Валентина Колесникова – Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть. Книга 1 (страница 8)

Кто—то выбрал меня в качестве козла отпущения, обвинил в одном из самых жестоких убийств Эрмера. Кто—то хладнокровно избавился от ни в чем не повинного ребенка. И этот кто—то не позволит мне просто так разрушить его планы.

Магия заблокирована — я чувствовала, как энергия рассеивается в области тюремного браслета. Если на меня нападут, то сразу после вынесения решения. А это значит, что удара в спину нужно ждать с самой первой ступени, что ведет меня в зал Приговора.

Как же так получилось, что я оказалась в подобной ситуации? Кому я могла мешать так сильно? Тюремный браслет на ноге — главная проблема даже для побега. Без своей силы я почти ни на что не способна и против таких воинов, как Ярн, в битве не выстою. Магия магией, но должной военной подготовки у меня нет, и меч держать в руках так же хорошо, как и мои друзья по отряду, я не умею.

Внутри кипела злость и обида. С юных лет меня окружала магия — древняя, сильная, многим недоступная. На тот момент я была рада, что родилась с редким запасом внутренней энергии, который при должном обучении открывал многие запретные двери в искусство колдовства. Постоянные тренировки, почти полное отсутствие личной жизни, поставленный на семье крест ради магии, и что? Что в итоге? Моя сила меня же и погубила. Нужно было отказаться от должности, не надеяться на спокойную жизнь и быть вместе с отрядом! Но время не повернуть вспять.

Единственный, кто сопровождал меня в зал Приговора, был Ярн. Зел и Федор не имели права присутствовать, а если учесть то, кто они, никакого суда с их участием точно бы не состоялось.

Идти босиком по холодным ступеням было страшно. Каждый следующий шаг был похож на раскаленные иглы, что медленно проникают под кожу, причиняя неимоверные муки. Сердце бешено стучало — до такой степени, что перед глазами все плыло, и зуб на зуб не попадал. С тела стекала вода

— медленно, неприятно пробегая по ногам. Мокрые волосы облепили лицо, в них запутались водоросли, и мой внешний вид не мог помочь расположить к себе, но тратить драгоценное время на переодевание я не могла себе позволить…

Браслет на ноге засиял — это говорило о том, что времени почти не осталось.

— Сэрех, — голос Ярна дрогнул, — у тебя еще есть шанс уйти, прошу тебя… Не думай обо мне, мы справимся… всегда справлялись!

Я ничего не ответила, прекрасно понимая, что долго бегать от элитного отряда мы не сможем. Итог все равно один — смерть. Вот только во втором варианте помимо меня пострадает дорогой мне человек.

Прикоснувшись к огромным дверям, я слегка толкнула их от себя, делая шаг вперед…

Момент истины.

Все замерли — с ужасом, паникой в глазах и непониманием.

Что—то не то… Они хотели, чтобы я сбежала, но почему?

Огромный зал был заполнен людьми — магами высшего общества. По правую руку от главного судьи Эрмера на первом ряду сидело семь магистров первой степени. Сбоку от них стояла стража. За их спинами восседали Свидетели, которых выбрали для данного Приговора. По левую руку — первый советник и летописец. На балконах тут же появились лучники из элитного отряда. Наконечники черных стрел были смазаны ядом — на тот случай, если я окажу сопротивление. Наивные, эти стрелы для меня как комариный укус. Я же разбираюсь в ядах, прекрасно знаю обо всех используемых в Эрмере веществах и прекрасно подготовила для себя защиту, учитывая занимаемый пост!

Сверху, прямо над главным судьей, находилась ложа правителя. Одинокий мужчина был бледен и стар. За последние несколько дней он сильно изменился — лицо осунулось, глаза красные, опухшие — значит, его сын действительно мертв. Он опустил на меня свой тяжелый взгляд, полный искренней злобы и жажды расправы. Таким я видела его впервые, и от этого становилось очень больно. Я никогда не подняла бы руку на его семью… Но он уверен в обратном. Что ему сказали? Какие предъявили доказательства, что он резко изменил свое мнение о верховной ведьме? Знал бы он, кто я… Если бы он только знал…

— В каком вы виде? — первый советник впервые на моей памяти изобразил искреннее негодование. — Как вы смеете являться в зал При… Что это? Это… Это же…

До этого в зале стоял довольно громкий гул — все обсуждали происходящее, смотрели на меня с удивлением и непониманием, словно принимали за полную идиотку, которая рассчитывает на помилование, но как только они увидели амулет истины, сразу замолчали…

Первый советник резко побледнел, так же, как и большинство магистров первой степени. Что происходило с остальными, я не знала, потому что не смотрела на их лица. Правитель, так же как и судья, не сразу понял, в чем дело, пока минерал раманш не заблестел в свете восходящих лучей солнца, проникающих в зал сквозь огромные окна.

— Ра… раманш… — первый советник подавился. Вначале мужчина встал со своего стула, не в силах поверить в увиденное, но потом, когда понял, что это не подделка, мгновенно вернулся на место. — Как? Как ты это сделала?

— Раманш? — впервые голос подал правитель. На этот раз его взгляд изменился — он смотрел на меня с удивлением и явно начал что—то понимать, что немудрено — преступник не пойдет на столь безрассудный шаг. — Ты смогла выжить после призыва?

Он был удивлен, его голос дрогнул, а во взгляде появилась надежна, что близкий его семье человек не оказался предателем.

— Я не убивала вашего сына, — произнеся эти слова, я смотрела прямо в глаза правителю. Амулет блеснул в свете ярких огненных лучей, но ничего не произошло, а это значит, что я говорю правду. В противном случае, от меня бы ничего не осталось, кроме горстки пепла…

— Я не верю! — первый советник вновь вскочил со своего места. — Никто не выжил после призыва этих тварей! Это однозначно подделка!

— Я тоже не верю в этот амулет, он странный, — раздался женский голос за спиной, но я не стала оборачиваться — смотрела лишь на правителя.

— Где гарантия, что это не банальная иллюзия? Верховные ведьмы на это способны?

Нет, не способны, но это неважно…

В зале мгновенно разгорелся спор, несмотря на то, что главный судья не давал разрешения на обсуждения. Вместо этого он смотрел на пергаменты, врученные ему первым советником с «доказательствами» моей вины, что—то внимательно вычитывал, с непониманием смотря то на меня, то на советника. Он все понял, но так же видел, что мы окружены врагами.

Ни правитель, ни судья ни о чем не знали — их реакция настоящая, в отличие от слов и действий окружающих меня гиен.

— Госпожа верховная ведьма! — голос судьи мгновенно заставил всех замолчать. Этот мужчина всегда говорил очень тихо, но в то же время властно. Люди подчинялись ему, сами до конца этого не осознавая. — Подойдите ко мне. Необходимо понять, что амулет подлинный.

Я сделала уверенный шаг в сторону судьи, но… На этом все закончилось…

Все, кого я видела, замерли. Они с ужасом смотрели куда—то за мою спину, словно не могли пошевелиться, сказать хотя бы слово.

— Что происходит? — я обернулась как раз в тот момент, когда огромные двери зала Приговора с шумом захлопнулись.

— Наивная дура, — ехидство в голосе — ничто по сравнению с той чудовищной силой, что исходила от раманш. Лишь осознание того, что это существо стоит сейчас в зале, заставило всех мгновенно замолчать. — призыв совершила, амулет попросила, решила свое имя спасти и ради чего?

— Почему вы здесь? — в горле мгновенно пересохло, сердце, казалось, остановилось. Я понимала, что люди вокруг не владели собой — раманш их держал своей магией, даже пикнуть не позволял.

С его тела стекала вода — она казалась живой, будто множество прозрачных змеиных тел, что сплелись в единый клубок и мгновенно расползлись в стороны людей.

Раманш сделал шаг в мою сторону, затем еще один… и еще один. Он смотрел на судью, затем поднял взгляд на правителя.

— Горе затмевает разум, не так ли? — спросил с издевкой, словно напоминал о чем—то. Они что, знакомы? Это просто невозможно! — но тебе это должно быть знакомо… Каково это? Потерять сына и отправить дочь на смертную казнь?

— Д—дочь?

Правитель все еще стоял на балконе, но мог спокойно говорить — видимо, раманш не околдовал его.

— А ты не знал? Ваша энергия поразительно схожа… — улыбка на лице с примесью разочарования. Затем он встал прямо напротив меня, уставился в глаза и произнес медленно, тихо, с дикой ненавистью в каждой нотке своего голоса:

— Они надеялись, что ты сбежишь, надеялись, что подставишь своего друга, очень хотели устроить показательную расправу и остаться безнаказанными в своих убийствах, ведьма… Все это — простые действия для получения власти, а твой папаша даже не в курсе… Хреновый из него правитель.

Он медленно поднимал руки, расставив их в стороны, словно крылья, смотрел с разочарованием, а затем прошептал у самого уха:

— Я ненавижу людей за то, что они врут…

Резкий хлопок ладоней, и вода мгновенно ожила — ее потоки сковали собой абсолютно всех, не позволяя дышать:

— Знаешь, что происходит с людьми на глубине? — голос стал спокойным. Раманш смотрел на то, как меня трясет.

Все оказались в воде, не могли вдохнуть — им не хватало воздуха. Сильные маги Эрмера не могли сопротивляться, лишь барахтались в воде, пытаясь выплыть, но все напрасно. Только отец сохранял спокойствие — он не шелохнулся, молча ожидая своего приговора.