Валентина Кострова – Стекло между нами (страница 58)
– Проще было бы его убить, – однажды не выдержал я, а Настя неожиданно стала заваливаться набок.
Я еле успел подхватить ее, чтобы не упала.
Ее обморок окончательно отрезвил.
– Кончай изводить себя из-за Варьки, – выговаривал я, прикладывая ей ко лбу влажные салфетки. – Ты угробишь себя из-за беспокойства. Или ты…
Тут у меня ком встал в горле. Не хотелось озвучивать мысли, но все же.
– Или ты переживаешь за Виталия?
Настя закатила глаза:
– Ну как я не могу беспокоиться о нем? По-моему, мы все тут сходим с ума из-за его делишек. Но поверь, я не собираюсь бросаться ему на шею или ждать из тюрьмы. Я от своих слов не отказываюсь.
Она улыбнулась и поманила меня к себе. Сердце екнуло. Оно уже давно не принадлежит мне.
– Ты уверена? Пять минут назад ты упала в обморок.
– Сейчас я лежу, – засмеялась она, – дальше падать просто некуда.
Около месяца Виталий стал для меня бездонной ямой. Я давал взятки, платил адвокатам, подмазывал всем, кто как-то мог помочь. Кто-то как-то помогал, кто-то разводил руками, а кто-то кормил «завтраками», но никто ничего конкретного обещать не мог, как и благополучного исхода этого дерьмового дела.
Отдельно душу рвала Варька. Пока не устроили ей свидание с мужем, не переставала рыдать. Зато после пятнадцати минут свидания ее словно подменили. Она была полна решимости перевернуть весь мир с головы на ноги.
– Пап, я не могу больше оставаться безучастной. Он мой муж. Я люблю его. И тоже буду помогать.
Я не совсем понял, что она имеет в виду, пока Настя после бурной ночи в спальне не поделилась:
– Варька просто чудо-дизайнер! Видел бы ты, какие она баннеры готовит! Как с буклетами работает. Я уже свела ее с нашим рекламщиком.
Я нахмурился.
– Нашим, который делает рекламу нашей фирме?
Настя закивала.
– Слушай, наш рекламщик один из ведущих в федерации. И он ее взял?
– Куда он ее возьмет? – шлепнула Настя меня по руке. – Он на коленях ее уговаривал взять заказы от его компании. Недешевые заказы, Леш.
И буквально на следующий день дочь положила передо мной на стол за завтраком банковскую карту. Я вопросительно посмотрел на свое серьезное чадо, а она заявила:
– Вот. Тут пять тысяч долларов.
Я обалдел. В моей голове не укладывалась реальность. Варя – моя дочь, и Варя, которая стояла сейчас передо мной – две разные личности.
– Это честные деньги, пап. Помоги освободить Виталю.
Я оглянулся на Настю, но та только загадочно улыбалась, пряча улыбку за чашкой чая.
– Сделаю что смогу, – пообещал я.
Мне нравилось, что Варя с Настей нашли общий язык и вроде даже стали подружками. Они вместе о чем-то болтали, иногда куда-то ходили. Напряжение, которое было несколько месяцев в доме, исчезло. Но возвращение Виталия снова разрушило бы нашу маленькую семью.
Я этого не хотел. Умом понимал, что Варя уже взрослая, что нужно ее отпустить, но сердцем не мог. Она до сих пор казалась мне не способной защититься, не самостоятельной. Для меня Варя все же маленькая девочка, которую я воспитал сам без матери, с которой учился быть отцом.
Хотя сейчас на столе передо мной лежала карта с пятью кусками. И это отрезвляло.
Вечером я привез первые утешительные новости. С Виталием все же подписали сделку. Он помогает выйти на заказчика и его отпускают, снимая все обвинения.
Варька визжала от радости как сумасшедшая. Зато Настя стояла в дверях спальни и на ней не было лица. Привидения, видимо, были ее родственниками.
Спровадив дочь в комнату, я взялся за Настю.
– Эй, ты чего?
Ее жалкая улыбка пробила солнечное сплетение.
– Что случилось?
Настя всхлипнула.
– Черт. Говори.
– Ты меня не простишь, – прошептала она опухшими губами.
Она поманила меня в спальню, я шел за ней следом, пытаясь понять, за что я ее не прощу. Настя подошла к тумбочке, что-то взяла с нее и сунула мне в руки.
Бумажная тонкая полосочка.
– Что это? – непонимающе я посмотрел на жену.
– Тест, – одними губами прошелестела Настя.
А я повертел бумажку между пальцами.
– О чем? – спросил я, чувствуя себя идиотом.
Нет, я уже сообразил, что это медицинский тест на беременность, но это нормально, что он пустой. Ведь Настя должна была сделать укол…
– Я беременна, – всхлипнула она и расплакалась.
– Как?… – я еще раз посмотрел на чистенькую бумажку с невзрачными полосками. – А укол?
– Я забыла сделать укол, – теперь Настя разрыдалась сильнее.
– Подожди… То есть как?
– Леш, там укол делают в определенное время цикла. А я бросила таблетки и сразу побежала. Велели прийти, когда начнутся дела, а я забыла.
До меня стало кое-что доходить, но я все же уточнил:
– Насть, а может, тест испорчен? Смотри какие бледные полосочки. У Варьки были толстые, заметные…
– Варя не была беременна, – тихо ответила Настя.
– Что?…
– Варя подстроила беременность, чтобы вынудить Виталика уйти к ней и жениться.
– Зачем?
Настя пожала плечами.
– Наверное, любила сильнее, чем я. Хотела больше, чем я. Желание быть с ним оказалось сильнее, чем у меня.
– Он знает? – потрясенно спросил я.
– Да. Он мне и сказал.
– А потом ты… он… вы…
Язык не поворачивался произнести слово, но Настя помотала головой.
– Нет. Не тогда. Но… это все равно было.
Я молча обнял ее, прижимая к себе, пытаясь осознать самую глобальную новость в моей жизни после рождения Варьки.