Валентина Зайцева – СЕРДЦЕ ЗА СТЕНОЙ (страница 5)
Я беру со стола толстую стопку бумаг. Это важные документы, которые срочно нужно подписать сегодня. Все необходимые изменения в контракте уже отмечены цветными закладками для удобства.
Я машинально хватаю дорогую ручку, но в голове вдруг возникает яркий образ: я медленно провожу языком по изящному изгибу её тонкого носа. Неожиданно представляю её, распростёртую подо мной на широкой постели, с волосами цвета песчаника, красиво рассыпанными, словно золотистое сияние вокруг головы, полностью распущенную, тяжело задыхающуюся, совершенно обнажённую в моей собственной постели. Или обнажённую, но всё ещё с этим загадочным бантом-бабочкой на шее.
Я с трудом сглатываю, пытаясь унять неприятную сухость во рту.
В кабинет негромко заходит один из младших помощников.
– Ой, простите, Прохор Алексеевич, – виноватым голосом говорит он, заметив моё хмурое лицо.
Он пришёл именно за этим контрактом, который лежит передо мной.
– Нет, подожди минуту, – останавливаю я его.
Я быстро просматриваю все внесённые изменения в документе, ставлю размашистую подпись в нужных местах и молча передаю ему готовые бумаги.
– Скажи мне, в отделе кадров сегодня проводят какие-нибудь собеседования?
– Собеседования на какую конкретно должность? – уточняет он, немного растерянно.
– На работу, – отвечаю я коротко. – Просто узнай и доложи мне.
Он кивает и быстро выходит из кабинета, прижимая папку к груди.
Я откидываюсь в кресле и снова смотрю в огромное панорамное окно. Москва расстилается внизу, как на ладони – бесконечные ряды зданий, извилистые улицы, крошечные фигурки людей. Мой город. Моя территория. Моя шахматная доска.
Но почему-то мысли всё равно возвращаются к ней. К этой Лизе с нелепым бантом и бесстрашным взглядом.
Что она искала в моём здании? Зачем пришла без пропуска? И главное – почему совершенно не испугалась меня?
Я привык получать ответы на все свои вопросы. Быстро и точно. И этот случай не станет исключением.
Максим появляется в дверях через несколько минут.
– Просмотри все записи. Узнай, с кем эта Лиза встречалась, в какие кабинеты заходила, сколько времени там провела.
– Уже поставил задачу службе безопасности, – кивает Максим. – К вечеру будет полный отчёт на вашем столе.
– К обеду, – поправляю я жёстко. – Мне нужно знать всё уже к обеду, Максим.
– Понял, – он снова кивает и исчезает за дверью.
Лиля всё ещё сидит в кресле напротив, внимательно наблюдая за мной с плохо скрытым любопытством.
– Что? – раздражённо спрашиваю я, чувствуя её пристальный взгляд.
– Ничего особенного, – она медленно качает головой, но в уголках её губ играет едва заметная улыбка. – Просто я работаю с вами уже восемь лет, Прохор Алексеевич. И никогда, слышите, никогда ещё не видела, чтобы какая-то случайная девушка так сильно вас заинтересовала. Это… необычно.
– Меня интересует безопасность моей компании, – холодно отвечаю я. – Посторонний человек без пропуска проник в здание. Это нарушение протокола, которое требует расследования. Вот и всё.
– Конечно, конечно, – соглашается Лиля, но её глаза продолжают смеяться. – Только безопасность. Ничего личного.
Я не отвечаю, снова уткнувшись в экран ноутбука. Но буквы в отчётах расплываются перед глазами. Вместо цифр и графиков я вижу россыпь веснушек на бледном лице. Вместо финансовых показателей – чёрный бархатный бант у тонкой шеи.
Нет, милая Лиза. Я совсем не добрый. И очень скоро ты это поймёшь. Потому что я не из тех, кто просто отпускает загадки. Я их разгадываю. Всегда. До самого конца.
И ты, моя загадочная деревенская мышка с бесстрашными глазами, станешь моей следующей разгаданной тайной.
Хочешь ты того или нет.
Глава 3
Лиза
Лифт, в который мне разрешено войти, медленно поднимается только до второго этажа. Двери открываются с тихим шипением, и я шагаю к стойке ресепшен, стараясь выглядеть уверенно. Женщина за стойкой, прижимая телефон к уху, поднимает указательный палец, жестом прося меня немного подождать. Её светлые волосы туго закручены в высокий пучок на макушке, с тоненькой косичкой, искусно вплетённой в причёску, словно нитка жемчуга в дорогое ожерелье. На небольшой табличке перед ней выгравировано имя – Екатерина.
– Чем могу помочь? – спрашивает Екатерина, наконец оторвавшись от телефона и посмотрев на меня.
– Мне нужно встретиться с Прохором Алексеевичем, – говорю я, стараясь звучать максимально уверенно и твёрдо.
– У вас назначена встреча с ним? – её тон становится более официальным.
– У меня есть кое-что очень важное, что я должна ему показать, – отвечаю я, непроизвольно сжимая свою сумку покрепче. – Это касается недвижимости.
– Назначена ли у вас конкретная встреча? – повторяет она более настойчиво, прищурившись и оценивающе глядя на меня.
– Нет, к сожалению, – вынуждена признать я.
– Без предварительной записи вы не сможете его увидеть, – отрезает она. – Звоните по главному номеру компании и записывайтесь через секретаря.
Я ещё крепче прижимаю сумку к груди, чувствуя под пальцами твёрдый знакомый контур планшета, на котором уже давно загружено и готово к просмотру наше видео.
– Я уверена, что он захочет это увидеть, – настойчиво повторяю я, не отступая. – Это действительно важно.
– Вам нужно говорить с его помощниками, – Екатерина качает головой. – Контактный номер есть на официальном сайте компании.
– Но это срочно, – не сдаюсь я. – Речь идёт о здании на 2-й Строительной улице, которое он недавно приобрёл.
– В чём именно заключается срочность вашего вопроса? – Екатерина смотрит на меня теперь уже с нескрываемым лёгким раздражением.
Я делаю глубокий вдох, собираясь с мыслями.
– Это связано непосредственно с самим зданием, – осторожно начинаю я. – Ему действительно нужно это увидеть собственными глазами.
– Вам придётся объяснить гораздо подробнее, – холодно говорит она, демонстративно скрестив руки на груди.
– Эта информация только для его глаз, – максимально твёрдо заявляю я. – Это крайне важно и конфиденциально.
Екатерина оценивающе смотрит на меня долгим изучающим взглядом, словно пытается разгадать непростую загадку или определить, насколько я серьёзна. Наконец, она со вздохом берёт телефонную трубку.
– У меня тут одна женщина с какой-то информацией по поводу здания на 2-й Строительной, – говорит она в трубку, не сводя с меня внимательных глаз. – Не хочет конкретно говорить, что именно за информация. С её слов, всё это только для Прохора Алексеевича лично. Не знаю, насколько это серьёзно. Она утверждает, что это срочно, но категорически отказывается уточнять детали.
Она кладёт трубку на место.
– Идёмте за мной, – коротко командует она и решительно ведёт меня по длинному коридору мимо целого ряда одинаковых офисных кабинок. Мы проходим мимо ещё одного современного лифта, у которого тоже установлена чёрная сенсорная панель. Неужели все эти таинственные лифты с чёрными панелями ведут напрямую в роскошные кабинеты наверху, к самому руководству? Наконец, мы останавливаемся у двери с небольшой табличкой «Маркина Ольга Викторовна». Екатерина деловито стучит в дверь.
– Подождите минутку, – быстро вмешиваюсь я. – Мне нужен именно Прохор Алексеевич. Только он лично, никто другой.
Из-за двери сразу доносится уверенный женский голос:
– Да, входите.
Екатерина приглашающим жестом показывает мне войти.
Ольга Маркина – статная представительная женщина примерно лет сорока с изящной длинной шеей, ухоженными каштановыми волосами и ярко-алыми губами, которые кажутся будто нарисованными профессиональной кистью настоящего художника.
– Что именно вы хотите показать Прохору Алексеевичу? – спрашивает она официальным тоном, окидывая меня оценивающим холодным взглядом.
– Это исключительно для него, для его глаз, – упрямо повторяю я.
– У нас так не работают дела, – сухо отрезает Ольга. – Я сама посмотрю, что у вас там такого срочного и важного, и уже сама решу, стоит ли это вообще передавать наверх.
– Но это предназначено только для него…
– Мой ответ категорически отрицательный, – она нетерпеливо машет рукой, словно отгоняя назойливую надоедливую муху. – Можете идти, не тратьте моё время.
– Пойдёмте отсюда, – подхватывает стоящая рядом Екатерина.