Валентина Колесникова – Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть. Книга 1 (страница 9)

— Давление, — ответила я, догадываясь, что ждет этих людей.

— Именно…

Щелчок пальцев и…

Зал окрасился кровью. Алая вода обрушилась на мраморный пол, заливая собой мои ноги. Он смотрел на меня в упор, наблюдал за тем, как я невольно выдохнула, испытывая самый дикий страх за всю свою жизнь, видел, как из глаз брызнули слезы.

От людей не осталось ничего — только кровь. Много крови… и обрывки одежды.

— Уговор — твоя жизнь в обмен на амулет, — раманш улыбнулся, — теперь ты моя, ведьма…

Единственными, кто выжил, были мой отец и главный судья. Раманш ненавидели ложь… Видимо, в этом зале лишь эти двое действительно ни о чем не знали…

Раманш с силой схватил меня за руку, уводя в сторону еще одного выхода. Последнее, что я смогла разглядеть в этом зале — тело отца — он перевесился через балкон, потеряв сознание, и Зела. Демон присвистнул, взмахнул рукой, словно что—то собрал, а затем исчез…

Их души не скоро найдут покой…

— П—почему мы пришли именно сюда? — холодно, до ужаса холодно! Стоя у обрыва, я смотрела на то, как огромные волны разбиваются об острые камни, как бушует водная стихия, заставляя дрожать меня всем телом. Чувствовала, с каким омерзением раманш сжимал мою руку, словно держал что—то грязное.

— Потому что это начало пути, — благодаря сильному ветру его волосы высохли и стали еще больше походить на серебряные нити, — почему не сбежала?

— Разве от вас можно сбежать? — единственное, о чем я могла думать, это о своем будущем, а точнее, о его отсутствии.

— Я не о себе. Почему ты не сняла браслет и не пустилась в бега? Доказать свою невиновность можно разными путями, но ты выбрала самый сложный и нелогичный из них.

— Потому что очень устала… — на мне все еще висел амулет — я не могла врать и придумывать громкие оправдания, я обязана говорить только правду, — я устала от борьбы. Для ведьмы моего уровня это непростительные слова, но я не хотела жить в бегах, не хотела, чтобы отец ненавидел меня за то, что я убила собственного брата…

— Слишком много слов, — спокойно ответил раманш, будто и не слышал моего ответа. Словно ему было наплевать на то, что я только что произнесла. — Ты заключила сделку, ведьма, и пойдешь со мной. Приготовься прыгать…

— Нет! — только не в воду! Только не с такой высоты! — Вы меня так убить хотите? Я же плавать не умею!

— Прости, что? — мужчина вначале удивился, потом его зрачки расширились, и он разразился хохотом. — Ты не умеешь плавать?

— Я боюсь воды… И… И высоты тоже…

— Но меня же ты позвала… И была в воде.

— На тот момент я думала, что умру, и что терять нечего…

— А сейчас что, что—то изменилось? — от смеха в голосе не осталось и следа. Меня, словно кролика, вели на убой…

Раманш вновь схватил меня за руку и, не позволив сказать ни единого слова, прыгнул вниз со скалы…

Резкий поток ветра был похож на ураган, что внезапно настиг после долгой погони. Он врезался в глаза, путал волосы, окутывал все тело, поглощая вой, что сорвался с моих губ. Дышать было почти невозможно, но все это полная ерунда по сравнению с тем моментом, когда я увидела приближение поверхности воды. Бушующая стихия словно разошлась в стороны огромными волнами и сошлась уже над нашими телами, полностью погружая в воду.

Поток ледяной, до ужаса сильный, но раманш как будто ничего не замечал. Мужчина крепко держал меня за руку, оттолкнулся под водой от скалистого выступа и метнулся вперед с неимоверной скоростью.

Я не могла смотреть по сторонам — это было невозможно. Глаза сильно щипало, вода затекла в нос, вызывая боль, воздуха в легких не хватало, и вскоре наступил момент, когда я почти что потеряла сознание, как внезапно раманш сменил направление, и мы резко вынырнули на поверхность.

— А—а, — протянула я, не в силах сказать что—либо. С моих губ срывались лишь звуки — оформить их в связные предложения было просто невозможно.

— Действительно не умеешь… — как только раманш отпустил мою руку, я тут же пошла ко дну, не имея сил бороться дальше, — какая же ты слабая, ведьма… как человек еще слабее. Это отвратительно…

Я не видела смысла отвечать — все равно мое мнение его не интересует, и сказать сейчас что—либо было просто невозможно.

Открыв глаза, я постепенно привыкла к свету, но продолжала крепко держаться за раманш. Прямо перед нами из воды торчала странного вида и формы скала, хотя больше это было похоже на каменный айсберг огромных размеров посреди бушующего океана с небольшой пещерой.

Спокойно вытолкнув меня из воды на скользкие камни, он наблюдал, как я медленно отползаю как можно дальше от края.

— Тут пока посидишь, — бросил он перед тем, как исчезнуть, — скоро вернусь. Думаю, не стоит говорить, что тебе нет смысла бежать? Ну, разве что на корм рыбам…

Он исчез в морской воде, я же продолжала трястись от дикого холода.

Из—за сильного ветра и мокрой одежды казалось, что наступила зима. Меня колотило, трясло, руки почти не слушались.

— Вот тебе и призыв… — прошептав эти слова, я ощутила, что все же могу говорить, сделала глубокий вдох, стараясь хоть немного успокоиться, и встала на ноги, пытаясь не потерять равновесие. Все же камни были очень мокрые и скользкие.

Впереди виднелся провал в скале, похожий на вход в пещеру. Лучше спрятаться там, чем умереть от холода.

Неглубокая, совсем небольшая, но все же пещера, она явно была кем—то занята до этого…

Словно два разных мира — буря воды, что бушует из—за сильных ветров, и полное отсутствие движения здесь, внутри.

Раманш не просто так привел меня сюда, он явно бывал тут раньше: на земле раскидано несколько странных больших подушек, огромный плед, связанный из тонкой, но на удивление плотной нити. На полу было разбросано несколько книг и промокших пергаментов — символы оказались мне неизвестны, несмотря на то, что я знала семь языков нашего мира и еще несколько мертвых диалектов.

Дар к изучению был у меня с раннего детства — никогда не понимала, почему люди тратят так много времени на произношение и письменность. За эти качества меня совсем в юном возрасте взяли в войско и уже потом увидели, на что я способна в плане магии.

Устроившись в самом углу, я тут же создала в ладонях огонь, пытаясь согреться. Яркое алое пламя мягко обволакивало собой каждый пальчик, нежно прикасалось к коже, не причиняя никакого вреда. Постепенно тепло распространилось по всему телу, и больше меня не трясло.

Высушив подушки и плед, я завернулась в ткань, устроилась как можно удобнее и приняла самое правильное решение — отдохнуть. Ничего не делать — просто набирать растраченные силы, иначе любое мое сопротивление ни к чему хорошему не приведет.

Из—за сильной усталости и пережитого ужаса, уснуть не получалось — глаза не закрывались, хотя голова по ощущениям была каменная.

Уставившись в одну точку, я осознала, что все это время в моей голове крутилась одна и та же фраза, сказанная раманш — почему именно этот путь? Почему… почему… почему…

Потому что я устала. Нет, не от жизни, а от сражений за собственную жизнь, устала терять близких людей, нести ответы за чужие ошибки, воевать на поле боя и постоянно, постоянно тренироваться. Наступил тот самый переходный момент, когда хочется на время замереть на месте и не двигаться, просто лежать на кровати, смотреть в потолок, и чтобы ничто и никто в этом мире не трогал меня, но нет… Все же тронули. Причем бортанули по полной!

Как у них так вышло? За спиной у правителя? Как смогли обойти личную стражу, как было совершено убийство? Почему выбрали именно меня и зачем хотели, чтобы я бежала? Все это должно иметь логичное завершение, но к чему именно все шло?

На протяжении пятнадцати лет шла война. Эрмер и Элмен. Два огромных магических государства, которые раньше всегда шли в ногу со временем и поддерживали друг друга. Две разные школы, дополняющие друг друга по стилю и техникам магии. Что, если все началось еще тогда, с момента разжигания конфликта? Мы выиграли эту войну, но какой ценой…

Воспоминания вновь нахлынули волной — именно тот самый момент и вывел меня из равновесия. Момент, после которого я приняла должность Верховной ведьмы, желая навсегда покинуть военное дело…

На поле боя столкнулось две армии. Огромные армии. Множество солдат, обученных редким видам магии, искусные воины, владеющие оружием на уровне дыхания, когда меч является продолжением руки, словно имеет единый поток энергии с хозяином… Мы сражались день и ночь на потеху падальщикам, убивали друг друга, желая защитить семьи и родные земли.

Меня защищал мой отряд. Он никого не подпускал к одной из самых сильных ведьм Эрмера… Я готовилась к последней атаке, все было обговорено заранее, мы добыли информацию о том, что элменцы направят в нашу сторону големов, что людей на поле боя с их стороны не будет, нам отдали приказ — уничтожить, и я согласилась. Голем — чаще всего просто оболочка, управляемая магами особого класса. Я видела отчет, сама предложила сделать то, что сделала…

Магия огня разрушительна при определенном уровне внутренней энергии. Когда боевая ведьма достигает своего предела, она способна уничтожить целое поселение… За это нас не любят и боятся, за это в каждом государстве идет борьба — чем сильнее ведьма, тем сильнее и само государство.

Долгие часы концентрации, накапливание энергии, все было просчитано до секунды… Все! Кроме одного самого главного момента…