Валентина Панина – Искушение (страница 7)

Креолинов Вадим Алексеевич по кличке Креол старался быть всегда сдержанным и не решать вопросы сгоряча, но за внешним спокойствием и лоском угадывался жёсткий человек, если дело касалось бизнеса. Креол не любил выставлять свою состоятельность напоказ. Жил в новом доме в трёхкомнатной квартире, но чаще всего находился в кафе, где на втором этаже у него был кабинет и там же смежные комнаты были его вторым домом. Большинство воротил отечественного бизнеса начинали с небольшого стартового капитала, но чем больше был капитал, тем большим был успех в становлении бизнеса и в результате итоговый счет в банке. Когда накопив определённый капитал, Креол, занялся легальным бизнесом, то сколотил вокруг себя крепкую группу бойцов, телохранителей и помощников по бизнесу. Голова у Креола работала хорошо. Его привлекал импорт. Он занимался насыщением отечественного рынка импортным дефицитом. Это приносило ему огромные прибыли. Его торговая сеть раскинулась по всему городу. Финансовые потоки ручейками бежали на его счета. У него был офис в центре города, в котором работал штат его сотрудников, в торговых центрах и супермаркетах были управляющие, а к нему каждую неделю поступали отчёты. Если где-то возникали какие-то проблемы, он посылал своих бойцов разобраться. В чужой бизнес не лез, но, если он сам шёл в руки – не отказывался. Так по случаю к нему перешёл за небольшие деньги заводик по изготовлению тары.

В холле спорткомплекса дежурил телохранитель Бизона – Леший, бывший спортсмен, мастер спорта по плаванью на короткой воде, который после отсидки за то, что хотел одного придурка слегка притопить, а он взял и утоп совсем, попал на службу к Бизону. Леший стоял у окна спиной к холлу, когда услышал шаги, повернулся, в руках у него была бутылка кока-колы, он вопросительно посмотрел на Креола.

– Вызывай ментов, – сказал Креол, посмотрел на бутылку, хотел взять попить, но передумал, чтобы не оставлять отпечатков.

– Зачем?

– Твой шеф уже часа два как приказал долго жить. Как получилось, что ты пропустил убийцу к нему, где ты был? А, может, ты с убийцей в доле, а, Леший? Кто к нему сегодня приходил?

– Не знаю! Я никого не видел. Посторонних никого не было.

– Если ты кому скажешь, что меня видел здесь, пойдёшь следом за ним, потому что ваша братва сразу узнает, что ты не телохранитель, а сообщник, понял!

– Да я же только на минутку выскочил до киоска! Креол! А что говорить ментам?

– Так и скажи, выходил за кока-колой, никого не видел, – подсказал Креол.

У Креола мелькнула мысль, может не оставлять свидетеля, а кончить его, для собственного спокойствия. Рука потянулась к поясу джинсов, но увидев напряжённый застывший взгляд телохранителя, вытащил из кармана платок, вытер руку и подал Лешему. Он немного расслабился, схватил руку и крепко пожал. Креол, хлопнув его по плечу, пошёл из офиса.

Глава 5

На автостоянке недалеко от офиса в джипе сидели телохранители Креола, которых он не взял с собой, и ждали его. Водитель, он же телохранитель, по кличке Лазарь, был в наушниках и под музыку размахивал руками, изображая какой-то ему одному известный танец, а второй, по кличке Клим, мужчина лет двадцать восьми, на лице маска холодного равнодушия ко всему, рассеянно смотрел по сторонам. Они оба по молодости в своё время отбывали срок, Лазарь за грабёж, а Клим за превышение пределов самообороны отсидел два года. После освобождения оба попали к Креолу. Без его чуткого руководства они максимум через месяц снова оказались бы на нарах. Теперь работая на Креола, у них появилась возможность подольше погулять на воле. Клим, увидев Креола, вышел из машины и пошёл ему навстречу, зорко осматриваясь вокруг, встретил и пошёл впереди него к машине.

Увидев шефа, Лазарь выскочил из машины.

– Какие новости? – поинтересовался Креол, кивнув на приёмник, настроенный на милицейскую волну.

– Всё спокойно! – ответил Лазарь, – так, всякая ерунда.

– Едем в кафе, – коротко бросил Креол и пошёл к лексусу. Клим, обогнав шефа, открыл ему дверь, когда Креол устроился на заднем сиденье, сел за руль, завёл двигатель и вырулил со стоянки, Лазарь ехал следом за ними.

Пока ехали по пробкам, Креол сидел и думал о том, какая сейчас начнётся шумиха.

У бандитов к своим покойникам отношение особо уважительное. Его наряжают в костюм от кутюрье, золотую цепь на шею вешают самую массивную, гроб заказывают самый дорогой, из морга на кладбище несут на руках через весь город, перекрывая движение, идут громадной толпой, речи говорят над могилой до вечера. У них, как только своего грохнут ‒ так всеобщий глубочайший траур со слезами, будто по вождю мирового пролетариата. Им кажется, что таким образом показывают свою преданность усопшему братану, так нравится проявлять свою скорбь, что они готовы периодически убивать друг друга, чтобы с почётом хоронить. Бандиты и воры тоже своих возвеличивают, как могут. Чуть ли не бальзамируют на веки вечные, на память потомкам. Дай им волю ‒ Россия стала бы страной мавзолеев, они бы начали своих павших в бандитских разборках «вождей» бальзамировать. Маразм. Креол никогда не был в мавзолее и не собирался идти и любоваться на забальзамированного покойника, который в своё время писал: «Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас, а в речи на XI съезде РКП(б) он заявлял: «За публичное доказательство меньшевизма наши революционные суды должны расстреливать, а иначе это не наши суды». И чего все туда лезут? Говорят, что до Ленина забальзамировали какого-то бомжа с вокзала для эксперимента. Он до сих пор выглядит живее всех живых. Не повезло бедному мужику.

***

Вскоре машины тормозили у кафе "Отдых", где была резиденция Креола. Большой, но уютный зал с деревянными столиками накрытыми белыми скатертями, вокруг них мягкие стулья с прямыми спинками, на стенах картины нескольких неизвестных импрессионистов, купленных на распродаже, в потолке встроенные светильники, которые меняли свет с белого на розовый, потом на голубой или зелёный. Шторы белые, лёгкие, полупрозрачные. Всё было просто, без наворотов и со вкусом.

За стойкой бара стояла девушка лет двадцати двух с пышными формами. Черты лица у Леси нежные, невероятного василькового цвета глаза делали её настоящей красавицей. Светло-русые густые волосы падали на спину большой волной и были перехвачены в районе талии розовой резинкой. Короткая юбка, не успев начаться, быстро заканчивалась, открывая стройные длинные ноги девушки, что заставляло посетителей сильной половины человечества плотоядно рассматривать её и чаще подходить к бару за коктейлями и спиртным. Выручка превышала все самые смелые ожидания, и Креол за это ценил девушку. К ней был приставлен индивидуальный охранник, который и отвозил её домой после смены. Справа от бара была дверь, за которой находился небольшой коридор, там был кабинет управляющего. Им был Бодунов Глеб Матвеевич, по кличке Бодун, пожилой мужчина пригретый Креолом в связи с преклонным возрастом. После последней отсидки в не столь отдалённых местах, квартира его не сохранилась, близких родственников не было, а дальним он оказался не нужен. Два года он не мог устроиться на работу и уже почти скатился до бомжа, но встретил Креола, который его узнал и взял к себе на работу. Креол был уверен, что тот не будет вести двойной игры, да и зачем ему, годы за плечами немалые, пора и о душе подумать.

При появлении Креола Бодун схватил пульт и, нажав кнопку, выключил телевизор.

– Как дела, Матвеич?

– Всё тихо и спокойно, Вадим Алексеевич! – радостно осклабился Матвеич, сверкнув своими новенькими белыми зубными протезами.

Креол открыл холодильник, достал банку пива и устроился в кресле. Зашёл Лазарь с запотевшей банкой пива в одной руке и сигаретой в другой, сел на стул, стоящий рядом с креслом Креола. Отхлебнув холодного пива и пыхнув сигаретой, он блаженно закрыл глаза.

– Кайфуешь, Лазарь? Ты вообще-то на работе, не забыл? – поинтересовался Креол, глядя на своего водителя-телохранителя. Давно подсел на марихуану?

– Да она почти безвредная, так, слегка бодрит.

– А пиво? Тебе сейчас за руль, а ты сидишь, пиво цедишь! Ты ничего не перепутал, где находишься?

– Да я только два глотка сделал.

– Бросай пиво, встали и пошли! – Креол сжал жестяную банку из-под пива и выбросил её в мусорное ведро. Лазарь выбросил банку, не сминая, потому что она была практически полная.

По городу ехали не спеша, не нарушая правил. Креол сидел на заднем сиденье, смотрел в окно, но ничего не видел, мысленно он был в офисе Бизона. Там, наверное, полиция вовсю шерстит сотрудников. Он пожалел Лешего, но теперь решил, что зря: спокойствие дороже. Клим повернулся к Креолу.

– Шеф, куда едем?

– В «Золотые россыпи», пообедать надо!

– А почему вы у себя в кафе не обедаете?

– Сегодня будем обедать в ресторане. Хочу убедиться, как бизнес противника рушится.

– Вы, собираетесь, этот ресторан купить? – поинтересовался Лазарь.

– Пока не решил, присматриваюсь, жду, когда золотые россыпи превратятся в каменный отсев. Кстати! Запомните! К Бизону мы сегодня не ездили. Всё время были в кафе, а потом поехали в ресторан.