Валерий Черных – Чёрная полоса (страница 10)

– Понятно. И что ей нужно от Мины?

– Мутная история. Я и приехал с тобой обсудить. Оказывается, когда Ракицкий преставился, пропала картина. Мину тогда ещё один чел пытал на эту тему. Но ты же знаешь, на неё где сел, там и слез. Похоже, послала она его в пеший эротический поход. Я смутно, но помню, как он к ней ходил. Так вот, сейчас это же мурло к Александре прицепилось.

– Так. И зачем она к вам пришла?

– Посоветоваться, что делать. Он ей угрожал.

– И что Мина?

– Сказала, пусть она его к ней направляет.

– И зачем ей этот гемор?

– Я с Миной ещё не говорил на эту тему. Девчонку домой отвозил. Вернусь, спрошу.

– Ну, а вообще, как она тебе?

– Александра? Да она, похоже, больная на всю голову. Я даже и не думал подкатывать, а она мне уже такого наговорила, словно мы сто лет женаты.

– Это как?

– Отчитала за вчерашнюю куклу, с которой вы меня застукали. Сказала, что я неразборчив в связях.

– Реально?! Слово в слово?!

– Нет, но по смыслу звучало похоже. Короче, я теперь для неё мурло, которое трахает всё, что шевелится.

– Прикольно! Правильная, значит! Я же говорил – спелый персик! Телефончик-то взял?

– Нет, свой дал.

– Ну вот, полдела в кармане! Захочет оттянуться в клубе – позвонит.

– Нет, с ней я точно мутить не намерен. Пять минут пообщался, а меня словно наизнанку вывернули. Ей следователем в прокуратуре нужно работать. Представь, с такой подругой встречаться.

Рома на мгновение затих, выпятил губы, притянув их к носу, принюхался и недовольно проворчал:

– Ещё губами клюнула на прощание, коза! Теперь от её запаха отделаться не могу.

– Погоди, Ромэ. Ты чего такой взвинченный? Прямо рвать готов.

– Выбесила! Правильная! Давно меня, как пацана, мордой никто не возил. Главное, и против ничего не попрёшь. Вроде кругом права. Руки так и чесались подзатыльник отвесить. Еле удержался!

– Реально дал бы?

– Больной, что ли? Это я так, фигурально.

– Виртуально наверняка отвесил, – хмыкнул Филипп.

– Отвесил, – вздохнул Рома. – А толку?

– Короче, всё понятно, что ни черта не понятно. Что за картина-то? – зевнул Филипп.

– Кандинский. И похоже, неизвестный.

Фил сразу посерьёзнел, открыл рот, словно собирался что-то сказать, но так и застыл. Затем он нервно сглотнул, словно проглотил слово, которое хотел произнести, кашлянул, навалился грудью на стол и тихо прошипел:

– Кандинский? А ты знаешь, сколько его полотна стоят?

– Такая, примерно, может до двадцати пяти лямов потянуть, – выдал Рома и задумчиво поскрёб подбородок.

– За такие бабки и закопать могут, – мрачно констатировал Филипп.

– Кого?

– Да хоть кого. Хоть всех нас, вместе с нашим бизнесом.

– Мы-то тут при чём?

– А прицепом, вместе с твоими родственниками, для ровного счёта, – неприятно скривил губы Филипп.

– Умеешь ты, брат, поднять настроение. И что предлагаешь?

– Закопать их раньше.

– Ты что несёшь?! Опять война?!

На заре своего бизнеса, когда они колесили по Подмосковью, открывая лавочки для продажи китайского ширпотреба или сдавая товар под реализацию в уже работающие точки, им регулярно приходилось сталкиваться с местными конкурентами. И далеко не все эти встречи заканчивались мирно. В какой-то момент они даже обзавелись травматами – иначе было не выжить.

Конечно, это не были бандитские девяностые, когда группировки рэкетиров плодились как грибы после дождя. Но если конкуренты слишком давили, приходилось отвечать той же монетой. До трупов, слава богу, не доходило, но пару раз они были в шаге от тюрьмы.

Время стрелок с монтировками и разборок за территории ушло в прошлое. Но они его не забыли. Не забыли, как боялись подходить к своему дому, зная, что у подъезда караулят те, кто не прочь проломить им головы. Выбора тогда не было. Такова была жизнь.

– Нормальную тему предлагаю, брат. Бить на опережение, а не уходить в глухую защиту. Находим этого пассажира и культурно с ним разговариваем. Ну или как получится. По итогам беседы принимаем решение. Главное понять, не стоит ли кто за ним.

– И где мы его найдём? Думаешь, он сам к нам придёт?

– Конечно, сам. Придёт к Мине, тут мы его в плен и возьмём. А там война план покажет. Главное теперь быть на стреме.

Рома смотрел на своего друга и немного шалел от его уверенности. У Фила всегда всё было просто. Когда-то, предложив челночный бизнес с Китаем, он, в отличие от вечно сомневающегося Ромы, даже не задумывался о рисках – был уверен, что всё получится. Дальше первой поставки Фил не планировал, и всё остальное: налаживание связей в провинции, поиск каналов сбыта, организацию продаж – пришлось тянуть Роману. Вот и сейчас друг предлагал отличный с его точки зрения план – махом устранить проблему. Только что делать потом с пленным или, не дай бог, с его трупом, он не думал. «Война план покажет», – легко отмахивался он. Отлично, только Рома переживал, как бы война не показала им небо в клеточку. Он подумал и решил пока не заморачиваться. Если Делягин объявится, в принципе можно и поговорить с ним для начала, как и предложил Филипп.

– На стреме, говоришь? Вообще-то, я хотел в Дубай метнуться на недельку. Кстати, не хочешь с Лерой компанию составить?

– В Дубай не хочу. И потом, что за отдых получится? Мы возле тебя лизаться будем, а ты коситься на нас. Или подобрал кого? Но тогда с Леркой точно не получится. Ты же не будешь её с однодневкой знакомить.

– Нет никого. Да и не нужен никто.

– Слушай, а давай на лыжи рванём. Моя всё равно невыездная. Дней пять вдвоём покатаемся спокойно.

– Что значит невыездная?

– Я же тебе сказал, у неё теперь другой. Салон красоты зовут. Пока не натрахается с ним, не наиграется, к ней хоть не подходи. Месяц точно. С первым такая же ерунда была. Так что она только рада будет, если я свалю подальше.

– Так вроде рано для лыж. Мы никогда в такое время не катались. Где найти снег в ноябре?

– Австрийцы с октября открываются. Я уже смотрел. У них там машины крутые для снега. Шенген на азербайджанских паспортах есть. Рванём через Белград.

– Ладно, я с Миной сегодня переговорю, если ничего страшного не предвидится, рванём.

– Отлично. Тогда разбегаемся.

-–

Едва Роман переступил порог бабушкиной квартиры, как из кухни появилась Елена Павловна. Обычно приветливая, она выглядела напряженной. Приложив палец к губам, дождалась, пока Рома снимет куртку, и тут же увлекла его за собой.

Из глубины квартиры доносился приглушённый голос Мины – видимо, она говорила по телефону. Тон бабушки был непривычно резким, даже грубым. Рома не знал азербайджанского, на котором велся разговор, но, похоже, она на кого-то наезжала. В кармане пикнул телефон. Достав его, Рома глянул на экран и с раздражением стёр рекламную рассылку.

– С братом разговаривает. Материт его, – шепнула Елена, неодобрительно качнув головой. – Совсем довели женщину.

– Кто материт? – не понял Рома, отрываясь от телефона.

– Бабушка твоя. Кроет брата на чём свет стоит.

– Бабушка матерится? А она умеет? – у него удивлённо вытянулось лицо.

– Умеет. На трёх языках. Да так, что у портового биндюжника уши в трубочку сворачиваются.

– Да ладно! А третий какой, английский? – усмехнулся Рома.