Валентина Мельникова – Под одним небом (страница 34)
– Судьба нам благоволит.
– Это точно, – подтвердил Ларри с улыбкой, вновь поднимая бокал. И я повторила его движение.
Постепенно начинало смеркаться, а мы танцевали, смеялись, целовались и обсуждали грядущую свадьбу.
Мне досталась роль паникёра:
– Ты представляешь, сколько документов нам нужно будет собрать!
– Соберём.
– Твои фанаты меня растерзают.
– Хочешь, наймём охрану.
– Нет уж, спасибо. У меня уже был этот опыт.
Ларри хотел свадьбу в Лондоне, но по двум веским причинам мы отказались от этой идеи.
Во-первых, в его родном городе сложно скрыть этот факт. Журналисты быстро докопаются до истины и устроят из нашего праздника всеобщее представление. Ни мне, ни Ларри этого не хотелось.
Во-вторых, привезти моих родственников будет сложно, хотя мне достаточно было бы мамы с папой и Люды с Костей – иных близких друзей в России у меня не было.
Я видела, как колебался Ларри. Ему хотелось устроить всё так, как мечталось, но девушка-иностранка и бешеная популярность создавали некоторые проблемы для этого. В итоге решили поступить так: сыграть свадьбу в Бирмингеме (прости, мама, но вам с папой всё же придётся лететь самолётом) – довольно большом городе в ста шестидесяти километрах от Лондона, где жила бабушка Ларри. Там у нас будет возможность скрыться от папарацци и постараться провернуть «операцию» тайно. И в этот же день после банкета мы отправимся вдвоём куда-нибудь на остров.
– Стоп, подожди! А как я оставлю родителей? Они же по-английски не понимают.
Подумали и решили: родители приедут раньше – помогут мне с подготовкой к свадьбе, я проведу им экскурсию, а в день свадьбы, перед тем, как сесть самим в самолёт, отправлю их тоже – в Россию.
– Ужасно звучит, – покачала головой я, понимая, что лучшего варианта у нас просто нет.
На свадьбе в России я не настаивала. В Великобритании нам могут помочь друзья Ларри – и с документами, и с попыткой сохранить тайну. А здесь я к кому обращусь?
Не откладывая в долгий ящик, сразу же решила позвонить маме с папой. Ларри фотографировал на телефон виды Москвы с высоты птичьего полёта, а заодно и меня с телефоном – хоть я и портила кадры, морщась и корча рожи.
Я сообщила родителям, что удостоилась предложения руки и сердца: на колено не вставал, но кольцо подарил. На левую руку – так принято в Великобритании. И про свадьбу. Мама, конечно, сперва пребывала в шоке. Лететь куда-то на самолёте?
– Но ведь это свадьба единственной дочери!
Улетать обратно в день свадьбы?
– Можете остаться, но тогда я не смогу вас проводить. Ларри вряд ли удастся вырваться больше, чем на пару дней, и мы должны уложиться и с самой свадьбой, и с мини-медовым месяцем.
Уговорила. Услышала кучу вздохов.
Мама Ларри, наверное, тоже не так себе всё представляла.
Но вскоре я убедилась: она была не меньшей авантюристкой, чем я, и придерживалась совершенно противоположных, чем моя мама, взглядов.
Мы встретились с ней через неделю, когда я отправилась в гости к Ларри и повезла первые документы.
Это было настоящее знакомство с семьёй, причем семьёй в полном её составе – мамой, отчимом, маминой сестрой и её подругой, бабушкой из того самого Бирмингема и собачкой породы джек-рассел-терьер по кличке Дарси.
Но прежде была неделя, за которую я успела проводить Ларри на самолёт в Лос-Анджелес, придя в шок от цен (единственный прямой рейс в «город ангелов» обошелся Ларри в сумму из шести цифр!), и успев на обратном пути подцепить фанатку Ларри, которая, видимо, наблюдала за нами, а после того, как мы с Ларри расстались, не забыв поцеловаться и ещё раз сказать «я люблю», эта девчонка лет двадцати нагнала меня у самого выхода.
– Стой!
Я даже не поняла, что это мне, пока она не схватила меня за плечо и рывком не дёрнула на себя. Стало немного больно, и я поморщилась. Но ещё больше стало обидно. В Лондоне все извиняются за то, что толкнули. И даже если это ты их толкнул – тоже говорят «sorry», а здесь…
– Что? – не слишком приветливо отреагировала я.
– Я знаю, кто ты.
– И кто же я? – усмехнулась, скрещивая на груди руки.
Хорошее настроение, которое только что было внутри от поцелуя и предвкушения новой, совсем скорой встречи, исчезло.
– Подружка того парня – известного певца. Ларри Таннера, – на всякий случай пояснила она.
– Да? А может, Джастина Бибера? – опять усмехнулась.
Мне не было страшно. Иммунитет, что ли, выработался? Да и одна девчонка – не стая фанаток. Людей вокруг вроде тоже много. Вон и охранник с рацией неподалёку. Ничего она мне не сделает.
– Может, и его тоже. Но сейчас ты целовалась с Таннером.
Я покачала головой, мол, достали, и развернулась, чтобы уйти.
– У меня есть фотки, – прокричала она в догонку. – И я их солью. И то, как вы целуетесь – тоже.
Остановилась. Широкая слава наш возобновившийся роман ещё не настигла, и мне, как и Ларри, хотелось сохранить интригу подольше.
– Ну и что тебе нужно? – медленно повернулась, наблюдая, как губы девчонки расплываются в триумфальной улыбке.
Представляю, сколько заломит сейчас.
И не ошиблась. Она озвучила сумму равную двум с половиной билетам Ларри в Лос-Анджелес. Откуда мне взять эти деньги?
– Попробуй заработать на этом где-нибудь ещё, – развернулась и пошла прочь.
Будь что будет.
– Ты пожалеешь, – крикнула она вслед.
Плевать. Всё равно когда-нибудь станет известно. Может, и обойдётся ещё.
Да уж, представляю, как отреагирует пресса. У поклонников вообще мозги треснут. Алисия ждёт от него ребёнка, они гуляют по Лондону, а потом он появляется вместе со мной в Москве. Бразильский сериал! Вряд ли Ларри мечтал о славе ловеласа. Ну, извините.
За неделю подала заявление на визу невесты, заверила копии своих документов, вновь начала искать работу в Лондоне, но когда обмолвилась об этом в разговоре по скайпу с Ларри, он вдруг сказал:
– Не нужно пока ничего искать. Возможно, мы не будем жить в Лондоне. Тебе нужно сделать ещё визу в США.
Здравствуйте!
Конечно, я предполагала такой ход событий, но то, что мы сразу там будем жить…
С этой визой было сложнее. Ларри не был гражданином страны, поэтому я не могла получить визу невесты. В конце концов выкрутилась и, заплатив хорошую сумму занимающейся вопросами иммиграции компании в Москве, переложила эту заботу на них.
Ларри тоже нанял юристов в Лондоне, чтобы наш брак признали официальным в обеих странах, и предложил мне пожить в его доме (снова!), потому что кому-то из нас всё-таки нужно заниматься вопросами свадьбы. Сам он, понятное дело, не может посвящать этому время, потому что находится в США: у него на носу съёмки клипа, а ещё запись нового сингла, фотосессия для благотворительного проекта и участие в различных телешоу. Всё это – всего за одну неделю. И на следующую график был не менее плотным.
И всё-таки он урвал для меня один день.
В пятницу утром я прилетела в Лондон, устроилась в его доме, разместившись в той самой комнате, где когда-то он меня «поселил» – на одну ночь, правда, и не в совсем трезвом виде (не по моей вине, эй!). Поболтала с Франческой, которая пожаловалась на одиночество: дочь с мужем работают круглыми днями, внуков дарить не хотят, да и Ларри постоянно нет в Лондоне.
– Ну, теперь-то мы с Вами хорошо заживём. Вы к нам надолго? Я ведь сразу сказала, что мистер Таннер что-то к Вам чувствует и просто так девушек сюда не водит.
– Не знаю, Франческа. Мы собираемся пожениться, но жить, скорее всего, придётся в Лос-Анджелесе. Но я надеюсь, ты успеешь научить меня готовить хотя бы немного так вкусно, как ты.
Она счастливо разулыбалась.
– С большим удовольствием!
Дел и правда было невпроворот – какая уж тут работа? Оформить все необходимые документы на визу (этим за меня занималось агентство в России, а я лишь вела с ними электронную переписку), выбрать дату свадьбы и стиль праздника, место проведения церемонии, разработать программу дня, заказать фото- и видео-услуги, заказать свадебный автомобиль и трансфер для гостей, составить список присутствующих и подготовить для всех приглашения, подобрать свадебное платье, букет невесты, макияж, причёску и кольца. Лишь составив с Мэй этот список, я пришла в ужас.
– Мы и за полгода не управимся. К тому же это чужая страна…
– Какая она тебе чужая? Ты уже давно тут освоилась. Не переживай, всё сделаем.