Валерий Большаков – Смотрящие (страница 35)
— Пояс передних конечностей… — Алон увеличила изображение. — Не птичий. Ближе к тероподам. Лопатка удлинена. Плечевой сустав очень подвижен… Позвоночник — гибкий, хвост — длинный, стабилизирующий. Грудная клетка объёмная. Аэробная выносливость — высокая. Могут гнать добычу далеко и подолгу…
— Начинаю вскрытие, — решительно заявила Света. — Таля, скальпель! Та-ак… Кожа плотная, эластичная, вдоль позвоночника –мелкие кератиновые пластины. Под кожей — мощная мускулатура. Не звериная в привычном смысле. Более «экономичная». Волокна длинные, рассчитанные на рывок и лазание.
— Это не просто наземный хищник, — заметила Талия вполголоса. — Это древолаз.
— И собиратель, — кивнула Света. — Обрати внимание на кисти!
Кисти были явно хватательными. Четырем пальцам противостоял большой — пусть и не столь совершенный, как у человека, но тоже вполне функциональный. На кончиках — что-то среднее между когтем и ногтем.
— Они не только рвут, — уверенно сказала Юля. — Они могут аккуратно брать!
Пальцы самой Браиловой порхали по «виртуалке» планшета, набирая текст, а синие глаза блестели от возбуждения.
— Вскрытие грудной клетки, — деловито продолжала Сосницкая. — Сердце — крупное, четырёхкамерное. Два круга кровообращения, как у птиц и млекопитающих. Лёгкие объёмные, с развитой системой воздушных мешков — вероятно, отголосок манирапторного прошлого…
— Птицы, — пробормотала Браилова. — Почти птицы…
— Нет, Юлечка, — мягко поправила Света. — Ближе к предкам птиц. Теплокровные рептилии! Но с воздушной системой, изрядно повышающей обмен. Таля, дай пилу!
Когда Света аккуратно вскрыла черепную коробку, стало тихо по-настоящему.
— Вот это ничего себе… — Почтарь шагнул ближе.
Головной мозг бестии оказался неожиданно крупным, хоть и не по людским меркам.
— Масса больше, чем у макаки, — сказала Света, сверяясь с замерами. — И… почти на уровне шимпанзе.
— Не может быть… — выдавила Юля.
— Может, — спокойно парировала Света. — Посмотрите на гиперпаллиум! — Она аккуратно выделила структуры. — Это не неокортекс, как у нас. Это разросшийся гиперстриатум. Угу… Эндопаллиум… Производное базальных ядер…
— Птичий тип? — уточнила Алон.
— Да. Но гипертрофированный. Слои дифференцированы. Ассоциативные зоны развиты…
«Товарищ полковник» кашлянул.
— Вот умники собрались! Умницы, то есть. Я всего лишь военный лётчик, а не врач и даже не фельдшер. Свет, ты не умничай, а переведи на человеческий язык то, что ты сейчас сказала! А?
Света подняла глаза.
— Паш, вычислительная мощность их мозга выше, чем у наших орангутана или шимпанзе.
Тишина.
— Насколько? — вытолкнул Почтарь.
— На порядок сложнее, чем у калифорнийских воронов или, скажем, попугаев. И по плотности нейронных связей… — Сосницкая помолчала. — Они не просто умные. Они способны к коллективному планированию.
— Так они нас изучали? — спросила Юля негромко.
— Похоже на то, — серьезно кивнула Света. — И не пытались атаковать повторно, после того как поняли, что мы опасны!
— Но демонстрировали, что мы вторглись на их территорию, — внушительно добавила Талия. — Свист, гримасы, метание палок…
— И камней, — поддакнула Браилова.
— И камней, — согласилась Алон. — Они используют примитивные орудия.
Почтарь нахмурился.
— То есть, мы убили не просто зверя?
— Мы убили почти разумную социальную особь, носителя зачатков культуры… Зауропитека.
— Кого-кого? — удивлённо переспросил полковник, а вот Таля поняла сразу и кивнула.
— Зауропитека! — затараторила она. — Ну, как бы промежуточное звено между ящерообезьянами и рептилоидами!
Света прикрыла глаза на секунду.
— Хорошо еще, — пробормотала она, — что мы стали стрелять, только когда они напали…
— Ты жалеешь? — Таля удивлённо посмотрела на подругу.
— Нет! — мотнула головой Сосницкая. — Но представь, если бы пришельцы из космоса посетили Землю два миллиона лет назад — и встретили австралопитеков! И кем бы тогда инопланетяне сочли наших предков? Наверняка же агрессивной стаей!
Зависла пауза.
— А это что? — Юля наклонилась и показала на небольшие углубления по краям морды зауропитека.
— Инфракрасные рецепторы, — выдохнула Таля. — Как у ямкоголовых змей. Свет, ты глянь какая мощная иннервация… Прямая проекция в таламус — не иначе, как «второе зрение»!
— Они видят в тепловых лучах? — живо заинтересовался Почтарь. — Как в приборе ночного видения?
— О! Похоже, что они не просто распознают тепло, а именно видят его — объёмно. И в цвете!
— Это как? — удивился Павел. — Стоп… Тогда они должны различать не только интенсивность, но и длину волны!
— Именно! — с чувством сказала Талия. — Их ночное зрение не менее информативно, чем дневное.
— То есть, ночью мы для них как горящие факелы, — мрачно заметил Почтарь.
— Именно, — резюмировала Алон.
— Кроме того, — Светлана вскинула голову, глядя на Павла снизу вверх, — они чувствуют химические сигналы через орган Якобсона. Их обоняние куда более развитое, чем наше, и со сложной сетью нервных окончаний.
— Химическая коммуникация, — добавила Таля, шевеля пальцами. — Социальная.
— Типа, как у муравьев, — со знанием дела кивнул Павел.
— В общем и целом, — подвела черту Сосницкая и отложила инструменты, — явно не тупиковая ветвь. Это кандидат, товарищи.
— На что? — не уловил Почтарь.
— На разум!
Документ 10
АН СССР
Международный Институт Внеземных Культур
Директорат
М. Р. Ростиславскому
Дата: 11 мая 2021 года.
Автор: Талия Алон, доктор исторических наук, ксенолог 1-й и 2-й Межзвёздных экспедиций.
Уважаемый Максим Рудольфович!
Как вы и просили, я набросала достаточно общую, эскизную картину эволюции разумной расы на основе теплокровных рептилий.
Сразу же замечу, что процессы биогенеза и ноогенеза привели бы к формированию мозга с фундаментальными отличиями от человеческого, несмотря на потенциальное сходство в когнитивных способностях.
Ключевые аспекты того, как мог бы отличаться мозг рептилоидов от мозга