Валентина Мельникова – Рассвет утраченной мечты (страница 78)

Я не смог удержаться от смеха.

— Отлично. Честно говоря, последнее время только и думаю, что о музыке и о еде.

Мы оба рассмеялись и распрощались, чтобы через несколько часов встретиться снова. За это время я успел подготовиться к выступлению, немного отдохнуть в гримерке и пообщаться с Энн, а потом, собственно, выступить и пообщаться с фанатами. Они задарили меня подарками и спрашивали, почему я не спел «ту песню, которую исполнял в Лонг Бич». Я лишь пожал плечами и пообещал непременно сделать это в следующий раз. Но одним обещанием не отделался. Они уговорили меня сделать это прямо сейчас под гитару, и Алисия присоединилась к ним.

Сначала я был смущен. Мне давно не доводилось выступать перед такой маленькой аудиторией, так близко обступившей меня и внимавшей каждому звуку, без камер и микрофонов. Зато их аплодисменты звучали убедительно громко, и я в очередной раз убедился, что кое-в-чем музыкальный вкус Энн лучше моего собственного.

Когда последняя поклонница вышла за дверь, не переставая при этом оглядываться, я выдохнул, чувствуя неимоверную усталость, и перехватил точно такой же изможденный после трудного дня взгляд Алисии. Мы оба отдаемся любимому делу без остатка — вот что нас объединяет.

Она вымученно провела ладонью по лбу и перехватила мой взгляд. По ее лицу тут же пробежала улыбка.

— Даже не думай, я помню, что обещала сводить тебя в крутой ресторан.

— Откуда ты знаешь этот город?

Она пожала плечами и ответила:

— У меня много друзей. Один из них работает в этом месте и обещал устроить мне персональный ужин с любым количеством блюд из самых немыслимых ингредиентов. Заманчивое предложение, не правда ли?

Мы опять засмеялись, и усталость стала куда-то испаряться.

Мы договорились встретиться через час в холле отеля, где остановились на ночь. Я успел принять душ, переодеться в свежую рубашку с короткими рукавами — в общем, привести себя в более-менее подобающий подобному выходу вид.

Алисия уже ждала меня внизу, прислонившись спиной к одной из колон у входа и уткнувшись в свой телефон. Прежде, чем я успел достаточно приблизиться, чтобы сказать ей что-нибудь вроде: «Привет», она повернула голову и заметила меня. Ее губы снова расплылись в улыбке.

— Прости, что заставил тебя ждать.

— Ты вовремя. Пошли.

Она без церемоний взяла меня за руку и повела к выходу. Мы могли бы доехать на машине, но Алисия уверила, что это совсем недалеко, и мы брели вдоль засаженной высокими пальмами и подсвеченной желто-оранжевыми огоньками пешеходной улице, болтая обо всем на свете.

В этот вечер я узнал об этой девушке очень много.

О том, что она родилась на Кубе, в Гаване, и в совершенстве знает испанский язык. Когда ей было восемь лет, родители переехали в США, поселившись у друга отца в Майами. Ее отец подрабатывал на автомойке, но со временем сумел открыть свой собственный бизнес, и теперь их дела идут куда лучше. Мама всю жизнь работала учителем испанского языка и сейчас неплохо зарабатывает на частных уроках.

Сама Алисия в детстве совершенно не знала английский, из-за чего первое время у нее были большие сложности и даже срывы, но различные телевизионные шоу, мультфильмы и общение с девчонками в международном клубе в Майами помогли ей освоиться и стать увереннее в себе.

В пятнадцать лет она пробовала пройти кастинг в «Х-фактор», но безуспешно. Ее срезали на первом же туре.

Вторая попытка была предпринята через два года, но результат был тот же.

— Если бы не мои родители и подруги, которые твердили, что у меня отличный голос и однажды я смогу поразить им весь мир, я бы точно сдалась. Я поступила в университет на совершенно далекую от творчества профессию банковского аудитора, но о своей мечте не забыла. Вечерами подрабатывала в клубах, часто ходила в караоке — надеялась, кто-нибудь меня заметит. А если не было такой возможности, просто пела на улице. Мы с друзьями сколотили неплохой музыкальный ансамбль и облюбовали местечко в зоне, где много кафе. И, знаешь, в такие вечера мы порой зарабатывали больше, чем за неделю официальной работы в клубе. А в феврале этого года в Майами отдыхал Мэтт. И остановился послушать наше выступление. Он стоял песню, две, три, и не уходил, как другие прохожие. Я даже испугалась немного. Указала на него глазами своему бывшему теперь уже парню Джастину. Он всегда меня провожал, хотя потом целый час вынужден был брести домой пешком. Такое случалось: нетрезвые парни или мужчины в довольно зрелом уже возрасте жаждали «персональных концертов», и нам приходилось спасаться. Пару раз — бегством. Один раз дело закончилось дракой. В общем, ужас что было. Но Мэтт, заметив, что мы собираемся, подобрался поближе, представился и предложил мне пройти прослушивание. Джастин, который стал свидетелем нашего разговора, сразу заявил, что это «развод», и схватил меня за руку, требуя идти с ним домой. Но я почему-то ему поверила. Мы поругались с Джастином, но обменялись координатами с Мэттом. Через неделю я, убедив родителей просто поверить мне, не говоря ни слова о том, зачем лечу в Лос-Анджелес, отправилась в студию. И когда оказалась в этом волшебном мире… В общем, я просто потеряла голову. И, кажется, не могу прийти в себя до сих пор, — засмеялась она.

Мой телефон напомнил о себе требовательной трелью и я, выудив его из кармана брюк, заметил на экране фото своей девушки. Секунду поколебавшись, убрал звук и снова убрал мобильник. Перезвоню позже. Невежливо по отношению к Алисии болтать сейчас по телефону.

Она ни о чем не спросила, и мы продолжили идти, не замолкая ни на секунду, пока наконец через пару минут не оказались в небольшом, но потрясающем ресторанчике, совершенно нетипичном для этих мест.

Алисия сказала, что он напоминает ей родину. И владел им ее друг детства Александро, с которым они — на минутку! — не виделись тринадцать лет!

Невысокие деревянные столики, разнообразие блюд и негромкая спокойная латинская музыка.

— Вау, — только и мог протянуть я.

Алисия и ее друг разулыбались, довольные моей реакцией.

Через двадцать минут мы пробовали блюда, заботливо приготовленные Александро, а Алисия рассказывала, что звучащий прямо сейчас трек исполняет ее любимая певица — Carla Visi — бразильская певица, актриса и телеведущая.

Мы немного пообщались о музыке, и я вскользь упомянул о том, что в последнее время слушаю много русской музыки, и что-то из этого мне очень нравится.

— М-м-м, — удивилась Алисия и, прожевав кусочек манапуа — гавайской булочки из рисовой муки с начинкой из сладкого картофеля, спросила: — Почему именно эта музыка?

Пришлось признаться:

— Моя девушка — русская.

Ее брови поползли вверх.

— У тебя есть девушка? Видишь, как мало я о тебе знаю.

— Ну, это вообще мало кто знает, — улыбнулся я, снова принимаясь за еду. — Мы не афишируем наших чувств. Теперь.

— Теперь? Значит, вы давно уже вместе?

— Да, больше трех лет.

— Солидный срок, — заметила она. — Расскажешь что-нибудь еще о себе и о ней? Или только о себе? То, что я могу знать.

С ней было легко, и именно поэтому, наверное, я так ценил это общение.

После плотного ужина мы откинулись на спинки стула, не в силах сдвинуться с места и поглаживая плотно набитые животы. Но едва зазвучала зажигательная мелодия, Алисия подскочила с громким:

— Это же моя любимая песня! Пошли танцевать!

Я, честно, пытался сопротивляться, но это было попросту невозможно.

Алисия отлично двигалась в такт мелодии, и ее почти профессиональные движения выдавали в ней не только хорошую танцовщицу, но и родственную душу всех этих латинских мотивов.

— Значит, вот откуда этот легкий нрав, — перекрикивая музыку, заметил я, склонившись к ее уху. — Секрет в том, что ты из Кубы.

— Да, а там все любят танцевать и веселиться, несмотря на то, что у нас совсем не богатая страна. И, кстати, смуглая кожа тоже оттуда.

Она протянула руку, то ли демонстрируя ее загорелый цвет, то ли призывая подходить ближе и не стесняться раскрыться в танце. Нужно заметить, что вокруг танцевали буквально все. И улыбались при этом так, будто это вечеринка в честь дня рождения, и все знают друг друга не один десяток лет. Сложно было оставаться в стороне от этого праздника.

В отель мы вернулись далеко за полночь, опьяненные от веселья, и я сразу же упал лицом в подушку, чтобы через пару часов донести свое бренное тело до автобуса и снова отправиться в путь.

Только через несколько часов, разместившись на новом месте, я набрал номер Энн и после десятка гудков наконец услышал ее голос. Он звучал сухо и вовсе не так, как обычно.

— Что-то случилось? — обеспокоился я, но мыслями уже был на саундчеке и выстраивал цепочку действий, которые мне нужно было непременно сделать.

— Случилось? Я думала, это у тебя что-то случилось. Ты не отвечал вчера, и не позвонил после концерта, хотя мы договорились, что будем разговаривать перед сном каждый раз.

— Прости, просто не было сил.

Я соврал? Да нет, так и было. Когда я вернулся из ресторана, у меня уже не было сил ей звонить.

— Прости, — тут же изменила она свой тон, и стыдно почему-то от этого стало мне. — Это я не подумала. Ты ведь выкладываешься каждый день, переезжаешь из города в город…

— Завтра выходной, — заметил я.

— Чем планируешь заниматься? — тут же поинтересовалась она, хватаясь за эту соломинку.