Валентина Зайцева – Обитель Короля снов (страница 10)

— Я голодна, — пробурчала я ворону, который меня проигнорировал. Похоже, он перенял это от своего начальника. Они идеально подходили друг другу.

Ворон заклекотал и взлетел. Через пару минут он вернулся и сбросил мне на колени двух червей.

Желудок сжался при виде толстых, извивающихся тварей.

— Убери их! — прошипела я, дергая ногами, чтобы скинуть их. Ворон подхватил обоих, запрокинул голову и проглотил целиком. Если бы в моем желудке что-то осталось, меня бы вывернуло.

— Спасибо, — промямлила я. По крайней мере, он пытался. Это больше, чем делал его начальник. Ворон встряхнул перья и улетел на свою любимую ветку, повернувшись ко мне спиной.

Двери сдвинулись, и я увидела, как мерзавец переходит из одной в другую.

— Я голодна! — крикнула я, забыв о своем решении никогда больше не говорить с этим типом.

Я думала, он снова меня проигнорирует, но он появился в просвете между дверями.

— Мне нужна еда, иначе я умру.

Он прищурился и нетерпеливо постучал ногой, явно раздраженный, что я его отвлекаю.

— И что с того? Умирай.

Он был хитрым подонком.

— Ты явно притащил меня сюда не просто так, — заметила я. — Первый раз я последовала за тобой, но второй раз ты сам меня втянул. Сомневаюсь, что ты хотел просто смотреть, как я умираю, привязанная к дереву, даже если ты и псих.

Он скривился, отвернулся и направился к красной двери. Одним движением он прошел через неё, хлопнув так, что рама задрожала, а звук разнесся по лесу.

Это был первый раз, когда я видела, как он использует эту дверь с тех пор, как он притащил меня сюда. Тогда она вела в мою спальню. Интересно, куда теперь? Ждать ответа пришлось недолго.

Дверь снова открылась. Мне показалось, что с другой стороны кто-то кричал, но затем она опять захлопнулась.

— Держи, — сказал он, бросив ко мне коробку из-под пиццы. Я сразу узнала бренд — местная сеть фастфуда. Запах чуть не вознес меня на небеса. Одна проблема — я не могла до неё дотянуться. Я вопросительно подняла брови.

Он фыркнул и взмахнул рукой. Пурпурные оковы, державшие меня, испарились. Я бросилась к коробке, распахнув её. В моем изголодавшемся сознании это был подвох, и коробка окажется пустой, но внутри была аппетитная пицца с колбасой. Я схватила кусок и засунула в рот, позволяя расплавленному сыру стекать по подбородку.

— Ммм, вкусно, — промычала я.

Мерзавец шагнул вперед и сел напротив, между нами — пепел вчерашнего костра.

— Я должен это понять?

Я дождалась, пока проглочу кусок, прежде чем ответить.

— Я сказала, это вкусно. Хочешь?

Он скривил губы, как я, наверное, сделала, когда ворон принес мне червей. Его потеря. Я взяла второй кусок и откусила.

Он смотрел, как я ем, с тем же любопытством, что проявил, когда я мочилась. Будто базовые человеческие потребности были для него странными и чуждыми. Может, так и было.

— Почему ты не ешь? — спросила я, жуя. — И не спишь, и не мочишься?

— То, что ты не видишь, как я это делаю, не значит, что я этого не делаю. Я просто не делюсь этим с тобой.

Надутый подонок.

— Значит, ты стесняешься? — Я знала, что играю с огнем, но не могла остановиться. Его высокомерие будило во мне дерзость.

— Почему ты пришла сюда?

Не тот ответ, которого я ждала. Это вообще не было ответом, но я решила подыграть, потому что это был наш первый разговор, и, чёрт возьми, мне было любопытно узнать больше об этом странном мире.

— Ты притащил меня сюда, — напомнила я во второй раз.

— Ты последовала за мной, а потом пыталась найти, когда я тебя вышвырнул. Почему?

Первый раз я пошла за ним не думая. Он был в моей комнате, и я погналась. Второй раз — из-за мамы. Но я не собиралась доставлять ему удовольствие, рассказывая об этом.

— Люблю путешествовать, — огрызнулась я.

Он оскалился и встал.

— Ты не та, кем я тебя считал. Ты — разочарование.

Ага, а я тебя обожаю, придурок.

Хорошо, что эту мысль я оставила при себе.

Одним движением он взмахнул рукой, и пурпурные верёвки снова привязали меня к дереву. На этот раз руки остались свободны. Он развернулся и вернулся к своей работе — вторжению в сны людей.

Я обдумывала его слова, доедая пиццу. Если я — разочарование, значит, он меня ждал. Но почему? Я даже не знала о его существовании, пока он не появился в клинике.

Еще одна загадка, над которой мне предстояло ломать голову.

Как, чёрт возьми, он меня знал, и что он ожидал, что делает меня таким разочарованием?

Чёрт его знает, но я собиралась выяснить.

Глава 9

Стало удручающе ясно, что пицца была разовым подарком. Надо было оставить хоть кусок. Чёрт, я и так знала, что голод для него не проблема, но я была так голодна, что желудок заглушил все разумные мысли.

Я уставилась на кучу листьев и ягод, которые он, очевидно, нарвал с ближайших кустов.

— Это нельзя есть.

— Ну и не ешь, — он пожал плечами и повернулся, чтобы уйти, как делал всегда.

Мерзавец! Он знал, что мне нужно есть. Он заставил меня ждать ещё день и ночь. И он знал, что должен быть рядом, когда я ем, потому что ни за что не развяжет меня, если не сможет следить.

— Ладно, — сдалась я. — Я съем.

Он раздраженно фыркнул.

— Определись уже. У меня нет времени возиться с твоими проблемами.

Он сел на свое обычное место, достал нож и начал строгать, магическим движением растворив мои оковы.

Я взяла лист и понюхала. Вряд ли он хотел меня отравить. Если бы хотел убить, я была легкой мишенью, но я вполне допускала, что он нарвал первые попавшиеся листья, не зная, ядовиты они или нет. Ему, похоже, было наплевать на моё благополучие.

— Они безопасны, — сказал он, не поднимая глаз, и вернулся к своему занятию.

Я жевала лист, наблюдая за ним. Это была не пицца, и лист застревал в горле, но лучше, чем ничего — мой единственный вариант на данный момент. Без огня я ясно видела, что он вырезает. Это была фигурка человека. Женщины. Я была слишком далеко, чтобы разглядеть черты, но она казалась красивой.

— Кто она? — спросила я, рискуя навлечь его гнев. Но он не разозлился.

— Не твое дело.

— Старая подружка?

— Не твое дело.

— Хорошая погода, правда? — попробовала я другой подход. Он был не лучшей компанией, но это лучше, чем говорить с вороном, который не отвечает.

Он оторвался от работы.

— Почему ты так много болтаешь? Твоя бесконечная трескотня вызывает у меня головную боль.

— А с кем мне ещё говорить? Мне скучно. Ты явно не хочешь, чтобы я была здесь, и раз не собираешься меня убивать, я могла бы вернуться домой.