Валентина Мельникова – Рассвет утраченной мечты (страница 39)
— Вот и я говорю. Но Пол уперся.
— Может, ему просто Энн не нравится?
— С чего вдруг? Он ведь сам привез ее в Лондон.
— А теперь вдруг она ему стала мешать. Пол не из тех, кто любит, когда приходится менять планы не по собственному желанию. Он привык рулить процессом, и твоя романтика туда никак не вписывалась.
Мы помолчали.
— И что будешь делать? — поинтересовался Найл, подпирая щеку рукой.
— Я не собираюсь ему потакать. Мне хорошо с ней, и я не вижу смысла рвать отношения.
— Ты ее любишь?
Люблю ли я Энн?
Я признавался девушке в чувствах только однажды, еще в школе. Той самой, что отвергла меня. И то я сказал ей не напрямую, а послал записку. Поймал возле ее дома подружку, попросил передать и ждал, как идиот, на мосту. В записке была просьба спуститься. Но она так и не пришла. А я стоял под внезапно начавшимся дождем и всё ещё верил, что она выйдет.
То ли этот случай подействовал как-то неправильно, и мне расхотелось признаваться кому-то в своей любви — в своей слабости, то ли просто стал больше ценить это чувство и не расценивать каждую симпатию как любовь всей своей жизни. А может, просто не знал на самом деле, что она из себя представляет.
Люблю ли я Энн?
— Слишком сложный вопрос? — приподнял бровь Найл.
— Я не знаю. Мне хорошо с ней. Нам легко вместе, у нас много общих тем, она меня понимает, мне нравится ее целовать, я скучаю по ней. Но любовь ли это? Не знаю.
— Ты говорил с ней об этом?
— О чем?
— О предложении Пола.
— Какой в этом смысл?
— Вы должны решить это вместе.
— Я только обижу ее. И она будет считать себя лишней, помехой. Зачем это нужно?
Я помотал головой. Это плохой вариант.
— И что думаешь делать?
— Да ничего. Работать. Общаться с Энн. Как они могут это ограничить?
— А если пропишут в контракте?
— Я читал, там этого нет.
— Могут внести изменения.
— С моего согласия. Это тоже прописано.
— Ну тогда ты вправе делать всё так, как считаешь нужным. Тем более если это не будет мешать твоей карьере, думаю, Пол успокоится.
Я кивнул.
Я тоже так думаю.
Мы поболтали еще немного об общих знакомых, футболе, о жизни Найла.
Я потягивал вино и постепенно расслаблялся. Отдых пошел мне на пользу, я перестал чувствовать себя как натянутая струна, вечно находящаяся в напряжении: что я сейчас должен сделать, куда поехать, что предпринять.
На экране запустили футбольную трансляцию, и мы стали смотреть в тишине, расслабившись и чувствуя себя людьми, которые могут провести обычный день в полупустом зале паба под шум телевизора. Для кого-то это — обыденность. Для меня это было роскошью.
Матч был не слишком увлекательным: мало острых моментов, слабые команды. Я параллельно зашел в свой Инстаграм, пролистал ленту, почистил спам в комментариях (делаю это редко, но сегодня было такое желание), прошелся по хэштегам со своим именем, читая отзывы о концерте в Лондоне, потом проверил личные сообщения. Благодарности, признания в любви, много спама, несколько просьб о помощи приюту животным, с просьбой сделать репост, дать свой номер телефона.
Пользователь Мэй Кольменарес. Кто это?
Глава 22
С вероятностью в девяносто восемь процентов это была какая-то шутка. Но сердце почему-то тревожно забилось. Я весь напрягся, судорожно вглядываясь в экран телефона, как будто на нем могло появиться что-то еще.
Сообщение пришло двадцать минут назад.
Сейчас три часа. То есть осталось чуть больше часа. Сложно успеть.
Бред! С чего вдруг я должен лететь куда-то. Я вчера был у Энн, и она никуда не собиралась.
Или просто не говорила? Но ее тон был подозрительным, и все эти фразы про «нас разлучат». Она догадалась? Или Пол успел поговорить с ней прежде, чем вызвал меня?
Я открыл страницу этой девушки, пролистал подписчиков. Энн была на нее подписана.
Это не шутка.
Я тут же поднялся на ноги.
Найл шокировано взглянул на меня снизу вверх.
— Что случилось?
— Энн улетает. Самолет через час.
— Ты не успеешь, — покачал головой он.
— Посмотрим.
— Ты же не собираешься садиться за руль? — крикнул он вслед.
А какие еще у меня были варианты? Я мог рассчитывать только на то, что по дороге меня не поймают. Меня не пугал ни штраф, ни лишение прав, только то, что это затянется, и я не успею.
Я постарался сконцентрировать всё внимание, параллельно поставив телефон на громкую связь и названивая Энн каждые пять минут. Безрезультатно. Трубку она не брала.
Почему я поверил? Я не знал эту девушку. Это мог быть дурацкий розыгрыш. Но сердце откликнулось.
Наверное, чувствовал, что Энн на такое способна.
Я старался не гнать. Пробок в городе не было, и при хорошем раскладе добраться до аэропорта можно было за двадцать минут. Но как быстро я сумею ее найти?
Я снова взглянул на часы. И снова набрал ее номер. Безрезультатно.
Всё внутри меня нервно сотрясалось. Я не люблю это чувство. Не люблю беспокойство.
Ведь она не могла поступить так?! Уйти, и ничего не сказать. Решить всё за нас двоих.
До здания аэропорта добрался без происшествий, и, благодаря Бога и снова умоляя помочь мне найти ее здесь, если она и правда решилась на это, размашистым шагом отправился к табло вылетов. Время отлета действительно было тем, что и в сообщении. Но где искать Энн? Я кинулся в зал ожидания, опустив глаза, чтобы нечаянно не встретиться с кем-то глазами и не быть узнанным.
Словно желая досадить мне еще больше, приятный женский голос объявил о том, к какому выходу необходимо проследовать пассажирам на рейс «Лондон-Москва».
Блин!
Может, сразу рвануть туда и попытаться перехватить ее?
Но я уже почти добрался до зала ожидания, поэтому решил сперва посмотреть, нет ли ее там.
Сколько секунд мне потребовалось на это? Две? Три?