Валентина Ткачук
Путь через тьму
«Путь через тьму. История одной жизни.»(Трилогия жизненного романа).
«Тьма — это не враг, а учитель. Она показывает, где искать свет, и учит нас видеть его даже в самых глубоких тенях».
«Книга 1»
Введение
Я решила написать жизненный роман -рассказать свою реальную историю. Сколько
раз я пыталась начать писать о своей жизни… И вот, в 31 год, наконец решилась.
Почему именно сейчас? Всё просто: я хочу, чтобы мою книгу прочитали те, кто утратил веру в свет, кто перестал верить в чудесную пусть
порой и тяжёлую жизнь. Я уверена: роман
найдёт своих читателей, и, возможно, он
подарит им вдохновение.
Почему трилогия? Потому что на моём пути
было множество испытаний — таких, с которыми сталкивается каждый.
В этих книгах я расскажу:
как проходила через трудности;
что помогало не сдаваться;
какие мысли и чувства сопровождали меня на каждом этапе;
зачем мне были даны эти испытания и что я из них вынесла.
Это будет честный рассказ — от сердца к сердцу. -Ну что ж, начнём. Вы не пожалеете.
Село Новоё.
Звёздное ночное небо, лёгкий ветерок и макушки деревьев. Слышится хруст снега, ощущается
холод зимнего воздуха. Мне около двух лет:
меня везут укутанной на санках. Это то, что я люблю, — для меня это ощущение сказки. С этого момента и начинается моя история…
Меня зовут Валя. «Красивое, милое солнышко», — так ласково называла меня мама.
Моя семья поначалу казалась обычной: папа — тракторист‑комбайнёр, мама — домохозяйка. Правда, папа часто выпивал, а мама — лишь по праздникам. У меня есть старший брат Витя (он на четыре года старше) и две
сестры‑близняшки Люба и Катя (они на пять лет старше меня).
Я хорошо помню, как мы были счастливы. А потом, словно в один момент, семья начала распадаться — я даже не заметила, как это произошло.
Единственное светлое воспоминание о папе — поездки через болото. Он сажал меня на переднюю раму велосипеда, и мы ехали… Странно, но это — мой единственный лучик света, связанный с ним.
Воспоминания -обрывки:
Помню, как вытащила из папиного пиджака купюру
и отправилась гулять. Тогда это казалось
приключением.
Я любила бродить по просторам села.
В один из таких дней я увидела девочку с чупа‑чупсом. Она посасывала его с таким аппетитом, что у меня сразу слюнки потекли! Не раздумывая, я предложила обмен: купюра — на половину чупа‑чупса. Сладкое манило сильнее
денег. Девочка согласилась, и я, торжествуя,
впилась зубами в липкую конфету. Потом, конечно, пришла расплата — в виде мук совести. «А правильно ли я сделала?» — думала я. Но купюра уже потрачена, чупа-чупс съеден, так что…
что сделано, то сделано!
А ещё был автобус. Старый, жёлтый, стоявший
возле нашего коттеджа. Он был пустой, а значит — мой! Я обожала лазить в нём, представляя себя водителем. И, конечно, магазин. Где‑то рядом
(точно не помню, сколько шагов — детская память штука ненадёжная). Именно там мы с сёстрами провернули «операцию
„Альпингольд“». Шоколадка -зелёная, с орешками — стала нашей целью. Сёстры взяли меня, потому
что только мои маленькие ручки могли пролезть
через стекло. И знаете что? Мне понравилось!
Не шоколадка даже, а сам процесс: тайная
операция, адреналин, чувство, что ты — часть чего‑то важного.
Это было в поле, где‑то рядом с тем местом, куда мы ходили за картошкой. Там, среди травы и
тишины, стояли два домика. Они напоминали
старые хранилища, забытые всеми. Между ними — толь, будто крыша, а на ней мать‑и‑мачеха, упрямо тянущаяся к свет. Я, любила это место. В моём воображении здесь
жила Баба‑яга, и я с упоением исследовала окрестности, представляя себя героиней сказки. Но в тот день всё изменилось.
Рядом стояла тележка от трактора вверх дном, словно вызов. И я подумала: «А что,
если я могу летать?
Как птица».
Я забралась наверх. На мгновение показалось, что сейчас взлечу… Но вместо полёта — падение.
Боли не было. Только холод в груди, когда я увидела кровь на лбу.
Я заплакала -и в этот момент впервые почувствовала: меня услышали.
Я была нужна.
Я любила лазить на большой свалке, там было много разных бутылочек из-под шампуня и других интересных вещей. Когда мама приводила нас в гости к какой-нибудь женщине, я любила исследовать шкафчики на кухне, не потому, что хотела что-то украсть, а потому, что мне
было любопытно всё новое и неизведанное
.
Мама рассказывала, как я с соседской девочкой купалась в луже, образовавшейся после дождя, но при этом аккуратно сняла и сложила вещи. Было смешно.
Я была счастлива, когда мы купались в пруду, где были пиявки, — это было здорово, что мы все четверо были вместе. Качели… Деревянные качели в комнате между дверями висели, и я любила на них кататься. Кстати, в три года я каталась на маленьких лыжах. Помню, как посторонний мужчина вытаскивал меня из-под порога, так как я не могла встать, и когда мои резиновые сапоги засосала лужа, тоже кому-то пришлось меня вытаскивать. Это были прекрасные моменты, но были и плохие…
Алкоголь стал главной разрушительной силой в жизни моих
родителей. Мама пила нечасто, но эпизоды всё же случались -чаще всего это были посиделки у соседей.
В памяти осталась одна и та же картина: стол у окна и мама, обходящая соседей в поисках еды. На
нашем столе в те дни была лишь соль, которую
