Валентина Назарова – Когда тебя нет (страница 23)

— Но уж не в этом бизнесе. Я всегда думал, что в мире айти полное равноправие. Там, где работаю я, одни женщины, кроме айти-отдела, конечно.

— Именно так! В точку! Мир айти-технологий — это мир мужчин. Женщины в нем на девяносто девять процентов — обслуга. Девушек программистов — один процент от силы. И я даже представить себе не могу, со сколькими предубеждениями им приходится бороться каждый день. Бабы-дуры и все такое, понимаешь? Даже здесь, даже на этом мероприятии, женщины выполняют только одну роль.

— Какую?

— Приманка, — продолжает Карлос, работая локтями сквозь кишащее людьми фойе. — Этот бизнес принадлежит мальчикам, которых считали странными в школе. Знаешь, какие они сексисты? Ты удивишься! Айти-индустрия хуже, чем рок-музыка, там, по крайней мере, никто не лицемерит о месте женщин в пищевой цепочке.

— А все-таки, что здесь делают те девушки, феминиды? — спрашиваю я Карлоса у стойки регистрации.

— Бунтуют против «Лавера».

— А что в нем плохого?

— Ты хочешь знать, что я думаю про этот поганый сайт?

— Ха. Исчерпывающе.

— Как блогер, думаю, да, но они пропагандируют потребительское отношение к женщинам. Это классическая история — парни сделали такой сервис, которым хотели бы пользоваться сами. А именно — знакомиться с женщинами, без обязательств. Феминистки ненавидят основателя Майкла Вилина.

— А как не блогер?

— Не как блогер — как-нибудь потом, о’кей? — Карлос фыркает. — Но в качестве тизера скажу тебе, что я на личном опыте знаю, как устроено это мерзкое приложение.

Пару минут спустя я оплачиваю участие и получаю бейдж. Все происходит так быстро, что я даже не успеваю словить паническую атаку и прокрутить в голове десять тысяч сценариев того, что может пойти не так. Впрочем, я четко осознаю, что иду на огромный риск, поскольку понятия не имею о том, кто мой враг и на что он способен.

На этом месте мы с Карлосом прощаемся.

Пройдя внутрь и поднявшись по эскалатору, я оказываюсь на чем-то вроде широкого подвесного моста, который сплошным лучом проходит через все восемь павильонов выставки, каждый размером с футбольное поле. Внизу, подо мной, текут и переливаются один в другой человеческие потоки. С потолка свисают исполинские баннеры с иконическими логотипами — «Dell», «Samsung», «Huawei», «Sony», «Microsoft».

Я не знаю, куда идти и на что смотреть, мне хочется прикрыть глаза рукой и свернуть в любой из боковых ходов, только чтобы сбежать от толпы. Но я не могу позволить социофобии взять верх, только не сейчас. Поэтому, чтобы прийти в себя и привыкнуть к обстановке, я просто брожу из павильона в павильон, заглядывая на стенды, где девушки, как спортсменки, одетые в фирменные цвета своих команд, демонстрируют продукты и раздают ручки, футболки и веревочки для солнечных очков в обмен на визитки.

Кругом люди. Те самые люди, которые изменяли мир, пока я сидел в маленьком офисе за монитором и читал переписки Карины из отдела маркетинга, считая минуты до конца рабочего дня. Я думаю о том, в какой же момент упустил шанс быть одним из них.

Я на полпути к центральному коридору, иду, держа в руке телефон и сверяясь с картой, когда мой путь преграждает стайка девушек в одинаковых красных платьях. В руках у одной из них поднос с засахаренными вишнями. Я хочу было проскользнуть мимо, но одна из них, маленькая блондинка, ловит мой взгляд и приближается ко мне, пока две другие загораживают дорогу назад.

— Привет! — произносит она, зажав между зубами ярко-розовую вишенку. — Какие планы на вечер?

Дежавю.

— Дай мне свой телефон? — Она делает шаг на меня.

— Простите?

— Просто дай мне его. — Она протягивает мне навстречу раскрытую ладонь.

— Зачем?

— Я поставлю тебе приложение, «Лавер». Тут столько людей на конференции, почти двести тысяч. Все вдали от дома и хотят хорошо провести время. Многие из них не против завести новые знакомства. Нетворкинг, понимаешь?

Я хмурюсь. Она продолжает свой питч.

— Случайных встреч не бывает, ты же знаешь. Но иногда полезно немного подтасовать карты. Правда? — Она вынимает вишенку изо рта и протягивает мне, я вижу, как в его темной глубине мелькает ее розовый язык. — Я тоже там есть, в приложении.

Ее пальцы смыкаются вокруг моего телефона, я отдергиваю руку.

— Спасибо, я… нет. — Я почти отталкиваю ее.

— Эй, ты что! — вопит она, вмиг сменив томность на истерику.

Откуда ни возьмись, подлетает волонтер, и девица уже нашептывает ему что-то, пока я прячу в карман телефон и собираюсь уходить.

Они что-то говорят мне вслед, но я не слышу, я напрягаю виски и блокирую все, я иду прямиком на стенд, где работает Лиза. То и дело на пути мне попадаются новые и новые стайки девушек в розовом и развешанные вдоль стен плакаты со слоганом #случайныхвстречнебывает#.

Мне нужен номер G17. Пару раз пройдя мимо нужного места и чуть не столкнувшись с неожиданно низкорослым одетым с ног до головы во все черное Павлом Дуровым, я, наконец, замечаю нужный логотип. Стенд угловой и очень оживленный. Баристы в салатовых передниках варят посетителям кофе, свистит капучинизатор, кто-то смеется, у кого-то звонит телефон. Казалось, люди вокруг двигаются во всех направлениях одновременно и как-то умудряются стоять на месте. Я ловлю на себе взгляд парня в футболке с лого компании и тут же отвожу глаза, утыкаясь в свой мобильный телефон, боковым зрением ища ее глазами.

Она здесь. Стоит неподалеку, поглощенная разговором с каким-то пожилым мужчиной. Он объясняет что-то сложное, разрезая ладонью воздух перед собой на ровные отрезки, Лиза смотрит на него и кивает, немного склонив голову набок. Я решаю отойти и вернуться позже, через час, но она ловит мой взгляд и подмигивает.

Ее веки будто бы немного опухшие, впрочем, она выглядит хорошо, лучше, чем когда я видел ее вчера. Я стою поодаль, немного наискось от стенда, и до меня долетают обрывки их разговора: «Лиза, мы наняли тебя с определенной целью. Для того, чтобы улучшить продажи». — «Я понимаю». — «А мне вот кажется, что нет. Я не вижу цифры!» — «Я буду стараться». — «Уж постарайся. У тебя есть два таких весомых аргумента». Он подносит свои ладони к груди и складывает их горстями. «Ты уж не стесняйся их использовать, ты же понимаешь, о чем я».

Она кивает, закусив губу. Наконец, он отходит от нее, и она тут же подбегает ко мне и целует в обе щеки.

— Привет! Ну что, пойдем обедать? Умираю с голоду!

— Кто это был?

— Мой босс.

Я киваю и следую за ней.

Мы двигаемся через проход между стендами, лавируя среди потоков людей.

— Честное слово, в прошлом году я поклялась себе, что ни за что не приеду сюда снова, — скривив рот, произносит Лиза, проталкиваясь через толпу бизнесменов в одинаковых серых костюмах. — Поганое это место, как и вся эта индустрия.

— Поганая? Отчего же? Здесь столько интересных идей и продуктов. Тут видно, как технологии изменяют мир к лучшему.

Лиза закатывает глаза и прыскает от смеха.

— Серж, ты говоришь так, будто в первый раз здесь, честное слово. Да посмотри вокруг, это же сборище торгашей и продажных задниц. Никто здесь не думает о том, чтобы изменить мир, разве что в худшую сторону. — Я бросаю на нее полный недоверия взгляд. — Здесь все на продажу, Серж. Здесь у всех есть корыстные цели и тайные помыслы. Деньги, тусовка, секс — вот приоритеты этих людей.

Я сдвигаю брови, подумав, что она в чем-то права, ведь я тоже солгал ей и приехал сюда не просто так.

— Ты мне не веришь? — Лиза резко тормозит посреди прохода, напротив большого золотисто-желтого стенда, где будто в ожидании чего-то толпится народ. — Давай я расскажу тебе про всех в павильоне мобильных приложений, я знаю их всех как облупленных.

Она берет меня под руку и подводит ближе к толпе.

— Вот эти ребята, смотри, какие они милые, правда? Такие улыбчивые, раздают блокнотики и леденцы. А через пару часов они тебя еще и пивом угостят! Знаешь, чем они занимаются? Как и я, они продают рекламу в Интернете. А знаешь, какую рекламу? — Она цокает языком. — Ты, конечно, продвинутый парень и с тобой такого не случается, но есть люди, которые при виде всплывающего окна с надписью: «Обновите немедленно ваше программное обеспечение» или «Ускорьте работу вашего устройства» сразу, как послушные зайчики, кликают на кнопку «Обновить». И знаешь, что происходит? Они устанавливают себе на комп кучу всякого дерьма, которое следит за ними, собирает их личные данные.

— Я знаю, как это работает. Только что в этом такого? Это часть сделки — в Интернете нет ничего бесплатного. Просто зачастую ты расплачиваешься за слежку за соцсетями бывшей не деньгами, а своими персональными данными.

— Серж, они же продают и покупают людей. Умещают все, что ты любишь, во что веришь, чем живешь, в информацию, в категории и ярлыки. Они еще называют это так цинично «трафик», прямо как работорговцы. Мы все товар, Серж! И сейчас мы на рынке, где нас же и продают!

— Это работает, потому что большинство людей еще не осознали, что весь Интернет — это просто огромный супермаркет.

— Пойдем поедим, пока я не убила тебя от голода.

— Кофе или чай? — спрашиваю я, когда подходит наша очередь.

— Чай! — произносит она так, будто я только что задал ей совершенно тупой вопрос. — Ненавижу кофе!

Мы садимся за маленький круглый столик посреди небольшого стеклянного куба под открытым небом, я озираюсь по сторонам. Интересно, почему из всех людей на этом конгрессе она спит именно с парнем, которого корпорации нанимали для того, чтобы он взламывал их за деньги? Парня, по коду которого учатся другие?