Валентина Кучеренко – Выйти замуж за иностранца (страница 42)

Марио как-то сказал Луке:

– Никак не могу понять свою жену, она такая загадка для меня.

То же самое и Лука думал о своей жене. Он никак не мог уловить, что у нее внутри. Но это его очень не беспокоило, он был влюблен и счастлив.

И поскольку Маша поставила условие, что перейдет к нему жить только тогда, когда он женится на ней, Лука принял решение – женюсь. Об этом он сказал дочкам, они были непротив, пока не почувствовали, что денег им стало выдаваться меньше. Лука водил Машу по всем своим друзьям и бывшим подругам и показывал ее. Маша еще не могла говорить по-итальянски, и не понимала, о чем он говорил, но по его горящим глазам она понимала, что говорит он о ней и что расхваливает ее. Но при всей своей любви, Лука считал, что с женой нужно обращаться строго, иначе на голову залезет. И он старался меньше ее ласкать, не говорил ласковых слов, старался казаться сердитым и строгим. Но он безумно млел, когда Маша подходила к нему, сидящему на стуле, обнимала его сзади за шею и гладила по щекам или волосам. Он готов был мурлыкать, как кот от удовольствия, он замирал и не шевелился от наслаждения. Бывшая его жена ни когда не ласкала его так, и он не знал даже, что может быть так чудесна такая простая ласка. Сам он не умел вот так подойди и запросто погладить по волосам. Он знал только две ласки – ударить ее по попке или ущипнуть за грудь.

Его прежняя жена была в восторге от этих ласк, а Маше почему-то не нравилось. Она запретила ему это делать, а других ласк он просто не знал. Лука чувствовал, что и в постели он не удовлетворяет жену. Он наслаждался ее прекрасным упругим телом, но чувствовал, что она не с ним. Но его это не беспокоило, он считал, что главное самому достичь наслаждения и когда это получалось, он был в восторге от жизни. Но когда врач ему запретил заниматься сексом, Лука приуныл, захандрил и стал еще более сух к жене. У него испортилось настроение, он постоянно ходил хмур и зол. Но когда замечал, что взгляд Маши стал изумрудным, он пугался, что она его бросит и, уступая ей, начинал «вилять хвостом», как это называла Маша. Дочки и теща настаивали, чтобы он развелся с женой, и он не знал, что ему делать.

Вечером Лука сказал Маше:

– Я там, в холодильнике купил вам с Къярой еды на неделю, а сам уезжаю опять в командировку. Нам дали новый объект, и поэтому я там буду работать всю зиму.

– Хорошо, – ответила Маша, – а я тоже в октябре буду работать в агритуризме.

– Ну вот, начинается, – недовольно буркнул Лука. – Я за порог и ты тоже. Жена должна сидеть дома и ждать мужа.

– Хорошо, я не пойду работать в агритуризм, а ты не езжай в командировку, – Маша посмотрела строго на мужа.

– Я не могу, – ответил он, – мне нужно зарабатывать деньги.

– А мне что, не нужно? Или ты пошлешь денег моим родителям, или ты дашь мне денег, чтобы съездить в Россию, проведать родителей и родственников?

– Я не могу давать денег своим дочкам и тебе, у меня нет столько, – буркнул Лука.

– Ну, если нет, то я сама себе заработаю денег, и не мешай мне, – ее глаза резанули изумрудным блеском. Но Маша поспешно опустила глаза, чтобы муж не заметил ее негодования.

– А, делай как хочешь, – махнул рукой Лука, – ты все равно меня никогда не слушаешь.

Наступил октябрь и Маша поехала работать в агритуризм. Обычно в октябре все базы отдыха закрыты, но Розеле удалось уговорить своего знакомого провести курсы на ее базе. Тем более что тема была очень даже лесная. Как пилить лес, как растить новый и вообще все о лесе. А так как база находится в самом лесу, это место оказалось для занятий самым подходящим. Розеля была в восторге от того, что может еще месяц пожить здесь, в агритуризме. Она обожала это место. И если бы можно было, то она бы здесь и жила всегда. Но у нее в городе квартира, дети, работа мужа. Он уехал в Америку, но фабрика осталась, и за нею нужен был присмотр. На фабрике есть, конечно, и начальник, и бухгалтерия, но она хозяйка и должна хоть иногда наведываться. Розеля очень любила начало осени. Она просто обожала собирать грибы. А их здесь в лесу видимо-невидимо.

Когда Маша вошла на кухню, там уже стояла корзина, полная грибов, и Розеля тащила еще одну.

– Маша, чао, как хорошо, что ты приехала. Гостей еще нет, они приедут завтра, но нужно убрать в номерах и еще тебе работка, – она показала рукой на корзины и добавила:

– Я, конечно, тебе помогу.

После уборки Маша засела за грибы. Их нужно было перебрать все по одному, потому что они были в земле и листьях, обрезать грязные ножки, тщательно перемыть. Впоследствии Маша часто перебирала грибы, потому что Розеля их приносила каждый день корзинами. Очищенные и промытые грибы Розеля жарила вместе с мелко нарезанной мятой и, разложив по одноразовым стаканчикам, ставила в морозилку. Потом всю зиму из них можно делать подливу для макарон. Суго с грибами.

На следующий день с утра приехали участники курсов. Их было двадцать человек. Маша должна была убирать для них номера, готовить обед и ужин, накрывать на столы, подносить блюда, убирать со столов, мыть посуду, несколько раз на день варить для них свежий кофе. И еще помимо этого она перебирала и жарила грибы, которые казалось, не закончатся никогда. И еще Маша собирала яблоки, от которых ломилось дерево, собирала инжир и траву для салата, и делала еще кучу всяких дел. Но Маше нравилась эта работа, и нравилось общение с Розелей. Участники курсов были молодыми и добродушными ребятами. Они постоянно Машу благодарили и старались всячески ей помочь. Когда она начинала собирать грязные тарелки, они быстро складывали их в стопку и передавали Маше. Когда пили кофе на переменах, стаканчики не оставляли на столе, а бросали в мусорку.

После занятий в зале оставалось чисто. Эти ребята Маше нравились, да и Маша им тоже. Они ей доброжелательно улыбались и старались поговорить с нею. Им было любопытно пообщаться с русской.

В субботу и воскресенье курсов не было, но приехали три пары отдыхающих.

– Маша, я не могу тебя отпустить на выходные, – сказала Розеля, потому что приехали отдыхающие.

– Но ты ведь обещала и Любе, что она будет работать, почему ее не позовешь? – спросила Маша.

– Да нет, я решила, что работать ты будешь одна. Людей немного, и ты справляешься. Я думала, будет человек сорок, а оказалось наполовину меньше.

– Ну ладно, – согласилась Маша, только нужно мужу позвонить. Вечером она позвонила мужу:

– Чао, мио каро! – Привет мой дорогой! Я не приеду на выходные, так как нужно работать. Если хочешь, приезжай ко мне, я тебе говорила, где это находится, не хочешь? Как хочешь. Чао, бачо, бачо – целую, – и почмокала в трубку.

Розеля улыбнулась:

– Вижу по глазам, что ты не любишь своего мужа, но все равно как к нему хорошо относишься.

– Ой, – вздохнула Маша. – Ты знаешь, Розеля, он как будто неплохой человек и меня любит, но как-то с ним очень трудно жить. Все ему не так, всем он недоволен, вечно бурчит. Прямо беда какая-то, а не муж. Пригласила его приехать сюда, а он испугался. Какой-то нелюдимый.

– Да, сложно тебе. Во-первых, возраст. Молодые, они легче сходятся. Во-вторых, ты иностранка. И, конечно же, у вас уклад жизни другой и тебе трудно подстраиваться под нашу жизнь.

– Ну какой другой, Розеля? – спросила Маша. – Ведь все мы люди, все одинаково любим и не любим, одинаково радуемся и переживаем. Просто он такой по характеру.

Дверь распахнулась и вошел Чинто.

– О, какие люди! – улыбнулась Маша.

Розеля подскочила к нему, схватила его за руку:

– О, Чинто, заходи. А мы тебя не ожидали, – сказала она растеряно.

– Ну конечно, без меня здесь работаете, а мне и не сообщили даже, – недовольно сказал он, глядя на Розелю.

А она потащила его в дальний угол и стала шепотом оправдываться, чтобы Маша не слышала.

Маша смотрела на Чинто и думала:

«Какой статный и бравый мужчина, и форма летчицкая ему очень идет. Он просто красавец в ней. И что он приехал, и кого он хочет поразить?»

– Маша, приготовь обед, если хочешь, русскую кухню, а у меня дела, – и схватив Чинто под руку, потащила его в сторону номеров.

Маша улыбнулась и подумала:

– Знаю я ваши дела. Ну ладно. Это их жизнь.

Она приготовила суп-харчо и налепила вареников с картошкой.

Маша сто лет не ела вареников с картошкой, у нее прямо слюнки текли, пока она их готовила. Муж ее не любил этого блюда, и поэтому она не готовила его.

Когда все было готово и стояло на столах, пришли отдыхающие три пары и Розеля с Чинто.

– Маша, садись с нами.

Маша с удовольствием присоединилась. Все с охотой съели суп-харчо и принялись за вареники.

– Это как называется? – спросил молодой мужчина с усами.

– Это вареники с картошкой, – ответила Маша.

– Очень вкусно, – стали все хвалить Машу.

– А эту минестру как ты готовила? Если можно, дай рецепт, – спросила пожилая женщина, сидящая рядом с Машей.

– Необычайно вкусная минестра.

– Я вам напишу рецепт после обеда, – улыбнулась Маша.

Она заметила, что вареники итальянцы едят на свой лад. Они все густо посыпали вареники тертым сыром «Пармеждан» и с удовольствием съели все до последнего. После того как они поели, мужчина с усами сказал:

– Браво, Маша, комплименти! – и все захлопали в ладоши.

Маша раскраснелась от удовольствия и сказала:

– Спасибо, кому нужен рецепт, пожайлуста, после обеда подходите.