Валентина Зайцева – Обитель Короля снов (страница 12)

Мы дошли до ручья, и он прислонился к стволу дерева. Я запомнила, где ворон сел на ветке над ним. Сделав, что нужно, и застегнув штаны, я опустила руки в ручей. Нащупав на дне подходящий камень, я собрала все силы, развернулась и прицелилась. Бросать в самого мерзавца было бессмысленно — он сильнее любого человека и частично защищен доспехами. Камень отскочил бы. Но ворон — маленькая цель, но уязвимая. Камень полетел, пронзая воздух под листвой. Ворон заметил опасность и начал взлетать, расправляя чёрные крылья. На миг я подумала, что промахнулась, но камень задел крыло, и птица, кувыркаясь, рухнула на землю рядом с хозяином. Желудок сжался — я никогда не вредила животным и ненавидела себя за это, но это был мой единственный шанс. Ужас охватил меня, когда я увидела холод в глазах мерзавца. Я не стала смотреть дальше. Перепрыгнув через ручей, я бросилась в лес.

Кусты хлестали по лицу, пока я мчалась сквозь тьму. Лишь тонкие лучи света, пробивавшиеся сквозь деревья, позволяли видеть путь. Как и в знакомой части леса, тьма была бесконечной. Темные деревья растворялись в черноте во всех направлениях. Словно я ехала в кромешной ночи, освещая путь лишь фарами, открывая мир по кусочкам.

Я петляла, избегая прямых линий. Чем дальше от мерзавца, тем лучше. Телефон в кармане был моим единственным утешением в этом жутком лесу. Ветки били по лицу, появляясь из ниоткуда, жалили и замедляли меня. Единственными звуками были моё рваное дыхание и хруст листьев под ногами. Мерзавец либо бегал тише, либо я его потеряла. Я остановилась, чтобы отдышаться и прислушаться. Полная тишина делала лес ещё более зловещим. Жизнь во Владимире приучила меня к постоянному шуму. Тишина в городе — редкость. Не такая, как здесь. Несмотря на деревья, тьма и беззвучие создавали ощущение, что я могу оторваться от земли и улететь в космос, не привязанная ни к чему.

Вытащив телефон, я включила его. Осталась одна полоска заряда.

Ничего. Нет сигнала, только свет от фото с Кириллом и мной. Я забыла сменить заставку.

— Чёрт! — прошипела я, поднимая телефон выше. Безрезультатно. Закрыв глаза, я прислонилась к стволу и посмотрела на фото. Счастливые времена. До Лизы. Чёрт, я бы позвонила даже Лизе, если бы это вытащило меня из этой дыры. Повернувшись к дереву, я схватила ветку и подтянулась, чтобы забраться выше и поймать сигнал. С каждой веткой безнадежность росла. Высоко в кронах я никогда не чувствовала себя такой одинокой. Сигнала не было, а заряд батареи таял, будто отражая моё настроение. В обычном лесу высота дала бы обзор, но в этой тьме я видела лишь деревья, ветки, чёрные листья, которые казались мёртвыми. Я потрясла телефон, применив старый трюк. Не помогло. Только раздался треск ветки подо мной. Я схватилась за ветку выше, но телефон выскользнул, рухнув с шести метров на землю, а я — следом.

Ветки, за которые я цеплялась, замедлили падение, но руки и ноги болели адски. Листья смягчили удар, выбив дыхание, но не лишив сознания. Я втянула воздух, боль пронзала тело. Казалось, я умудрилась удариться всем сразу.

— Ты в порядке? Я видела, как ты упала.

Я на миг забыла о боли, увидев странное существо передо мной. Она была не похожа ни на что, что я видела. Высокая, худая, с кожей немыслимого оттенка — будто чёрная доска, стертая мелом. Бледно-серая, матовая. Яркие фиолетовые глаза, длинные лиловые волосы, заплетенные в косу, из-под которой торчали острые уши. Она явно не была человеком, но я не чувствовала угрозы. В её завораживающих глазах была лишь тревога, и я поняла, что она не собирается меня есть или душить, как тот тип. Над её головой летал ворон, не похожий на птицу мерзавца. Его чёрные перья отливали зелёным и розовым.

— Кажется, да, — ответила я, когда мозг наконец заработал, и я поняла, что она задала вопрос. — Вроде ничего не сломано.

Она протянула тонкую руку. Она была тоньше человеческой, с длинными пальцами, заканчивавшимися чёрными ногтями.

— Тиана, а это Лираэль, или Лира, — она указала на птицу. — Моя спутница.

Я позволила ей помочь мне встать, и только тогда поняла, какая она высокая. Как и мерзавец, около метра девяносто. На ней было длинное тёмно-фиолетовое платье, подчеркивавшее цвет глаз — единственный яркий оттенок, кроме красной двери, что я видела здесь. Это было приятным разнообразием. Она была неоспоримо красивой. Странной, потусторонней, но потрясающей.

Рядом с ней я чувствовала себя мусоровозом. Она чуть отшатнулась, сморщив нос, когда я встала. Неудивительно, учитывая мой аромат — туалетная вода «помойка». Но тревога в её глазах только усилилась. Я была для неё вонючим щенком, выброшенным из машины.

— Я тебя не знаю, — сказала она. Её голос был почти так же прекрасен, как она. Мелодичный, легкий, но с силой. В нем была двойственность, будто говорила не только она.

— Я не местная, — ответила я, чувствуя себя глупо и грязно рядом с её совершенством. Это и так было очевидно. Я не была высокой серой красавицей, для начала.

Она рассмеялась.

— Вижу. Но… — она склонила голову. — Ты выглядишь странно.

Я подняла брови. Она — серая великанша с фиолетовыми глазами, а я странная?

— Я из мира… ну, знаешь… Земля. Россия. Э-э… — Я мямлила, ошеломленная ситуацией и восхищением. Надо было взять себя в руки.

На её лице осталось недоумение.

— Прости, я не знаю места под названием Земля Россия. Это часть Двора Снов или Двора Кошмаров? Я думала, знаю все места, но… — на её лице появился ужас. — Ты не из Двора Тьмы? Твои волосы…

Я покачала головой, гадая, не ударилась ли я сильнее, чем думала.

— Я из… человеческого двора.

Шок сменил ужас на её лице. Ворон на дереве заклекотал и встряхнул перья.

— Ты человек? — Её поведение мгновенно изменилось. Губы сжались, зрачки расширились. — Тебе нельзя здесь быть. Людям запрещено находится в Царстве Ночи. Как ты попала сюда?

Я открыла рот, чтобы рассказать всю историю, но меня осенило.

— Если ты никогда не встречала людей, почему говоришь по-русски? Удобно, не находишь?

Это был подвох. Должно быть. Мерзавец это устроил. Он видел людей в миллиардах снов, так что его русский язык не удивлял, но как кто-то, никогда не бывавший в человеческом мире, может говорить на моем языке?

— Я не говорю по-русски. Никогда не слышала этот диалект. Все в Царстве Ночи — полиглоты.

— Поли-кто?

Она посмотрела в сторону и приложила палец к губам.

— Многоязычные. Говорящие на многих языках.

— Ага. Но как ты можешь говорить на языке, который никогда не слышала и не учила?

Её лицо смягчилось.

— Мне не нужно учить язык. Я слышу твои слова, не понимаю их, но они превращаются в понятные в моем разуме. Когда я говорю, происходит то же, но наоборот. Полиглот — не точный перевод того, кто я, но я не знаю подходящего слова в твоем языке. Ты слышишь переведенные слова, так что тебе кажется, что я говорю по-русски. Если бы ты говорила на вороньем или эльфийском, ты бы слышала меня на них. Например, я могу говорить с Лирой и понимать её ответы.

Лира издала карканье. Оно не казалось осмысленным, но что я знала?

Это звучало правдоподобно. Или, по крайней мере, так же правдоподобно, как всё в этом безумном месте. Это объясняло двойственность её голоса — я слышала её настоящий голос с переводом поверх. По крайней мере, я не совсем сходила с ума.

— Думаю, разговоры о языках — не главное. Важно вернуть тебя домой. Это место не для людей. — Она метнула взгляд в сторону, будто моё присутствие могло навлечь на неё беду. Возможно, так и было. Мерзавец пытался убить меня раз пятнадцать за последние недели. Не думаю, что он поблагодарит эту женщину за помощь.

— Спасибо. Я потерялась, — выпалила я, благодарная за её доброту. Она была первым дружелюбным лицом с тех пор, как я попала в эту дыру.

— Ещё бы, — сказала она с ироничной улыбкой, и мы двинулись к красной двери. — Ты так и не рассказала, как здесь оказалась. Я не помогу, если не знаю, как ты вошла. Последний человек, которому это удалось, не… э-э…

— Выжил? — Я смутно помнила, как мерзавец упоминал, что убил кого-то.

— Да. Это место не для людей. Я бы не хотела, чтобы тебя съели.

— Съели? — Что ещё за новости? — Кто?

Она шагала через лес длинными шагами, я почти бежала, чтобы поспеть.

— В этом лесу бродит множество существ. Большинство убьют тебя, едва увидев. Ты хорошо держалась, особенно учитывая твой… прости… аромат.

Она, должно быть, заметила мой больной вид, потому что взяла меня за руку и продолжила:

— Не волнуйся. Со мной ты в безопасности, но скажи, куда мы идем? Я не смогу вернуть тебя в человеческий мир, если не знаю, где он.

— Через красную дверь. Кажется, туда.

Я продолжала идти, но она резко остановилась, удержав меня за руку.

— Красная дверь? Тебя привел Король?

Король?

— Нет. Какой-то псих с… короной.

Она посмотрела на меня с смесью веселья и тревоги.

— Это Король Снов, Грезар.

Грезар? Так его зовут? Мерзавец подходил ему лучше, но я не стала спорить.

— Он не совсем привел меня. Ну, может, и так. Первый раз я пошла за ним, а второй раз он втянул меня с собой.

Её рука взлетела к губам от удивления.

— Ох, боже. Почему он это сделал? Что ты натворила?

— Ничего, — пожала я плечами. — Разве что украла его птицу.

Её глаза расширились.

— Ты и правда влипла, девочка, да?