, но вся эта суета не к добру.
– Твои предложения, Леш.
– Я бы перевел мастерскую в другое место. На «Электроприбор». Там гораздо безопаснее, и охрана мощнее. Но, судя по всему, «Серго» настырен. Если ему что понравилось, то вцепляется, как клещ. Вот, – он протянул папку, – некоторые материалы по нему. То, что успели собрать за короткое время.
Володька открыл папку. С фото на него смотрел мужчина лет пятидесяти. Улыбался, но в глазах застыла ненависть и злоба. Три ходки за разбой. Коронован на зоне во время второй ходки. Семью ворами. Даны их клички. Не в меру жестокий.
Воронов задумался.
– Леш, можно накопать по нему больше? И где он часто бывает?
– Да. Но это потребует часов пять, не меньше.
– Хорошо, я подожду. А из мастерской пусть все уходят сегодня. Скажи им, что я жестко на этом настаиваю. Хоть силой убирай.
Кошелев кивнул, и быстро вышел из кабинета.
«Серго» отдыхал в отдельном кабинете ресторана «Ле Шалле», что обосновался на набережной Москвы-реки недалеко от Кремля. Заведение славилось своим фондю и ценами. Спиртного «Серго» – в жизни Сергей Сергеевич Малецкий – не признавал. Чинно ел небольшие куски мяса, окуная их в кипящее масло. Запивал чистой водой.
– Так что с мастерской делать будем? Сегодня пацанов оттуда выкинули, – спросил у «Серго» его напарник, быковатого вида мужичок с приклеенным по жизни погонялом «Резвый».
– А ничего, – ответил спокойно Малецкий, поджаривая очередной кусок. – Там работяги одни. Нам главный «коммерс» нужен. Ты, кстати, с пацанами разберись, а то слух пойдет, что у «Серго» братва дохлая.
– Говорят, охранничек там был дай боже, – «Резвый» налил себе в стакан сока. – Запинал наших качков, что кегли.
– Наплевать, сколько там было охраны, один или рота. Они должны были передать мои слова и все, а не быковать.
В кабинет прошел худощавый мужчина, с бегающим взглядом тусклых серых глаз. «Серго» не спеша промокнул губы салфеткой, сделал глоток воды.
– Говори, – бросил худощавому.
– Узнать, кто стоит за этой мастерской не удалось, – отводя в сторону взгляд сказал тот. – Странная эта контора «Серго». Палево чую. Не бывает у простых коммерсов таких охранников.
Левый глаз Малецкого задергался. Что выдавало высокую степень гнева.
– Ты чего буробишь? Какое палево?!
– А такое! Я поспрошал там работяг. Талдычут в эти гаражи «Волги» наведываются черные, да с номерами непростыми. Найдем на свою жопу обморок.
– «Волги», говоришь, черные?
– Да.
– Сейчас номера любые купить можно, для понта. Разузнай все лучше. И хоязина, хозяина мне вычисли, понял!
– Да, понял, не гони волну.
Худощавый пристроил свой зад на краешек стула, потянулся к мясу.
– Не трожь! Не заработал! А ну, брысь отседова!
Худощавый вскочил, ринулся было прочь, но наткнулся носом на грудь Воронова.
– Уважаемый, – обратился Володька к Малецкому. – Вы, верно, меня ищете.
«Серго» от неожиданности впал в ступор, но быстро овладел собой. В то время Воронов присел на стул, улыбнулся «Резвому», да так, что тот сполз под стол без чувств. Худощавый просто упал во весь рост на пол, часто моргая. «Серго» было потянулся рукой за пояс брюк, где покоился снаряженный пистолет «ТТ».
– Ну, ну! Не надо, – сказал Воронов, чувствуя, как в голове Малецкого беспорядочно мелькают мысли. Тот и застыл так, в нелепой позе с выпученными от боли глазами.