Валентина Панина – Искушение (страница 8)

– Как скажете, шеф

Вскоре подрулили к ресторану, Он находился в центре городка, в вечернее время над ним неоновая вывеска гласила: «Золотые россыпи». Лазарь выскочил и открыл шефу дверь. Креол вышел из машины и пошёл к ресторану. У входа стоял швейцар. Узнав Креола, он поклонился и открыл перед ним дверь, Креол опустил руку в карман, вынул ассигнацию и вложил в ладошку швейцару согнутую лодочкой, тот ещё раз подобострастно поклонился и с трепетом медленно закрыл за Креолом и его телохранителями дверь.

Они прошли через зал и сели за столик поближе к сцене. Тут же подскочил официант, принял заказ и быстро скрылся за дверями в недрах ресторана. Вскоре стол заполнили заказанные блюда, и Клим с Лазарем набросились на еду. Креол смотрел на них и удивлялся, сколько в них входит пищи и думал: «Неужели в их годы я тоже так много ел?». На сцене на шесте упражнялась, выгибаясь, девчонка в двух тоненьких верёвочках на теле. Похоже, она была новенькая, Креол её здесь ни разу не видел. Когда она закончила своё выступление, Креол кивнул Климу.

– Сходи, пригласи девочку к нам за стол, у тебя это хорошо получается. Лазарь, весёлый повеса, неисправимый ловелас, неистощимый балагур, услышав слова Креола, радостно хрюкнул, покосился на Клима и весело заржал.

– Выёживаешься, малахольный! Так иди, сам сходи за девчонкой!

– С чего бы вдруг? Шеф тебя послал…, ты и иди.

Креол много раз наблюдал, как у Клима легко получается знакомиться с девушками, похоже напрактиковался на проститутках, которых крышевал. Он был красавчиком, и девушки вешались на него гроздьями. Проститутки подсознательно чувствовали в нём защитника, не подозревая, что под этой личиной скрывается безжалостный киллер.

– Что ты ржешь, как жеребец? Потише нельзя? – сердито зашипел Клим. – Я разве виноват, что пользуюсь у женщин повышенным спросом? Их насильно никто никуда не тащит, сами на меня вешаются. А у меня характер чересчур мягкий, не могу отказать. «Снегопад, снегопад, если женщина просит…» – пропел он и подмигнул Лазарю. – Сам понимаешь, я же мужчина. У меня нормальные животные инстинкты срабатывают. Так сказать, природный зов плоти. Что в этом плохого? – он вскочил со стула и метнулся к девочке, пошептался две минуты, улыбнулся пару раз, поцеловал девушке ручку и повёл к столу. Она накинула на себя халатик, на ходу завязывая поясок. Улыбка у неё была приятная, зубы ровные и белые, тут уж ничего не скажешь. Глаза оказались большими, карими, ресницы длинные, брови тонкими дугами…, ну и фигурка конечно достойна зависти.

– Добрый день! Меня зовут Дана, – представилась девушка с улыбкой на полноватых губах.

– Посиди с нами, Дана. Что будешь пить? – расцвёл улыбкой Креол, а про себя подумал: «Ох уж мне эти очаровательные блудницы!»

– «Дом Периньон», если можно!

«Если эта Дана, здесь занимается консумацией, и раскрутит хотя бы парочку посетителей за вечер на «Мадам Клико» или «Дом Периньон», то владельцу можно только позавидовать, – подумал Креол, – а я не дождусь его разорения». Тут же у стола застыл официант, а через минуту на столе появилось ведёрко с французским шампанским во льду.

– А чем тебе нравится это шампанское, Дана?

– В его вкусе ощущаются нотки фруктов и горчинка миндаля. Но дело даже не в этом, а в том, как говорят: «Если любить, то королеву, если украсть, то миллион». Вот и я предпочитаю либо не пить вообще, либо пить дорогие приличные вина, а если мужчина несостоятельный и не может себе позволить угостить даму приличным шампанским, то не стоит и время на него тратить.

– Как вы оказались в этом захудалом ресторанчике? С вашими данными вы заслуживаете лучшего! Он же на грани разорения! – произнёс Клим со своей обезоруживающей улыбкой.

– Я не нуждаюсь в оценке моих внешних данных и моих поступков! – довольно резко ответила Дана.

– Клим! – улыбнулся Креол, – сам напросился. Не лезь к девушке в душу своими нечищеными ботинками.

Клим обиженно дёрнулся и посмотрел на свои туфли, чем вызвал радостный смех Лазаря. Он сделал обиженное лицо и отвернулся. Клим считал, что обувь – это лицо мужчины в первую очередь, а уж потом оценивается и всё остальное. Он всегда очень тщательно следил за своей внешностью и предпочитал лучше не побриться, чем выйти в нечищеной обуви. Он никогда не начал бы флиртовать с девушкой, у которой обгрызенные ногти или не промытые волосы. Он пользовался у женского пола бешеной популярностью, чем очень гордился. Клим старался взять от жизни всё, что она ему дарила, и ничуть не смущался оттого, что разбивал девичьи сердца одно за другим. Он жил не мечтами о будущем, а сегодняшним днём и пользовался любым моментом, приносящим пользу лично ему.

Креол тоже хохотнул. Бывают у его Клима срывы, работа у него нервная, он специалист по улаживанию конфликтов, а, если проще – профессиональный убийца. Правда, Бизона убрал Креол лично, не смог отказать себе в маленькой радости нафаршировать эту тушу свинцом.

Шампанское развязало Дане язык, и она поведала, что работала в ночном клубе и однажды отказалась выполнить требования какого-то жирного борова и её тут же выкинули с работы, а хозяин ресторана рискнул взять её к себе, потому что не входил в ассоциацию клубов, таким образом, Дана, оказалась здесь.

– Заработок, конечно, не тот, но жить можно. Надеюсь, когда-нибудь и на моей улице будет праздник, – закончила она свой рассказ.

– Я думаю, твой праздник уже близко, – съязвил Клим, наблюдая, как Креол небрежно бросил на стол несколько купюр пятитысячного достоинства.

Креол, бросив последнюю купюру, встал и посмотрел на Дану.

– Удачи и успехов тебе, Дана! Приятно было познакомиться! Увидимся!

Её многообещающая улыбка и вспыхнувшие искорки в глазах стояли перед глазами Креола до самой машины, припаркованной на автостоянке. Его недавнее знакомство с Алисой не позволяло ему надеяться на близкие отношения с ней, а поскольку он был мужчина в расцвете сил, улыбка на миллион долларов, белые крепкие зубы, прищур чёрных глаз с парочкой мелких морщинок в уголках. Брутальная щетина и лицо, с которым он мог бы запросто позировать для обложки мужского журнала, который имел бы огромный успех у женщин, ему необходима была женщина. Завести любовницу, которая смогла бы утолять его неотступную жажду близости, он не хотел. Креол привык к свободе, и ему не хотелось исполнять чьи-то капризы, а любовница требует внимания, хоть иногда её нужно выгуливать, дарить цветы или какие-нибудь, хоть и не безумно дорогие, подарки.

Креол по жизни был бабником и теперь его жопонька буквально почувствовала, что на этот раз он вляпался по самое «немогу» и пытается осознать глубину того места, куда угодил по собственной инициативе и как такое могло с ним случиться. Ему всегда казалось, что нет таких девочек, которые могли бы свести его с ума до такой степени, что он забудет обо всех своих партнёршах по любви, такого у него не было с того момента, как он познал радости плотской близости. «Если так пойдёт и дальше, то я скоро стану евнухом, потому что с тех пор, как увидел Алису, для меня другие женщины перестали существовать», – думал Креол, выходя из ресторана. И всё-таки думая об Алисе, он решил позвонить своей давней знакомой Лизавете, сейчас ему это было необходимо, накопилась усталость, и хотелось развеяться, а, может на некоторое время забыться.

Лиза, бывшая в недавнем прошлом проститутка, которую Клим, его телохранитель, однажды после плотного ужина с обильными возлияниями, предложил Креолу на «десерт», была высокой с зелёными глазами и оливковым нежным загаром, гибкая, как лоза, с рыжими длинными и шелковистыми волосами. Она была профессионалкой с весёлым нравом и очень озорная. Девушка Креолу понравилась, и он посоветовал Климу перевести её на работу со спецклиентами. Зарплата её резко повысилась, не считая щедрых подарков от благодарных клиентов. Но был у неё и один постоянный клиент, который пользовался услугами девушки бесплатно, это был участковый мент Шиманович Илья Ильич. Этот жмот захаживал к ней два раза в неделю, и требовал, чтобы его дни Лиза не занимала другими клиентами, зато к руководству кафе "Отдых" никогда не было никаких вопросов. Креол приказал Климу его не трогать, ему нужен был свой человек в ментовке, а Лизу попросил время от времени записывать на телефон его разговоры, чтобы иметь компромат и потом в нужный момент его воспроизвести и заставить работать на себя.

Креол вышел на крыльцо ресторана, осмотрелся и, опустив голову, задумался о том, что его пост слишком затянулся, голос плоти зазвучал во всю силу. Никогда, кажется, не хотел он так женщину, как сейчас Лизу и минуту спустя, отпустив самому себе грехи, махнув рукой, пошёл к машине. Лазарь обогнал Креола, сел в машину и завёл. Клим, как всегда, сел впереди, Креол устроился на заднем сиденье.

– Поехали, Лазарь, к Лизавете.

– Хорошо вам, шеф, у вас на все случаи жизни есть запасной аэродром.

– Лазарь! Ты знаешь о том, что чем меньше у человека зубов, тем он лучше фильтрует базар?

– Молчу! У вас как всегда сокрушительная сила убеждения.

Они подъехали к дому, где снимала квартиру Лиза. Лазарь остался в машине, надел наушники и включил музыку, а Клим пошёл следом за Креолом к подъезду, поднялся вместе с ним на второй этаж. Креол нажал на звонок, дверь тут же распахнулась, Креол вошёл в квартиру, а Клим повернулся и пошёл вниз по ступенькам.