Валентина Элиме – Опороченная невеста графа Орлова (страница 10)
Мы прыснули от смеха. Корнилова тоже скептически относилась к гаданиям, но поддалась настроению и уговорам Наташи. Женское любопытство − оно такое. Я во всю эту ерунду и чепуху не верила, но портить подруге вечер не стала, тоже согласилась принять участие в фарсе. Ведь по взглядам нянюшки, что она кидала в нашу сторону, можно было понять, что она одобряет гадание, еще и Елизавете Александровне все донесет.
Гадания в ночь на Рождество и на Старый Новый год сохранились и в наши дни, но больше проводились для общего веселья, а не из-за веры в них. Особенно в деревне, помню, подавшись всеобщему веселью и я кидала валенок или сапожок. Куда смотрел нос обуви, в той стороне и жил будущий жених. Но наша страна была до того огромна, найди там в одной из сторон того самого, суженого. Сколько же городов мне придется посетить?
− Вот зря вы смеетесь, − Наташа забрала кольцо у Александры и уронила его в мешочек с зерном, хорошенько перемешала, затем высыпала его содержимое в глубокую чашу. – Берем зерно в кулак, если попадется кольцо – то в этом году кто-то из нас выйдет замуж.
Я удивленно взглянула на Наташу. Не так давно девушка яро противилась словам отца про свое замужество, а тут она гадать на жениха собралась. Или я чего-то не знала?
− Я уступаю вам, − Александра присела на стул. – Думаю, мой супруг не поймет. У нас не разрешено иметь двух мужей, − тут уже рассмеялись мы все втроем.
Чтобы быстрее закончить со всем этим, ведь я понятия не имела, сколько всего гаданий Наташа подготовила, засунула руку в зерно, сжала кулак, забирая зерно, и вытащила. Лазарева подставила мне другую чашу, куда я и высыпала все из руки. Следом раздался характерный звук.
− Кольцо! – Наташа тут же вытащила его и показала нам. – Получается, в этом году ты выйдешь замуж! – радостно воскликнула она, захлопав в ладоши.
Правда, я ее радости не разделяла, поглаживая свой живот. Потом она снова уронила кольцо в зерно, все перемешала, и сама засунула руку. Только кольцо ей не попалось. Лазарева расстроенной не выглядела. Вместо этого она налила в стакан воды и бросила туда кольцо. В мою голову закрались сомнения. Не из-за меня ли все это затевалось?
− Смотри прямо внутрь, в ободок кольца, там должно появиться лицо суженого, − девушка подвинула ко мне стакан с водой.
Я чуть не рассмеялась от абсурдности и ситуации, и просьбы. Кого я там должна разглядеть? Петра? Пусть Бог убережет меня от него. Но под пристальными взглядами Наташи и Александры пришлось посмотреть на кольцо на дне стакана. Сколько я вот так просидела, опустив голову, непонятно, но ничего не увидела. Под конец, когда уже устали глаза, на какую-то доли секунды я увидела лицо мужчины, точь-в-точь, как на портрете. Подумав, что мне просто померещилось, я отодвинула от себя стакан.
− Все, больше не могу смотреть, глаза устали, − Наташа разочарованно вздохнула, а Корнилова одарила меня снисходительной улыбкой. «Потерпи немного!»
Но гадания на этом не прекратились. Лазарева какое-то время смотрела в стакан сама, потом прекратила мучения и налила воду в тарелку, затем зажгла свечу.
− Кто в этом году выйдет замуж – мы узнали, лицо, к сожалению, не увидели, осталось узнать, на какую букву начинается имя суженого, − не сдавалась Наташа.
Она зажгла свечу и подержала ее над тарелкой, в ожидании, пока воск накапает в воду. Затем в восковой кляксе нужно было увидеть букву либо же силуэт.
− Есть! – радостно воскликнула она через пару минут. – Похоже на букву П или Л.
После себя Лазарева зажгла свечу и для меня. Теперь мы все трое смотрели на воду, куда капал воск.
− Я уже могу сказать, что вырисовывается буква И, − первая выдала свою версию Александра.
Мы с Наташей наклонились к тарелке еще ближе. Наша подруга не врала. Действительно, клякса из воска застыла в форме буквы И.
− Ну, теперь точно выйдешь замуж за своего Ивана! – Наташа чуть ли не хлопала в ладоши, забыв об одном факте. Рядом со мной не то, что поклонников или ухажеров не было, один Михаил Григорьевич Четков только крутился. Вряд ли общество поймет, если я выйду за него замуж, даже если фиктивно.
И на этом мы решили завершить гадания. Я устала, да и все это казалось словно специально для меня подстроенным. Мне меньше всего нужно было замужество. Впереди роды и ребенок, который будет отнимать много сил и времени. Еще и учеба. Женихи там и рядом не стояли.
− Чтобы тебе приснился жених, − Наташа все никак не могла угомониться и перед сном засунула мне под подушку зеркальце, улыбнувшись. – Утром расскажешь. А это выпей, чтобы во сне жених пришел к тебе и напоил чистой водой. Только не забудь произнести слова, − сунула она мне под нос соленую воду. Пришлось послушаться, чтобы она от меня, наконец-то, отстала. И я смогла положить голову на подушку и укрыться одеялом, закрывая глаза. Блаженство!
А ночью мне приснился… Действительно, жених!
¹ Речь идет о романе «Евгений Онегин» А. Пушкина
² Баллада «Светлана» В. Жуковского
Глава 8
Вещий сон или кошмар?
Спала я в ту ночь просто отвратительно. Кроме одного неприятного факта, что на спине я не могла лежать, а моей любимой позой была именно такая, добавилась еще одна. Меня всю ночь мучили не то кошмары, не то просто видения, что навязали мы себе сами, увлекшись гаданиями. Ко мне во снах являлся молодой человек и неодобрительно качал головой, будто я перед ним в чем-то провинилась. Я просыпалась от острого жгучего чувства стыда, словно все происходило наяву, но затем засыпала снова, выпив воды. Видимо, зря я пошла на поводу Наташи и перед сном выпила соленую воду.
Только сон, как и незнакомец, не хотели оставлять меня в покое. Так я и промучилась до утра, не услышав от мужчины ни слова, кроме его укоризненного взгляда. Неужели, жениха нагадали?
На завтрак я спустилась вся разбитая. Все тело ныло и болело, еще и не выспалась. На сегодня у меня было много дел.
− Ну? – Наташа тут же накинулась на меня вопросами. – Кто-то приснился? Увидела лицо суженого?
− Приснился, сам черт из табакерки выскочил и предложил выйти за него замуж. Даже кольцо протянул, но вот незадача. Во сне я никак не могла принять украшение, − немного съязвила я, словно на одном гадании можно было устроить свою судьбу и встретить того самого человека из сна, что предназначалось мне самой судьбой.
Лазарева сделала обиженное лицо и отсела на другой край стола, изредка поглядывая в мою сторону.
− Судьбой не шутят, − в наш разговор вмешалась нянюшка, ставя перед нами тарелки с дымящейся кашей. – В вещие сны верили еще наши предки, их значения собирали годами. На Святки гадали не только на суженого, но и насчет будущего урожая. Я бы на твоем месте, Дарья Николаевна, так не шутила со снами в ночь на Рождество. Гадания в такие вечера всегда претворялись в жизнь.
В словах и во взгляде нянюшки я увидела неодобрение и осуждение моему поведению и отношению ко всему происходящему, словно я могла накликать на нас беду. И это тогда, когда балом правило духовенство и церкви.
− Это же просто сон, − попыталась я вразумить их. – Уже на завтра все забудется. Ну, на какой ладь мне суженый, когда у меня вот? – я указала на свой выпирающий живот. – Увидит меня с животом и тут же сбежит. Никому не нужен чужой ребенок.
На кухне на минуту наступила тишина. Я только взялась за ложку и придвинула тарелку к себе, как нянюшка вновь заговорила, поставив передо мной кисель. В последние дни я пила только этот напиток. Нравился мне его вкус и все тут.
− Для всех ты − вдова. Мужчины же будут видеть только одно, что ты сможешь им родить здорового наследника. Для многих только это будет иметь значение. Ребенка они примут, воспитают как своего. Ведь он не виноват, что его отец… − нянюшка не договорила, принявшись мыть посуду, усердно натирая тарелку. – Да и многие мужчины предпочтут уже опытную женщину, чем молодую, которая будет бояться каждого слова и падать в обморок, когда увидит мужа без одежды. Не все хотят возиться с невинными девицами.
Я чуть не поперхнулась кашей, услышав слова нянюшки. Однако, какие занятные разговоры начались в нашем королевстве с утра пораньше. Хоть я и была современной женщиной и в душе уже довольно немолодой, многие вещи знала получше нянюшки и, тем более, Наташи, но на лице всё равно проступил румянец. Муж, что остался там, в моей прошлой жизни, временами упрашивал меня на что-то новое в отношениях. Но мое воспитание не позволяло мне раскрыться перед ним. Я была стеснительной и скованной. Да и вечный контроль, как и осуждение матери за любой поступок, не добавили мне уверенности. Супружеский долг всегда происходил в темноте и только в спальне в кровати. Кроме миссионерской позы, другого я и не знала. И речи не было, чтобы муж приставал ко мне в ванной комнате или, не дай бог, в гостях. Видимо, поэтому и нашел себе другую…