Valerie Sheldon – The Lost Soul (СИ) (страница 96)

— Эй, кыш, Бродяга! — Я попыталась его отпугнуть светом или газетами, но ворон лишь летал по комнате с места на место. Он уселся на мою кровать с левой стороны, помял своими острыми лапами чистую подушку и сразу заснул.

Хотите — верьте, хотите — нет, но птица странным образом буквально спала на моей подушке, подобно простому человеку. Я обреченно вздохнула, прошлепала на свою сторону кровати и разом уснула, только голова коснулась подушки. Ночной ветерок легко проходил в комнату, лаская нас спящих, и не заметно уходил, растворяясь в пространстве.

***

Утренние лучи проникают через плотный скотч, попадая на лицо, я морщусь, закрываясь рукой от света.

— Кар! — Мои глаза резко открываются, когда вижу перед собой уличную птицу. Черный ворон пугающе разглядывал меня своими черными маленькими бусинками, а длинный клюв лениво тыкал в мое плечо.

Ворон приближался ко мне, и я сразу насторожилась. Я отступала, пятясь назад, и в итоге упала спиной на ледяной пол.

— Ауч! — отозвалась я. Птица вприпрыжку дошла до края кровати. Она склонила свою мордашку в бок, и я была готова кричать, настолько мне было не по себе. Птица спрыгнула, подлетела к моей руке и стала принюхиваться. Я отпрянула от отвращения.

— Фу, не трогай меня! — Ворон вскинул голову. Его узкие глазенки перебежали к открытой настежь двери и снова на меня.

— Кар? — птица взметнулась в воздух, задевая крыльями мое плечо, и улетела

вниз. Я встала, пыхтя через силу.

— Что еще нужно этой бродячей птице? — кинула я в вечную пустоту.

Когда я коснулась ногой первой ступеньки, на первом этаже раздался звонок. Ворон сидел на перилах лестницы, удерживая свой никчемный вес на цепких тонких лапках, он встрепенулся, заметив меня замахал крыльями, чуть ли не прыгая на месте. Я приказала ему замолчать, прикасаясь пальцем к губам. Когда раздался звонок снова, я вздрогнула, явно не ожидав. Кто такой настойчивый в такое время?

Покосившись на темного ворона за своей спиной, я резко открыла дверь.

На пороге стояла Мегги и Дженни, на них были пуховики и высокие зимние сапоги, уже испачканные в грязи. От них разило прохладной свежестью и утренним морозом.

— Проснись и пой! — запела мелодично Мег, широко заходя в тепло. Вчерашней разбитой Мег будто и не было вовсе, в глазах прошла краснота, слезы удивительным образом высохли, и на смену горю появилась улыбка и легкий румянец. Дженни улыбнулась и обняла меня, пока Мег запирала входную дверь, перекрывая доступ морозу.

— Привет, Кер, — произнесла Дженни, чуть отстраняясь. Я нахмурилась, смахивая таявший снег с лица и голого тела.

— Привет, — проговорила я, мягко улыбаясь. Ворон, сидевший на перилах, подал голос со своего места, и Мегги заверещала, всплескивая руками. Дженни обернулась, медленно подходя к существу, которое широко махало пушистыми крыльями перед собой.

— Какая прелесть! Откуда он у тебя? — восторженно спросила Дженни, пока Мегги приходила в себя.

— Прелесть?! — фыркнула Мег в ужасе, закатывая глаза. — Скорее это — крылатый мусор, переносящий только одну заразу да венерические болезни!

Ворон оскалился, его перья встали дыбом, как после сушки фена.

— А по-моему, оно прекрасное существо, — Дженни погладила пернатого, и тот сразу рассыпался на мелкие кусочки.

— Откуда эта птица, Керри? — спросила Мегги все еще не в восторге от утреннего сюрприза. Я на минуту замялась, не зная, как объяснить столь неожиданную ситуацию. Я откашлялась, косясь на птицу.

— Он просто вчера неожиданно появился, а у меня не было сил его прогонять. Знайте, как молния среди ясного неба, также и Бродяга очутился у меня под окнами. — Уголки губ поползли вверх. Дженни рассмеялась.

— Бродяга? — Я кивнула, а Ворон быстро кивнул, как только смог, показывая свое одобрение.

— Ладно, — Мегги подошла ко мне ближе, кладя руку на плечо, — Это твоя жизнь, но сейчас нам нужно готовиться к празднику, — девушка отряхнула с себя пылинку и покосилась на птицу.

— И пока пусть Это, — она кивает на ворона, — будет держаться в стороне.

Ворон встрепенулся, видимо задетый, взлетел вверх и полетел на второй этаж. Я усмехнулась, скрывая нервозность и дрожь в голосе, устремившись на подругу.

— Кажется, он тебя понял. — Дженни хихикнула, прикрывая смех рукой, Мегги же сильно нахмурилась: она не любила, когда над ней смеялись.

После долгих и мучительных часов в злополучных руках Мег, произносящей целую тираду о том, что странно — ворон, живущий в доме, да притом и совсем уличный, она театрально взмахнула руками и прошла в небольшую гостиную.

— Керри, я просто за тебя волнуюсь, как ты этого не поймешь? — упрекает подруга, по щенячьи смотря на меня. Из груди выходит досадный смешок, я закатываю глаза.

— Ну, ты же мне не мать, — вырывается из моих уст. Я пялюсь на поражённую Мег. Слышу гогот Дженни сбоку от себя, но самой совсем не хочется улыбаться. Моя жизнь постепенно рассыпается на кусочки, я совсем одна, обитающая в непроницаемых стенах, будто в куполе.

"Такая же, как те души, закупоренные в своих клетках" — шепчет голос внутри. Я застываю на месте, прокручивая эту сумасшедшую мысль. На глазах застывает пелена слез, я шмыгаю и мотаю головой.

Нет, это не может быть правдой. Это обман твоего сознания!

Я должна сама справиться с этим. Не буду подвергать больше друзей опасности — они достойны спокойной, тихой и обычной жизни.

— Керри, если бы он тебя загрыз ночью? Как бы я это пережила? — Мег проходит маленькое расстояние между нами и кидается на шею.

— Я не переживу этого, слышишь? — она начинает всхлипывать и мое сердце сжимается. Я обвиваю ее талию и крепко сжимаю за плечи.

— Слышу, Мег, — лепечу тихо, — ты не потеряешь меня.

Сильный грохот, идущий сверху, заставил нас вздрогнуть, отходя друг от друга.

— Что это было? — гулко отзывается Дженни, делая шаг в сторону лестницы. Я останавливаю ее и прошу не ходить туда, прижимая палец к губам. Она пожимает плечами, но останавливается.

Я сжимаю кулаки и делаю первый шаг, останавливаясь на середине пути. Дверь моей комнаты дрожит на месте, качаясь в стороны. По коже проходит холодок, и я сглатываю. Через протяжную долю секунды из комнаты вылетает ворон, отряхиваясь на месте. Я облегченно выдыхаю, заставляя сердце не биться в сумасшедшем ритме. Дженни нервно смеется, а Мегги ругается всеми возможными словами, выпуская комок нервов, скопившийся за эти пугающие часы. Ворон бросает на меня озадаченный взгляд и подлетает ко мне ближе.

Всем своим телом я напрягаюсь, ожидая неизбежного. Я медленно, неуверенно киваю и испускаю вдох. Птица царапает пространство перед собой своими когтями, я закрываю глаза. Он аккуратно взмахивает крыльями, касаясь моей щеки, и я чувствую груз на своем плече. Я озираюсь по сторонам, открывая веки, но птицы не нахожу. Когда она подает молящий каркающий крик, я изгибаю бровь.

— Хочешь пойти с нами? — смешливо спрашиваю, даже и не надеясь на его понимание.

Что-то просилось спросить существо на моем плече об этом. Его яркие темные бусинки вспыхнули при свете лампы, и его пернатая головка качнулась в согласии.

Я нервно вздохнула и усмехнулась. Вернувшись с птицей к подругам, я улыбалась и указала на пернатого пальцем.

— Мы возьмем его с собой. — Я поглядела на Мег, но та лишь кинула презрительный взгляд в птицу и фыркнула. Джени провела пальцами по своим взлохмаченным и вьющимся, от природы, волосам, и улыбнулась.

— Я люблю птиц, а значит я всеми руками за! — радостно вскрикнула подруга. Она открыла дверь и отошла в сторону. Мегги пробежала мимо, направляясь к своей машине.

— Только без следов и сюрпризов от этого, — предупредила Мег, указывая на Бродягу.

— Кар! — отозвался он, махая одним крылом.

***

При входе в магазин, Ворона просили оставить, но птица так крепко вцепилась мне в плечо, что я была вынуждена остаться в грузовике дяди Джен, который он разрешил взять на время покупок. Они сказали, что возьмут для меня отложенное уже платье. Я кивнула и осталась ждать их в машине.

В салоне стоял тяжелый аромат свежих кисло-сладких лимонов, а на пассажирских сидениях, включая задние, гуляли запахи свежескошенной травы, переплетаясь с клубом перегара и крепких сигарет. Все это наводило на крепкую дрему, и мои веки постепенно тяжелели. Бродяга мирно сидел возле меня, на руле, ухватившись за кожаный ободок. Он смотрел на меня, пристально изучая. Мне стало не по себе, я поежилась.

— Что? Что ты смотришь? — брызнула я, не выдержав. Мое сердце билось в груди, подобно скачущему зайцу от хищника, но птица лишь как-то необычно развернула голову и встрепенула крыльями.

Я раздумывала о том, почему тогда сказала Дженни, что его имя Бродяга. Сама по себе птица, после нахождения со мной, очистилась, стала более возвышенной. Но её пернатые непослушные перья постоянно выпадали, когда она взлетала или просто чертила перед собой круги, указывая на свое собственное право на пространство, тем самым они опадали, теряясь где-то на земле. Клюв бродяги был длинным и острым, он был схож больше на сизового орла, чем на уличного вороненка, сбежавшего из своего гнездышка. Я потерла подбородок в задумчивости.

— Почему же Бродяга, м? — беседовала с пустотой, которая только и делала, что внимательно слушала меня.

Ворон потоптался на руле, а когда, видимо, услышал мой голос, встрепенулся и поднял головку. Уголки губ приподнялись.