Валентина Кострова – Стекло между нами (страница 56)
– Мы все ошибаемся. Не бывает абсолютно безгрешных людей. Главное, научиться делать выводы сразу, не повторяя ошибки снова.
– Я с тобой согласна. Поэтому, прежде чем ты меня простишь… – тут она подняла на меня свой вопросительный взгляд, но я только нейтрально улыбнулся. – Я должна тебе кое в чем признаться.
Она порывисто выдохнула и затаила дыхание.
Внутри неприятно заныло. Я надеялся, что мы обойдемся одной правдой.
– Я должна сказать, что…
В голове пронеслась сотня самых страшных сценариев…
– Что люблю тебя. И только тебя. Никого, кроме тебя.
Варя
Я запретила отцу звонить. Несмотря на то, что у обоих нервы были ни к черту, мы оба знали, что оставляя Виталю с Настей, рискуем потерять их. Я ненавидела отца, что он оторвал меня от мужа в такой ответственный момент. Осталась бы дома, не допустила Наську к мужу.
Но по дороге мы с папой поговорили.
Я обвиняла его в том, что он за мой счет решает свои проблемы.
– А ты бросила учебу, повесила мне на шею своего мужа, отжала половину
Папа злился не меньше меня, наверное поэтому я постаралась понять его.
– Тебе не жалко будет потерять Наську? – спросила, глядя на проносящиеся голые от только что сошедшего снега поля.
Папа некоторое время молчал, видимо, раздумывая над ответом.
– Знаешь, какой на самом деле стоит выбор?
– Какой?
– Отпустить ее или получить только себе.
– И ты готов отпустить ее? – удивилась я.
– Я
Вот над этими словами я думала две недели, на которые осталась в своем старом городе. Сначала не понимала всей глубины отцовского признания, а потом догнала.
Мы много разговаривали с врачом, сравнивали мои чувства к первому парню и к моему мужу. Она хвалила меня, говоря, что я стала более ответственно подходить не только к своим чувствам, но и считаться с чужими.
– Это неправда, – остановила я ее. – Виталия я вынудила жениться на мне. Я ему соврала и шантажировала.
После такого признания пришлось рассказывать и каяться во всех совершенных мной под влиянием эмоций поступках. Врачу это не понравилось. Но я готова была к осуждению. Я не готова была потерять Виталия из-за собственных ошибок.
– Помогите мне все исправить! – попросила я. – Я не хочу больше строить наши отношения на лжи и шантаже.
– Варя, а что ты сделала для того, чтобы изменить его мнение о себе?
– Я восстановилась в университет и сдала все зачеты.
– Это сделало вас ближе?
– Нет.
Я расстроилась, вспоминая реакцию Витали.
– Но еще я подружилась с его Наськой…
Пришлось рассказывать моему врачу еще и про брак папы с бывшей женой Витали.
– Он тебя в открытую сравнивает со своей бывшей женой? – врач держалась из последних сил, проявляя профессионализм, но я-то видела, как она ошарашена нашей непростой ситуацией.
– Да. И я убей не понимаю, что в ней такого особенного!
– Давай поговорим об этом. Тебе что нравится в Насте?
Я задумалась. Вспоминая бывшую жену своего мужа, я могла бы с ходу начать оскорблять ее, но если копнуть глубже, то получится, что я больше придираюсь, цепляюсь к тому, что она лучше меня. Что бы ни случилось, она остается в выигрыше, а не я.
– В принципе она неплохая. Но нравится мне в ней только то, что она отвлекает внимание папки на себя. Я устала чувствовать себя дочкой, которой ничего нельзя сделать без разрешения.
– Варя, а ты можешь разделить свои поступки на взрослые и детские? Может, причина кроется как раз в том, что ты во многом поступаешь как ребенок?
Две недели разборов моих поступков, целей и желаний, привели к тому, что возвращалась я еще более потерянная, чем уезжала. То, на что я раньше опиралась и считала правильным, вдруг стало очень зыбким и неправильным. Мои ценности совсем не совпадали с ценностями близких мне людей.
В голове нон-стопом крутились слова папы:
– Я не готов делить ее всю жизнь… Не готов делить… Делить…
И теперь я тоже была не готова делиться Виталей с Настей. Если он выбрал ее, пусть уходит.
Я не готова к боли и потери, но переживу. Папка и не такое переживал. Значит, я тоже смогу. Повторяла про себя, что смогу преодолеть все, если Виталий уйдет, но в глубине души во мне тлела надежда, что если перед ним встанет выбор, то он выберет меня.
Открыв дверь квартиры, первое, что я почувствовала, его запах. Или он не выветрился, или мой муж…
– Привет! – воскликнула Настя, появившаяся в коридоре из кухни. – Леш! Варя вернулась! Иди скорее!
Я смущенно улыбнулась, впервые чувствуя дикую неловкость перед Настей. В один из дней психолог заставила меня встать на ее место. На место жены моего мужа. Заставила почувствовать ее желания и мечты, ее любовь к Виталию и ожидания от появления в их семье ребенка. Все внутри меня перевернулось от этой практики. Было больно.
– А теперь представь, что в жизни твоего мужа появляется другая женщина.
Представь, что она беременна от твоего мужа. Не ты, Варя, а она! Опиши, что ты чувствуешь.
Я бы не пережила. А Настя как-то выдержала.
Сейчас я смотрела на нее совсем другими глазами. И я поняла бы ее, если бы она вернула себе Виталю. Но Настя была тут. И папка был дома…
– Привет, пап, – я обняла его в ответ на распахнутые объятия.
А Витали нигде не было.
Ушел?
– А где…
Не смогла договорить, спазм сдавил горло от подступающей боли, надвигающейся пустоты, которая появилась только от одной мысли, что Виталий ушел. Внутри снова вспыхнула детская злость и обида: чему эти радуются, почему счастливы, когда я одна и мне плохо? Нужно, чтобы всем было плохо, как мне!
Но я тут же в зародыше подавила эти несправедливые чувства. Варе-ребенку тут не место. Я повзрослела и готова доказать.
– Варька?
Меня словно облили из ведра радугой!
– Виталя! – завопила я, плюнула на взрослое поведение и растолкав папку с Наськой, бросилась ему на шею. – Любименький, как я скучала!
Я покрывала его лицо поцелуями, отказываясь анализировать что, почему и зачем. Меня распирало от того, что Виталий обнимал меня, улыбался мне. Мне!
Он здесь, он со мной, он остался, а со всем остальным как-нибудь разберемся.
– Я тоже… скучал.
Теперь в его голосе, интонации я слышала ложь, но ведь я тоже врала ему. Это нормально, что нам придется начинать все сначала. Я готова, а он?
– Пойдем в спальню? – тихо попросила я, подушечками пальцев разглаживая ему морщинки в уголках глаз. Какой же он родной.
– Я опять там работаю… Я перетащил все компы обратно в комнату, – словно извиняясь, проговорил муж и скосил взгляд в сторону родителей.